ГЛАВА 11
ГЛАВА 11
В палате меня сегодня ждали, как никогда раньше. Стоило мне только войти, как девчонки накинулись на меня с вопросами, друг друга перебивая.
- Ну как?!
- Где были?!
- Мы выходили, в парке вас не было!
- Что он говорил?!
- А ты что?!
- Про жену спросила?!
- Дети у него есть?!
- Целовались?!
- Что у вас происходило все это время?!?!
Они были такие смешные. Я довольно разлеглась на кровати и рассказала все в мельчайших подробностях, удивляясь, как так случилось, что я стала так быстро доверять этим девчонкам? Наверное, больница – лучшее средство подружиться. Но, в принципе, скрыть своей радости от проведенного с доктором времени тоже бы не вышло, легче все сразу рассказать.
Оля и Таня после моей истории остались в бешеном восторге, а потом еще весь вечер мусолили эту тему, придумывая нам с доктором все новые и новые развития событий и совсем не обращая внимания на мое хихиканье. Мне было не жалко, пусть фантазируют. Главное, что меня не трогают, и я могу насладиться воспоминаниями.
Потом звонила Лизка, узнавала, как я себя чувствую. И, что удивительно, ни слова о Коршуне. Неужели, Серега не сказал ей про мое странное поведение, когда я неслась за своим доктором?
Но все встало на свои места, когда после сестры мне позвонил Гоша.
- Как ты, киса?
- Отлично!
- Говорила со светом очей, то есть, ушей своих?!
Я рассмеялась.
- Говорила! Гоша, представляешь, он не женат, я тоже ему нравлюсь, и нам нужно всего лишь подождать, пока меня не выпишут! А то там его ругают, что у нас симпатия, типа нельзя, в общем…
- Да понял я, киса! – перебил Гоша. – Ну и славно, что все так складывается! Ты меня с ним познакомишь?
- Хочешь уже оценить его? Боюсь его пока такому шоку подвергать, - засмеялась я. – Он, конечно, не из пугливых, раз такую профессию выбрал, но ты – это слишком большой стресс! – пошутила я.
- Скорее, я хочу убедиться, что он не очередной «смазливый петух». А то ты уже вторая, кто так говорит о нем. Что ж, я заинтересован.
- Вторая? – не поняла я.
- Киса, Лизка твоя звонила, выясняла, что я знаю о тебе и твоем докторе. У него фамилия Коршун?! Чего не сказала?! – захохотал Гоша, а я вспомнила, как сегодня этот самый Коршун смеялся с имени моего друга. Кажется, они подружатся.
- Так, Гоша! Нормальная фамилия!
- Опупенная фамилия, киса! Алиса Коршун!!! – хохотал этот засранец. Да так, что и я не смогла сдержаться. – Не зря ты себе птичку-то набила, да? Пометил тебя Коршун!!!
- Гоша, ты идиот! – смеялась я.
- Вот это новость! В общем, Лизка его прямо очень одобрила, мычала что-то нечленораздельно, когда я сказал, что у вас там что-то наклевывается. Я смог разобрать только: Апполон, божественный. Прямо не терпится глянуть на это сокровище!
- Стой. Лизка просто у тебя за него спросила, и все? – удивилась я. Сережа, значит, все-таки рассказал ей. – И даже не устроила допрос?
- Киса, я просто пригрозил, что если она вмешается – сбежит ваш Коршун. Улетит, точнее, - усмехнулся Гоша. – Ну, и еще пристыдил ее немного. Сколько можно тебя опекать?! Короче, Лизке пришлось меня послушаться, я закидал ее аргументами. И еще она, по ходу, очень не хочет, чтобы этот доктор от тебя сбежал. В общем, киса, ты отныне – взрослый, свободный человек! Можешь не благодарить. Ну, под моим присмотром. Это я Лизке обещал. Так что, если твой Коршун тебя обидит – яйца за это твоя сестра оторвет мне, а не ему. Это она обещала, и Серега тоже вписался. А мне мои яйца очень дороги, поэтому ты уж будь добра, познакомь меня с Апполоном!
- Вот это речь! – восхитилась я. – Спасибо тебе, подружка! Познакомлю, только после своей выписки. Пока Коршун только мой врач.
