28

- Билет в новую жизнь, милая, - отвечает Зинаида. – Да ты бери, не бойся, не подделка. Ребенок твой, претензий Евгений не выставляет по этому поводу. Единственное, с алиментами или лишением отцовства – это не ко мне, отдельно через суд только. Здесь я не смогу помочь. Ну, и с квартирой тоже дальше сами, пожалуйста.

Сжимаю бумажку в руках и плохо понимаю, что говорит Зина.

Такое ощущение, что сейчас новый год, и я снова верю в деда Мороза.

- Спасибо, Зинаида, - киваю, как болванчик, - я пойду.

Смысла расспрашивать подробности нет. Теть Люсе не приснилось. Нужно звонить Ивану.

Но зачем он это сделал? Почему? Хочет стать официально отцом Павлику?

Да, наверное, в этом причина. Вряд ли он думал обо мне, я ему никто. На тот момент у нас не было даже таких подвешенных отношений, как сейчас.

Но ведь было признание в любви?..

Я запуталась.

- Черт! – прохожу мимо зеркала в коридоре ЗАГСа и замечаю, как выгляжу.

У меня гематома на пол-лица! Не помогла курица, что делать?

Зинаида ничего не сказала, потому что в бумажках своих возилась, она и не смотрела почти на меня. Но остальные-то будут!

Долбанный Женя! Чтоб ему. Я ведь не замажу тональным кремом эту красоту.

И болит, зараза. Видать, я на эмоциях от того, что Иван втайне решал мои проблемы, не ощущала очевидного. Но, кажется, придется идти в больницу.

- Здравствуйте. А я не знаю, надо ли мне к вам, но, в общем, вот, - обращаюсь к девушке на регистратуре травмпункта.

Хороший у нас район, все рядом. И дом, и ЗАГС, и больничка. На все случаи жизни.

Черный юмор так и прет.

- Ого, конечно, давайте полис и паспорт. Снимок сделаем, врач осмотрит и даст рекомендации, - отвечает работница. – Кстати, в самом конце по коридору сидит участковый, рекомендую после к нему, заявление писать.

- Зачем? – искренне удивляюсь. – Чем мне поможет полиция? Они теперь лечат?

- Ох, что за женщины! – она возводит глаза к потолку. – Чтобы была хоть какая-то фиксация, что ты не сама на косяк напоролась. Или будешь утверждать, что так оно и было?

- А, вы про это. Нет, не сама, статуэткой попали, не увернулась вовремя. Вряд ли он рассчитывал на такой эффект.

- Конечно, давай всех защищать, а в следующий раз муженек тебе статуэткой по виску зарядит.

- Ой, я об этом не подумала, - на миг холодею. – А муж уже бывший, он потому потерял контроль над собой.

- Да неважно! Дети есть?

Киваю.

- Значит, еще придется общаться. А откуда ты знаешь, что он в следующий раз учудит? Так что иди и пиши заявление. Я не говорю, что участковый спасет тебя, как герой из романа, но будет официальная бумажка. А у нас, как говорится – без бумажки ты…

- Какашка, - договариваю за регистраторшей, - а с бумажкой человек.

- Вот-вот. На, держи, сначала пятый кабинет, потом седьмой, к врачу на осмотр. У полиции нет номера на кабинете, но ты поймешь, что там они сидят, дверь у них очень яркая.

- Ага, спасибо.

Беру направление с моими документами и растерянно подхожу к кабинету. А ведь я действительно не думала. Нужно завязывать с этой привычкой.

- Кто последний? – робко спрашиваю у людей, столпившихся у кабинета.

- За мной будешь, - говорит старушка с гипсом на руке. – Ого, знатно тебя приложили.

Тактичность и воспитание — это не то, чем сильны жители моего городка.

- Светка! Сразу не признала. Реально огромный синяк, так сильно опухло, жесть, - ко мне подскакивает соседка сверху, Аня. – Иди, садись, отдохни.

Мы с ней не подруги ни разу, просто гуляли иногда с детьми во дворе, когда я жила здесь.

Но теперь, кажется, весь наш дом будет в курсе произошедшего. Мне можно ничего не говорить, люди сами додумают.

- Ага, спасибо, - шмыгнув носом, присаживаюсь на предложенное место.

