8

Кощей Бессмертный, Бесстрашный и полный решимости (за час до встречи с Настей)

***

— Ну и гадость, — брезгливо комментировала Кладенец несколько изображений скверны, что мы смогли найти в старинных рукописях Китежа.

Про достоверность рисунков я ничего не мог сказать. Лохматое нечто, с волочившимися по земле руками… у нас были чудовища и пострашнее.

Впрочем, страшна скверна была не внешностью.

И это Мракьян сейчас подробно расписывал срочно собравшемуся в стенах тронного зала Китежа совету.

— Им невозможно противостоять, — объяснял он, вернув себе привычную невозмутимость. — Скверна ненасытна. Она высасывает магию, жизненные силы, души… из всего. У них нет совести, нет чести. Нет никаких моральных устоев. Главное для скверны – питаться.

— Но как-то же их всех уничтожили? — уточнила Жар-Птица, на мгновение полыхнув огнём и заставив многих зажмуриться от яркой вспышки, озарившей зал. — Если бы противостоять им было невозможно, они бы дожили до наших дней. А так… от них остались лишь упоминания. Две страницы и несколько рисунков.

— Их не уничтожали, — покачал головой Мракьян, пристально обводя взглядом присутствующих. — Это невозможно.

Информации в рукописях было мало, но Мракьян поделился с нами тем, что помнил по рассказам. Откуда появилась первая скверна никто не знал. Доподлинно известно было только одно – один из его предков нашёл способ навсегда избавиться от этого существа, когда угроза гибели мира стала не просто ощутима, а всё к этому шло.

Он выставил скверну из нашего мира в ближайший не магический, имеющий точки соприкосновения с нашим.

— Скверну нельзя убить, — продолжал Мракьян. — Стоит вам к ней приблизиться, как вы не успеете нанести удар. Ни мечом, ни магией. Она выпьет вас до дна, оставив лишь горстку пепла. Впрочем, если мы не начнём действовать, это нас всех и ждёт.

— Не понимаю, — покачал головой старейший из леших. — Это же сколько веков прошло? Зачем оно вернулось? И сколько ему годков? — он со скрипом пожал худыми плечами. — И сможем ли мы эту древность запихать обратно, откуда она вылезла?

Все снова сконцентрировали внимание на Мракьяне.

— Для начала её надо найти, вот только, — он шумно выдохнул, с явной неохотой признавая. — Я не чувствую её. Всё что я смог увидеть, это появление в нашем мире двух чужеземцев. Две девушки. Скверной является одна из них. И в силу вступить она успела, как вы могли заметить, — напомнил он про выброс магии, который почувствовали почти все обитатели нашего мира.

— Объясни мне, — привлёк я внимание Мракьяна к себе. — Пришли две девицы. Одна уничтожила мои деревья и озеро. И лишь спустя… пару часов вступила в силу? Что это значит?

— Нашла что-то, оставленное её предками, — пояснил Мракьян, поворачиваясь к Лешим: — И нет, явилась к нам не древность. Молодая скверна. Наследница изгнанного.

— И что ей в том мире не сиделось, — загалдели старшие из русалок, кривя пухлые губы и стреляя глазами на Водяницу.

— Топить её бессмысленно, как я понимаю, — шикнув на своих девочек, владычица воды обратилась к Мракьяну. — Ты сможешь повторить ворожбу своего предка? Отправить её обратно?

— Надеюсь, — честно ответил он. — Для начала нужно её найти. Только найти, — громче повторил он, мигом понижая градус оживления присутствующих. — Нам ни к чему напрасные жертвы. Как и ни к чему кормить скверну. Чем больше она поглощает – тем ненасытней становится. И сильнее.

— А со второй девушкой, что делать? — поинтересовалась Кладенец, но Мракьян воспользовался тем, что никто кроме нас с ним её не слышит и проигнорировал вопрос.

Совет продлился не долго. Присутствующие прониклись проблемами, что нам сулят. Наглядной демонстрации того, что осталось от Мёртвого озера хватило, чтобы никто не захотел геройствовать.

— Задержись, — попросил меня Мракьян, когда совет начал расходиться.

Дождавшись, пока тронный зал опустеет, он подошёл ко мне и сухо произнёс:

— Есть проблема.

— Ещё одна? — криво усмехнувшись, я склонил голову. — Слушаю.

— Девушек двое…

— И ты так и не ответил, что делать со второй, — напомнила Кладенец, с видом оскорблённой невинности отойдя к огромному окну. — Зачем скверна вообще с собой кого-то притащила?

— Чтобы сожрать, — ответил ей Мракьян. — В том мире, — он неопределённо махнул рукой, — она не чувствовала голод. Силы были заперты. Но здесь… как только она появилась, ей сразу была необходима подпитка. И я не понимаю, почему вторая девушка ещё жива…

— А если она использовала её, как ключ? — предположил я. — Оттуда не так легко попасть сюда. Всегда нужен ключ.

И это было правдой. Я знал тот мир, хоть никогда не бывал там. Зато там выросла моя мама. Отсутствие магии, развитие техники… в детстве я слушал об этом истории перед сном.

Да, случалось, что к нам заносило чужеземцев. Они любили называть себя попаданцами. Вот только… всегда нужен ключ. Чаще всего это сильнейшая магия. Реже – сам человек обладает способностью пересекать грань миров. Чувствует места, где междумирье можно пересечь. Сам является ключом.

— Мне кажется, всё несколько сложнее, Кощей, — Мракьян тяжело вздохнул. — Ты как-то просил указать тебе на твоё сердце.

— И ты сказал, что… как там? — я обратился к Кладенцу.

— Он назвал тебя ленивым мальчишкой, а потом заявил, что не видит твою суженую, — напомнила она, развернувшись к окну спиной и скрестила на груди руки.