- Да не вопрос, я подожду! Только не спи с ним, пока не выпишешься!
- Ну, уж это без тебя решу! – рассмеялась я.
- Все, киса, побежал я. На работе.
- До сих пор? Десять уже!
- И что? Все, выздоравливай! На созвоне! Забегу к тебе еще.
- На созвоне!
Пока я говорила по телефону – девчонки убежали в душ. Даже Тане уже можно! Все, завтра буду настаивать, а то это уже издевательство! У меня же скоро блохи заведутся!
Я снова обтерлась салфетками, приготовилась ко сну. Телефон засигналил о принятой смс.
«Доброй ночи тебе, заинька!»
Божечки, счастье-то какое! Я даже попрыгала от радости, пока соседок нет. Так, надо кое-что спросить.
«И тебе доброй ночи, симпатичный доктор! А ты что, резко курить бросил?»
«Нет.»
«Странно. Тогда почему ни разу сегодня не закурил?»
«Не хотел тебя травить))» - он ставит смайлики! Как мило!
«Мне это не мешает, не бойся. Не поверишь, даже нравится!»
«Ты сама это сказала!»
Я рассмеялась.
«Теперь сигарета будет третьей в нашей компании?))»
«Не всегда) Ложись спать, заинька. Завтра увидимся!»
Спала я просто замечательно! А еще снился такой сон: я, в наушниках, бегала с большой клеткой по полю, а надо мной летала шикарная птица. Сон меня дико порадовал: у меня есть эта клетка! Я нравлюсь ему!!!
Утро тоже было прекрасным, его не омрачили даже мои грязные волосы, которые я снова завязала в пучок. И я, наконец, сняла ненавистные чулки!!! Только радость тут же сменилась страхом – ноги налились и стали каменными. Но девчонки спасли меня советом: нужно просто полежать ногами вверх, и все пройдет. И, действительно, так все и случилось! Я даже платьице короткое надела (спасибо Лизкиному салону красоты и отдельно – мастеру депиляции за гладкие ножки!). Да, ноги расчесаны, но здесь на это внимание никто не обратит, а у меня скоро осмотр у Коршуна, нужно порадовать своего доктора!
Я шла с укола и косилась в сторону душа – курилки. Он точно уже здесь, дымище такой в коридоре только когда Коршун на работе. Но доктора я не встретила, а ждать, когда он выйдет – было не вариант. У меня на почве того, что нас могут увидеть вместе, вообще, кажется, паранойя развилась. Хотя ведь что такого страшного может случиться? Мне максимум поменяют врача, а на Коршуна опять Мухин накричит. Но я не хочу ни того, ни другого. Лучше подождать выписки, а уж там и посмотрим, как все будет дальше происходить.
В нашем холодильнике было полно еды, поэтому на завтрак мы в столовую не пошли. Оля выклянчила у парней из соседней палаты чайник, мы сделали бутерброды, попили чайку. Таня с соблазнительными запахами уже смирилась, больше не сыпала на нас проклятия, теперь даже сидела с нами за столом и поедала тысячное по счету мороженое.
- На всю жизнь пломбира наемся! – жаловалась она.
- Ну, это хоть какая-то еда, - заметила я, пытаясь ее поддержать.
- И точно лучше той бодяги, что тебе в столовой дают! – согласилась Оля.
Дверь в палату открылась, на пороге появилась уже ненавистная мной медсестра Настя. Бесит, что она попадает в смену с моим врачом!
- Девочки! – возмутилась она. – Опять колбаса?!
- Вас угостить, да? – догадалась Оля.
Медсестра недовольно сомкнула губы.
- Не стоит. Просто предупреждаю, что Мухин здесь. Пациентки Коршуна – на осмотр, - она стрельнула в меня глазами и поспешила удалиться.
- Кажись, соперницу в тебе почуяла, - хихикнула Таня.
- Он сказал, что Настя его бесит! – радостно сообщила я. – И меня она тоже бесит!
Мы с Таней пошли на осмотр. Я летела на крыльях любви, Таня – за компанию, так же радостно, наверное, на моих же крыльях. Заняли очередь и принялись ждать. Людей было немного, но мне не терпелось зайти, поэтому казалось, что очередь бесконечная. А еще было жутко интересно узнать, что сейчас чувствует Коршун. Ждет ли меня с таким же нетерпением? Замирает ли его сердце, когда дверь открывается, и в смотровую заходит очередной пациент? Я вот, кажется, еще никогда так перед осмотром не нервничала, как сегодня.
