Глава 39

Уже на вокзале с обычным билетом экономического класса. Мне, кстати, удалось обменять свой билет, не знаю, какие там проблемы возникли у Цербера, но и тут она облажалась. А мне хоть где-то улыбнулась удача.

Второе ошеломление за день настигло меня при входе в свой личный онлайн-кабинет банка…

Я стояла и смотрела на свой банковский счёт. Который был пополнен рано утром на внушительную сумму. Не миллиард, конечно. Но всё равно такое ощущение, что мне заплатили, как минимум за потерю девственности этой ночью. А как максимум — за почку.

Левую. Она почему-то тянет сильнее всего. Что-то такие марафоны приятны только в моменте, а вот после…

Ужасное горькое чувство всё усиливалось с каждым прожитым часом в неведении. Почему Яр так поступил? Может, он просто сорвался по работе и сейчас не может ответить, потому что он в пути?

Тысяча подобных вопросов мелькали у меня в голове, пока я ехала домой. Так и не успела ничего посетить в этом городе. Только побыть на вершине счастья и тут же приземлиться обратно. Больно расшибив коленки в кровь при этом.

Смотреть, как мелькают за окном пейзажи нашей великой и могучей было успокаивающе. Возможно, я накрутила себя и на самом деле всё хорошо.

Резко в руках начинает звонить телефон. Так как он лежал у меня всё это время в руках. Мне ничего не стоило поднять на уровень глаз мобильный и тут же разочароваться. Потому что звонила Мишель, а не Ярослав. Но трубку всё-таки взяла.

— Ало? — Максимально пытаясь голосом передать нежелание разговаривать.

— Ты где застряла, почему не отвечаешь на сообщения? — Мишель явно взволнована и хочет добиться ответа сейчас и ни минутой позже.

— Я еду домой. Не в настроении сейчас общаться, извини.

— Что? Что значит едешь домой? Ты же только вчера утром уехала? Что произошло? Ало? Саш? — Как и ожидалось, на меня посыпался град вопросов.

— Я-я-я… Я не знаю. — Тут моя выдержка, проверяемая с самого утра, даёт сбой и меня прорывает на рыдания.

Чтобы не мешать людям, которые едут со мной рядом, я встаю и иду в туалет. Размазывая слёзы по щекам и всхлипывая.

Снова звонит Миша. Оказывается, тот вызов сбросился нечаянно.

— Я ничего не поняла. Давай всё сначала. — Спокойно и всё так же настойчиво продолжила подруга.

Решила, что нужно выговориться. Зная Мишель, она не отвертится и будет настойчиво докапываться до самой сути. Проще сразу всё сказать.

— Я приехала с Яром в отель. Там мы провели весь день… И ночь. Где-то между, написала Цербер официальное письмо. В нём было — всё отменяется, можешь ехать домой. Если вкратце. — Я перевела дух и опять продолжила описание вчерашней цепочки событий. — Мы с Громовым вроде как договаривались остаться ещё на пару дней. Даже обсужда-а-а-али прогулку по крышам…

Новый виток слёз перебил мои сбивчивые объяснения.

— Всё-всё, не реви. Что случилось-то? Хорошо же, что отменилось. Больше времени друг на друга было бы. — Непонимающе рассуждала Миша.

— Он уехал. — Совсем убитым голосом просипела я.

— Что? Как так? — Первое слово она чуть ли не прокричала мне в ухо. Я почти оглохла.

— Вот так. Просто с утра проснулась, а его нет. Зато есть круглая сумма на карте и завтрак в постель. — Язвительно получилось как-то.

— А позвонить? Чего сразу рыдать-то? — Вполне логичные вопросы.

А я, конечно, на такое бы и не додумалась, ага. Ещё и из-за этого стало обидно, и вновь у меня случился приступ рыданий.

— Не досупе-е-е-ен.

— Так, собралась Сашка! Ребёнку такие качели только вредят. Давай голову включай, а эмоции, наоборот, вырубай. — Строгий мамский тон так и плещет.

— Тебе легко говорить. — У меня выходит только какой-то очень жалкий пока что.

— Поверь моему горькому опыту. Нелегко это сделать, уж я-то знаю. — Она видимо тоже вспомнила свой неудачный опыт. — Просто сейчас тебе нужна холодная голова. Да и рубить всё нельзя, не поговорив. Но молодец, что домой едешь. Тебя встретить?

— Не надо. Я сразу на работу заеду, чтобы отчитаться и взять отпуск. Наверное, за свой счёт схожу или больничный оформлю.

— Ну уже хорошо, что не увольняться. Тебе ещё декрет оформить должны. — Ага, бегут и падают.

В этот момент ко мне в кабинку начинают неистово стучаться и дёргать за ручку.

— Ладно, здесь уже в кабинку ломятся, я пошла. — Уже вполне адекватным голосом проговорила я Мише.

— Успокоилась? Всё, больше не будешь плакать?

— Не буду, мамочка. — И ещё хотелось показать ей язык при этом, получилось только своему отражению в зеркале.

Попрощались, и я вышла из уборной. Так, там на меня наехала какая-то бабка. Буквально с ничего:

— Рёва-корова тут нашлась. Тоже мне, парень бросил. Мне шестьдесят три, и я бы рада была, если бы мой хрыч, старый меня, бросил и ушёл в мир иной. Ещё бы квартиру его продала бы и уехала в круиз. — Она так самозабвенно предавалась мечтам сжить мужа, что не заметила движений за спиной.

— Он сзади вас. — И не говоря ничего больше, прошла подальше от этой парочки.

Бабулька слишком резко для своих лет разворачивается и бледнеет.

Ведь её старый хрыч реально стоял позади неё. Сюрприз. Дальше уже шла к своему месту под звуки разворачивающейся драмы. Пожилая пара достаточно долго и бурно ругалась, припоминая все грехи друг друга. В конце концов, мне удалось даже заснуть от потрясений и усталости этого дня. Настолько потерялась во времени, что только при выходе из поезда заметила — мне прислали какое-то фото…

Хотя мне казалось, что я проверяла телефон миллион раз на звонки и сообщения, в надежде узнать что-нибудь от Яра, про Яра… Что угодно!

Просили — получите…