— Да, примерно так, — не стал спорить Мракьян. — Я ошибся. У тебя есть суженая. Теперь есть. И это проблема, Кощей…

— Подожди…

— Что ты хочешь этим сказать? — заговорил я одновременно с мечом.

— Я не чувствую скверну, как и не чувствую вторую девушку, — ответил он. — Но точно ощущаю, что одна из них – твоё сердце. И это проблема. Ведь если им окажется скверна…

— Допустим, — не дал я ему договорить. — Но не могу понять, чем плоха вторая девушка? Почему это будет проблемой?

— Потому что я в жизни не поверю, что скверна случайно притащила сюда твоё сердце, — пояснил Мракьян. — Я не верю в случайности. И это всё… выглядит чем-то блестяще спланированным. Вы, Бессмертные, уязвимы, когда встречаете свою суженую. А твою привела скверна.

— Сердечко, значит, — улыбнулся я, поиграв плечами. — Не стоит, Мракьян. Чтобы не задумала скверна – мы этого не допустим. А теперь, прости, я пойду искать её.

— Главное, чтобы твоя суженая не оказалась скверной, — донёсся до меня голос Мракьяна, когда я уже вызвал чёрный огонь и начал переноситься в лес.

Я вышел недалеко от Русалочьей заводи. Если и начинать поиски, то с них. Пусть послушают воду, возможно она нашепчет…

— Кощей, — Кладенец перегородила мне дорогу, выставив перед собой ладони, вынуждая остановиться. — Может не стоит её искать?

— Ты шутишь? — я удивлённо приподнял брови.

— Мракьян прав, сердце сделает тебя уязвимым, — напомнила мне меч. — Мы пока даже не знаем, вдруг и правда это страшилище…

— Кладенец.

— Нет, серьёзно! — она топнула ногой, выдавая своё волнение. — Сейчас ты её не видел. Не бредишь ей. Может и не стоит…

— И оставить ту, что судьбой мне предназначена, гулять рядом с монстром, который в любой момент может превратить её в пепел? — вкрадчиво уточнил я.

— А может она заодно со скверной! Или сама она и есть эта тварь! — не сдавалась меч.

— В таком случае, поверь, я помогу Мракьяну запихать её обратно в другой мир, — усмехнулся я, обходя Кладенец и продолжая идти к русалкам. — Ты картинку помнишь? Думаешь, я всерьёз буду бредить... этим?

— Любовь зла, — хмуро ответила меч, недовольно идя следом за мной.

К счастью, больше попыток отговорить мен она не делала. Лишь иногда через чур громко вздыхала, выражая своё отношение к моим поискам.

Русалки же оправдали мои надежды, сообщив, что видели странную девушку. И на мою радость – прогнали.

— Прекрати так улыбаться, — ворчала Кладенец, когда мы пошли дальше, в указанную хвостатыми сторону. — Вот чему ты так рад?

— Они её прогнали, — напомнил я мечу. — И остались живы. Значит, она не скверна.

— Так себе логика, — не разделяла мой оптимизм Кладенец. — Просто признай, что тебе льстит, что девушка невинна.

— Спорить не буду, — коротко отозвался я.

Хотел ещё немного порассуждать, но заметил впереди трясущую двумя руками куст девушку.

— Что это? — Кладенец тоже остановилась, наблюдая за мельтешением незнакомки.

Что-то высказав насаждению, она немного прошла вперёд, после чего расстроенно обернулась в нашу сторону. Печально выдохнула, прошептав что-то про угощения, присела. Затем прилегла.

А вот дальше началось самое интересное. Она решила заставить меня выйти. Называя то медведем, то волком, то… девицей.

— А если молодец красный? — решил я помочь, приближаясь.

— Не подходи к ней, — шептала Кладенец, опасливо ступая рядом со мной.

Я же смотрел на девушку. Тёмные волосы, пухлые губы, немного вздёрнутый нос и полное отсутствие магии внутри неё.

— Как быстро наступила ночь, — пожаловалась девушка, лёжа с закрытыми глазами. — Ничего не вижу…

— Глаза открой, — подсказал я ей, присаживаясь на корточки и смотря в пронзительно синие глаза в обрамлении пушистых ресниц. — До ночи ещё далеко.

Кажется, девушка где-то умудрилась наткнуться на Лихо. Следы его магии были единственным, что отличало девушку от простых людей.

Она точно не была скверной.

Злых людей от колдовства Лихо скрючивает в агонии, а она…

Лежит, пытается меня рассмотреть, возмущается чему-то. Забавная…

— Кощей, отойди от неё, — попросила Кладенец, отступая в сторону. — Вдруг она всё же скверна…

— Ну какая скверна? Глупости, — перебил я её, поднимаясь на ноги и смотря с укором.

— Значит скверна где-то рядом и всё это, — меч обвела руками пространство. — Ловушка для одного жаждущего любви Кощея! Давай её оставим, а сами…

— Ты серьёзно хочешь её здесь бросить?! — возмутился я такому заявлению.

И сильно. Переведя взгляд на девушку, понял, что вот оно. То, о чём рассказывал папа. Одного взгляда хватает, чтобы…

— Плохая берёза! — неожиданно закричала девушка в сторону. — Гадости она тебе говорит! Не слушай её, Геннадий…

— Кто? — переспросил я, не в силах убрать с губ улыбку. — Как ты меня назвала?

— Геннадий, — уверено повторила девушка. — Ты, конечно, не крокодил, но…

Она уснула, так и не закончив фразу.

— С таким сердцем точно не соскучишься, — усмехнулся я, беря её на руки и призывая чёрный огонь. — Пора домой.