Таня хотела пропустить меня вперед, но я настояла, чтобы сначала шла она. Да, после меня еще есть люди, но мне казалось, что так я смогу дольше времени провести рядом с ним. Я готова была вообще всех вперед пропустить, чтобы последней войти, но никто не согласился. Тут на мучения народ не спешит, всех готовы вперед пропускать, только бы оттянуть свое неизбежное.
Наконец, Таня вышла.
- Тебя подождать? Хотя, у тебя, наверное, долго осмотр будет, - хихикнула она.
- Следующий! – прогремело из смотровой.
- Иди, психует! Злой он чета сегодня…
Я впорхнула в кабинет и плюхнулась на стул, не обращая внимания на недовольную по поводу моего прихода Настю, прожигающую меня взглядом. Я еле сдержалась, чтобы не показать ей язык. Теперь все мое внимание захватил он. Мой любимый орлиный нос! Я счастливо ему улыбнулась, а Коршун, оглядев меня, сомкнул губы в тонкую линию.
- Доброе утро, Дмитрий Васильевич!
- Чулки.
- Что – чулки?
- Где чулки?! – рявкнул он.
- Э-э-э…, - растерялась я. Нельзя, что ли было?! Блин. Но ведь…. – Сняла…
- Я вижу. Какого … зачем сняла?!
- Но девочки сказали…
- Кузнецова! – взревел Коршун. Кузнецова?! Так, все плохо. Чулки нельзя было снимать, усекла. – Может, тебе и уши девочки лечить будут, раз ты у них все спрашиваешь?
- Но я думала, что можно…, - боже, я сейчас этой ухмыляющейся сучке нос сломаю! Мы как раз в нужном отделении, ей нос мигом починят. Стоит, радуется, что он орет на меня. – Я не знала, что еще нельзя. Пять дней ведь уже прошло!
- Не пять, а пятый только пошел. И спрашивать надо не у девочек, а у своего доктора, заинька. У меня то есть, - злился он.
Я виновато опустила голову. М-да, не таким я представляла сегодняшний осмотр. Блин, а ведь все из-за моей глупости! Мне так не терпелось пощеголять перед ним с голыми ножками, что и не подумала даже, что нужно было сначала спросить. Черт. А теперь он злится. Зато Настя вон сияет, как новая монетка! Стерва. А Коршун мог бы и не орать на меня при ней.
- Я могу надеть чулки опять. Надо?
- Уже смысла нет. Да и ножки мне твои нравятся! – усмехнулся доктор, мгновенно поднимая мне настроение и опуская его Насте. Теперь засияла я. Ну, подумаешь, покричал немного. – Беспокоило что-нибудь, заинька?
- Кроме того, что я очень хочу в душ – нет.
- Давай завтра.
- Давайте сегодня?
- Это было не предложение! Я сказал, завтра! – отрезал он, а я обиженно вздохнула. Прямо вот от одного дня капец, как что-то изменится! – Поворачивайся ушком, - я послушалась, доктор отклеил пластырь. – Сегодня я все лишнее уберу, будешь слышать даже тараканов в коридоре!
- У нас нет тараканов, Дмитрий Васильевич! – влезла Настя, пытаясь хоть как-то обратить на себя внимание.
- Значит, из соседнего отделения тараканов пригоним! Нам же нужно слух проверить.
Я улыбнулась.
- А деталька не сломается?
- Ну, если на бокс не запишешься, - пошутил Коршун. – Не должна.
- Я прямо вот всю жизнь с ней ходить буду?
- А планировала годик? – усмехнулся он.
- Нет, - засмеялась я, но потом ощутила в своем ухе щипцы и испуганно замерла. – Мамочки…
- Не бойся, заинька, - тихонько пробормотал Коршун, щекоча меня своим дыханием. – Расслабься.
- Мне будет больно?