Хоть какая-то польза в моем положении.

Спустя полчаса, проведенных в компании жутко разговорчивых людей, я-таки попадаю на рентген.

Мой сухой пересказ, как оно было на самом деле, никого не впечатлил. У каждого из слушающих все равно оформилась в голове своя версия событий. Единственное, что могу сказать, идти мне теперь точно к участковому. Когда много народа в курсе проблемы, совесть не позволит слинять.

- Подходите к аппарату, девушка. Ага, хорошо. Все, через несколько минут медсестра вынесет снимок, пойдете к врачу.

- А что там? Нормально или плохо? – спрашиваю со страхом.

Те же словоохотливые из очереди сообщили, что от удара в скулу чего только не бывает.

- У моего брата лицо перекосило после такого! Да-да, - авторитетно заявила женщина с опухшей ногой. – А у него отек был поменьше твоего. Так что, милая, не хочу тебя пугать, но последствия бывают ого-го какие.

Не хотела она пугать, как будто после подобного откровения кто-то не испугался бы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Да, кости целые, трещин нет, - голос рентгенолога возвращает в реальность.

- Смещений тоже нет?

- Каких смещений? – он смотрит на меня, как на дурочку.

- Челюстных? Скульных? – неуверенно отвечаю.

Слово «скульные» существует?

- Ничего нет. Ушиб. Просто у вас реакция организма сильная, врач назначит лечение. Идите, не задерживайте очередь.

- Да после меня все равно никого, но спасибо, - говорю вежливо и выхожу в коридор.

Таким впечатлительным, как я, нужно все фильтровать.

- Вот, ваш снимок. Теперь в седьмой кабинет.

- Отлично! – подрываюсь на ноги.

Я уже устала от больничной атмосферы, хочу на воздух. Хотя, это травмпункт, морально все же легче.

- Что тут у нас, - произносит врач, рассматривая снимок, - ага, ясно. Отек большой.

- Ай! – он ощупывает мою скулу.

- Очень большой. Видимо, ткани у вас чувствительные. Холод надо было приложить, дамочка, сразу после удара.

- Не поверите! Сидела полчаса с упаковкой куриных ножек.

- Значит, индивидуальная реакция. Синяки часто ставите?

- Не особо, но они долго держатся.

- Ясно. Этим мазать, этим тоже мазать, держать холод, чтобы гематома спала, если боль будет сильно мучить, примите анальгетик, - он протягивает мне листок. – А это вам справка для обращения в кабинет в конце коридора. Надеюсь, дойдете?

Врач смотрит строго, я краснею. Какой позор, выгляжу женой, которую избивает муж.

- Дойду, - растерянно киваю и выхожу из кабинета.

Они все ничего не знают, а берутся судить.

Да я победила Женю! Не без помощи Ивана, но ведь я не тюхтя! А они видят меня именно такой.

Откровенно говоря, я уже хочу развернуться и просто уйти. Ноги не идут в сторону участкового. Там снова общаться с людьми, у которых свое мнение о ситуации.

Останавливают меня слова регистраторши, вовремя всплывающие в голове. Ведь она права, он мог в висок зарядить, еще и сухим из воды выйти. Пускай отвечает за свои поступки, не только у него нервы, но я ему глаз зонтом не выколола.

- Эм, здравствуйте, - заглядываю в кабинет, - а я к вам, правда, не знаю, что нужно.

Абсолютно бессвязно бормочу, как будто вообще не умею общаться. Даю себе мысленную оплеуху и полностью просачиваюсь внутрь.

К счастью, участковый - человек бывалый, берет инициативу в свои руки. Сует мне чистый лист, сверху образец, забирает бумажку от врача, делает какие-то пометки. И в итоге выдает копию моего заявления.

- Все, гражданочка, это вам, свободны. Если что, приходите.

Беру бумажку и ужасно гордая собой выхожу на улицу.

В конце концов, неизвестно, что придумает Евгений, чтобы оставить квартиру себе. Может, и в Павлика вцепится. А у меня будет небольшой козырь, бывший муж и НЕ отец моего ребенка неадекватен.

Убираю заявление в сумочку, и тут звонит телефон. Иван. По видеосвязи.

Ах, почему именно сейчас?!

Делаю телефон тихо, как будто не слышу. Следом звонит Федор. Тут надо ответить.

