Часть 5. Марго

— Как съездила?

Ян задает этот вопрос, как только я вхожу в нашу общую гостиную, что отделяет его спальню от моей. Прямо как в лучших домах Лондона! Встретились, перепихнулись и — до свидания!

— Нормально, — ограничиваюсь коротким ответом.

Ян отрывает глаза от ноутбука и вдруг окидывает меня таким взглядом, что я вмиг чувствую себя голой. Появляется даже инстинктивное желание прикрыться, как бы ни было это нелепо рядом с тем, кто знал мое тело до мельчайших черт.

— Может, продемонстрируешь? — интересуется вкрадчиво, плавно поднимаясь на ноги.

Я невольно отступаю.

— Кажется, мы здесь не за этим.

— А за чем же?

— Это ты мне скажи!

Я действительно хочу знать. Не думает же он на самом деле, что это шоу способно решить наши проблемы? Нет, наверняка с его стороны все это — лишь очередной пиар-ход. Один из спонсоров громкого шоу переживает проблемы в браке и готов решать их напоказ! Что может быть более завлекательным?

От этой мысли становится слишком горько. Как и от понимания — для меня все уже решено. Рядом с ним меня держит вовсе не надежда склеить то, что склеить невозможно. Нет. Мой путеводный маяк — глухая боль, копошащаяся внутри, словно клубок змей на дне пустого колодца — то затихающая, то безжалостно жалящая, выродившаяся в отчаянную потребность услышать от него добровольную правду.

Вот и все, что мне было нужно.

— Я думал, что это понятно. Я хочу все исправить, — доносится до меня голос мужа.

Исправить… как поломку в технике. Но отношения — не схематичный механизм, который можно наладить, заменив пару вышедших из строя деталей. Наш брак — как прохудившееся полотно, которое как ни штопай, а оно все равно продолжает ползти в тех местах, где случились разрывы.

— Ясно, — отвечаю отстраненно и вздрагиваю, когда сильные пальцы впиваются в мои плечи.

— А вот мне ни черта неясно! — выдыхает сквозь сжатые зубы. — Где ты была? С кем?

Смотрю на него потрясенно. С губ срывается неверящий смешок.

— Ты это серьезно?!

Порывисто подхватив с пола бесчисленные пакеты, кидаю их в Яна. Яркая ткань одного из платьев вспыхивает в воздухе, как резкий всполох пламени и тут же оседает к его ногам, затихая также, как моя внезапная ярость.

— Можешь сам все примерить, — холодно подытоживаю, прежде, чем уйти в свою часть апартаментов.