- Если расслабишься – не будет, - пообещал доктор. А я вот все равно боялась, потому что уже слышала эту фразу от брехливого Гоши. Конечно, тогда ситуация была совсем не такая, но как раз после нее я в эту фразу больше и не верю. Потому что тогда я расслабилась, а больно мне было! В общем, так и сидели: Коршун сосредоточенно ковырялся в моем ухе, а я пыталась расслабиться. А потом раздалось: - Слышишь меня, Алиса? – ШЕПОТОМ!!!
- Слышу…, - ошеломленно пробормотала я. – Вы шептали?
- Шептали, - засмеялся Коршун, довольный эффектом от своей работы. – Смотри, ушки я все равно еще пластырем залеплю, но слышать ты будешь. Давай другое ушко.
Я послушно повернулась, Коршун взялся за второе ухо. Все получилось не так страшно, как мне показалось в начале. Теперь меня только медсестра раздражала. Она стояла рядом с нами, почти касаясь моего доктора, подавала ему инструменты и, кажется, была ему сейчас очень нужной. И вот этот факт дико меня бесил. Мы бы тут и без нее справились!
- Заинька, а это ушко работает? – прошептал Коршун, гоняя своим прекрасным шепотом мурашки по моему телу.
- Работает, - довольно ответила я.
Он залепил мои уши пластырем и подмигнул мне.
- Ты свободна.
Жаль, блин. Я вздохнула.
- Может, я все-таки схожу сегодня в душ? – робко спросила я.
Доктор нахмурился.
- Почему ты меня с первого раза не понимаешь?
- Но Тане ведь уже можно! А операция у нее всего лишь на день раньше была! – понимаю, что веду себя, как ребенок, который клянчит игрушку, такую, как есть у других. Но я ведь права! Я имею право искупаться!
- Заинька, а что я ей оперировал?
- Гланды, - надулась я, догадываясь, к чему он клонит.
- Будешь дуться – и завтра с душем пролетишь, - усмехаясь, пригрозил мне Коршун.
- Дмитрий Васильевич, там еще есть пациенты, - ах ты ж, стерва! Намекает, что я тут уже засиделась!
- Настя, а сходи-ка ты за пластырем, - попросил он.
Медсестра сжала кулачки.
- Но ведь здесь еще есть!
- Сходи, я сказал! – гаркнул он.
Настя обиженно удалилась, почти хлопнув дверью. А я не успела даже порадоваться нашему уединению, как Коршун притянул меня к себе и подарил нежный поцелуй. Вкусный! Одной рукой гладил мою шею, другая скользнула по ноге, заставив мое сердце забиться чаще, я тоже потянулась к его шее, чтобы обнять, но Коршун резко отступил. Как и тогда, в машине.
- Иди, заинька.
- Да что я делаю не так?! – возмутилась я.
Он хитро улыбнулся.
- Я ведь уже отвечал. Все так. Очень даже, - доктор подмигнул. – Иди, пока Настя на нас не настучала.
- Не ответите, значит? Зачем меня целовать, если не нравится, когда я отвечать на поцелуй начинаю?! – обиделась я, поднимаясь со стула. – А Настю вы сами к этому подводите! Зачем было ее отправлять куда-то, если меня все равно уже прогнали?
- Не прогнал, - вздохнул он. – Просто…, - я не дала ему закончить фразу, умчалась из смотровой, показывая обиду.
В коридоре встретила недовольную медсестру с пластырем, а потом по пути в палату размышляла, почему сейчас сказала ему «вы». Мы же одни были. Наверное, так мне привычнее. А вот как его просто по имени назвать – вообще не представляю!
Я рассказала все девчонкам, они порадовались нашему второму поцелую, поругали Коршуна за непонятное поведение, а потом разбежались кто куда. Оля помчалась в магазин, к Тане пришел парень. Смотрю, на просьбу Коршуна о том, чтобы посетители приходили во второй половине дня Танин парень чихать хотел. Если она вообще ему об этом говорила.
Я же устроилась на кровати с книжкой. Но не могла сосредоточиться на чтении, все думала о непонятном поведении Коршуна. Сам, значит, целоваться лезет, а стоит мне взаимностью ответить – отступает! Где логика у этого мужика?
Ближе к обеду пришло смс:
«Заинька, не вздумай обижаться. Мне нравится тебя целовать. Просто сегодня в смотровую могли войти.»