- Алло, да?

- Светлана, за вами ехать? Вы не сообщаете ничего, мы волнуемся с Пашей, уже всю площадку вдоль и поперек изучили.

- Ах да, извините, - киваю, словно он меня видит, - вещей нет, ехать не надо. Я знакомую встретила, заболталась, скоро к вам вернусь, поедем домой.

«Домой», - проносится эхом в моей голове. За столь короткий срок родной город утратил этот статус.

Бегу в аптеку, а потом в магазин косметики. Тонального крема у меня отродясь не бывало, повезло с хорошей кожей. Должно ведь было с чем-то повезти, правильно?

- Мне бы нечто ядреное, пускай и дорогое, но оно должно быть эффективным, - подхожу к консультанту в магазине.

- Простите? Вы о чем? – не понимает девушка.

- Вот, - убираю волосы назад, - этого не должно быть видно.

- О, - очередной сочувствующий взгляд, ну, ничего, я выдержу, - конечно, сейчас подберем вам средство.

Выхожу из магазина практически счастливым человеком. Теперь можно и в люди, главное, близко с ними не стоять. Хорошо, что Ивана нет, хотя, темы для разговора копятся.

- Мама! – ко мне подбегает Павлик. – Наконец-то! Мы заждались. Кого ты встретила, тетю Лиду?

- Нет, милый, не ее, - выпрямляюсь после объятий с сыном. – Можем ехать.

- Конечно, Светлана, я сдал номера, идемте.

Федор никак не комментирует отсутствие моих вещей, не задает вопросы и, главное, не смотрит на меня. Я сумею скрыть недоразумение с Евгением, ни к чему о нем знать всем. Достаточно того, что Федор присутствовал при происшествии с Алисой. Не люблю выглядеть жалкой и беспомощной.

Паша, к счастью, тоже не слишком внимателен. Его интересует вид из окна больше, чем мать. Когда еще он куда-то поедет, нужно наслаждаться моментом.

Обратный путь занимает гораздо меньше времени по ощущениям. Впрочем, так всегда бывает, внутреннее восприятие – интересная штука. И вот, мы уже стоим у подъезда Ивана.

- Давайте я занесу вещи, - суетится Федор.

- И чай попьете, может? – по дороге я попросила остановиться в пекарне, купила пирог с картошкой, чтобы было чем поужинать.

­­­­­­­- Нет-нет, спасибо, я лучше дома, супруга ждет, - отказывается водитель.

А я почему-то впервые задумываюсь о том, что у него есть семья, хотя, это логично.

- Да, конечно, езжайте отдыхать, супруга – это святое, - тепло улыбаюсь Федору и веду сына в квартиру.

Мы отлично проводим с ним время, празднуем мамину свободу пирогом. А что делать с отцовством, будем обсуждать с Иваном. Я зря раньше откровенно не поговорила с ним, впрочем, как и он со мной.

Бегаем друг от друга. Вроде вместе, а вроде и нет.

Засыпаем с Пашей в его комнате. Я ему читала сказку, да так и не смогла уйти, эмоции дня выжали все соки, организм захотел отдохнуть.

Среди ночи резко просыпаюсь. Растерянно моргаю глазами, не в силах понять, что так испугало? Павлик рядом, крепко спит.

- Черт! – вдруг снизу доносится чей-то приглушенный голос.

К нам пробрались грабители?!

Вскакиваю на ноги и озираюсь в поисках подходящего предмета для самообороны. Вызвать полицию или хотя бы позвонить консьержу мне не приходит в голову.

Глаза натыкаются на зонт. Какая ирония – снова тоже оружие.

Беру острую трость и, крадучись, иду к лестнице. Мне удается спуститься вниз незамеченной, и я сразу нахожу источник шума. Он один, высокий широкоплечий.

- Стоять! Ты на мушке, без резких движений, - тычу ему в спину зонтом.

Должно быть, я до конца не проснулась или пересмотрела боевик с Пашей, иначе как можно охарактеризовать мои действия?

- Света? Ты чего не спишь? – грабитель явно не впечатлен, он смело поворачивается ко мне. – Я разбудил, да?

- Ваня! – кидаю зонт на пол и прыгаю ему в объятия. – Я тоже тебя люблю!