«А вчера? В машину могли войти?» - я имею право знать, в чем дело! Почему стоит мне его обнять – поцелуй сразу закончен? А потом «все очень даже так!». Козел.
«Нет, в машине была другая причина. Мы об этом потом поговорим.»
«Нет, мы об этом сейчас поговорим! А то сойду с ума от догадок!»
«Не сходи. Потом.»
«Я сейчас заявлюсь в ординаторскую! Там не отвертишься!» - пригрозила я. Пусть объясняет.
«У меня операция)))»
Я цокнула языком, показывая недовольство.
«Ну и не надо!»
«Ну и не буду!»
«Что не будешь?»
«А что не надо?»
Да он издевается! Но мне стало смешно.
«Удачной операции, Дмитрий Васильевич! Не втрескайтесь в пациента!»
«Ой, спасибо, Алиса Сергеевна! Это уже случилось))»
На душе потеплело. Это уже случилось.
После обеда ко мне приехали Лизка и Сергей, привезли очередной пакет с продуктами, а потом вытащили меня в парк, постоянно проверяя, действительно ли я слышу. Нам троим это казалось нереальным, поэтому я долго разгадывала, что они шепчут. Потом мы гуляли, пока охранник не предупредил, что больница скоро закроется, а я огорчилась, что пропустила, как Коршун ушел домой. Но все равно день прошел замечательно, Лизка и Серега даже не заикались о Коршуне, а я таки покормила белок! Ой, какие они классные!!!
Вечером мои девчонки уселись под дверью душа, ожидая, когда там будет свободно. Я решила составить им компанию, чтобы не скучать в палате. Все равно даже читать не получается, у меня доктор в голове. Коршун, кстати, больше не писал, а сама ему написать я побаивалась. Хотя, вроде, и можно. Ладно, сегодня пожелаю своему доктору доброй ночи.
- Я тоже хочу в душ! – ныла я, веселя соседок.
- Понимаешь меня теперь? – смеялась Таня. – Это, конечно, не колбаса, ее пережить сложнее, но все равно - похоже. Хреново, когда тебе нельзя то, что остальным можно, да?
- Угу, - вздохнула я. – Ничего, завтра накупаюсь!
- А я завтра домой! – мечтательно вздохнула Оля. Мы с Танькой завистливо замолчали. Скорее бы и меня уже выписали!
- Кузнецова! – громыхнуло на другом конце коридора. Мы втроем даже вздрогнули.
Мой зоркий глаз уже шел к нам, напустив на себя максимально строгий вид. В повседневном. Только домой собирается? Припозднился что-то.
- Что опять не так? – обиженно поинтересовалась я. Не зря же такой серьезный весь, что-то не нравится, и если меня назвали по фамилии – причина и есть во мне.
- Заинька, а ты чего это тут сидишь?
- А что, нельзя?
- В душ собралась? – подозрительно прищурился он.
- А вы видите у меня в руках полотенце и шампунь?
- Тогда чего тут делаешь?
- Да просто с девочками сижу! Болтаем мы!
- Марш в кроватку!
- Да я просто здесь сижу!
- Завтра тут посидишь! Иди в палату, мне так спокойнее будет.
- Дмитрий Васильевич, да она ведь не собиралась купаться, - заступилась за меня Таня.
- Заинька, ты еще здесь? – не обращая внимания ни на кого, кроме моей скромной обиженной персоны, поинтересовался Коршун. – Я предупреждал, будешь выделываться – и завтра не пойдешь купаться.
Я цокнула языком и, задев его плечом, поплелась в палату. Вот какая ему разница, здесь я или около душа?! Как-будто меня туда засосать может, когда дверь откроется, поэтому переживает! Договорились ведь уже, что я завтра пойду купаться, чего психовать?
«Не собиралась я купаться! Доброй ночи.» - пусть знает, что я обиделась!
«И умница, что не собиралась! И тебе доброй ночи, моя заинька!»
- Моя заинька! – покривлялась я телефону.
Что ж, кажется, он не заметил моей обиды, ну, или сделал вид. А мне, кстати, даже больше и не из-за чертового душа обидно! Зачем он постоянно орет на меня при всех? То перед Настей, теперь перед девчонками. Гавнюк.
Засыпала я, чувствуя вселенскую обиду.