16.2

- Это ты так проявляешь заботу? - устало спросила, положив китель на стойку и подхватывая за бочок белую сдобу в темных крапинах изюмин.

- Скорее беспокоюсь, - хмуро поправил Камачо, наливая себе полную чашку молока. - Ну, и немного бешусь. Он же тебя в пыль сотрет, Маккой. Ты мне можешь объяснить логично, почему не заявила групповую дуэль? Я понимаю, от дуэли было не отвертеться. Но, проклятье, почему не группа? Как назначенный командир, ты была в своем праве.

Он проследил, как я откусываю кусочек, обхватил мои пальцы сверху своими, подтянул булку и попробовал ее с другого края.

Я мягко сняла с его подбородка крошку, завороженно глядя, как двигается челюсть, чуть сминаются при смыкании иронично изогнутые губы. Поняла, что молчу, не отвечая на вопрос и заморгала, пытаясь скинуть наваждение. В следующую секунду, совершенно естественным образом, я оказалась в кольце уверенных рук.

Райден потерся щекой о мои волосы и подвинул свою чашку, поддерживая ее, чтобы я отпила.

- Тогда бы его побила Аделаида, и все сказали, что я слабачка. Спасибо за молоко, - я облизнулась, убирая капли. Внимательно наблюдающий за мной Райден наклонился и мягко провел языком по моей нижней губе и правому уголку рта.

Вздохнул, почувствовав, как я дрогнула, и глухо, расстроенно сказал:

- Напомни, в каком селе ты воспитывалась, Маккой? Лидер не обязан драться сам, для этого он подбирает нужную команду. Ты бы не только не уронила статус, выйдя вместе с Аделаидой, но и подняла бы его небес, если бы вы с подругой побили на пару Уго с его человеком.  Зато теперь - да. Одинокий клоп выйдет против медведя, какая великолепная командная стратегия.

Вот это мне не приходило в голову. Ах, как же обидно. Надо учиться мыслить по-другому, перекраивать голову. Райден со вздохом облокотился на стойку.

- И что теперь? Как избежишь поражения?

- В этом и есть задумка, - оживилась я. Альфа отставил чашку, крепче схватил меня за руку и в пару укусов расправился с моей чудесной булочкой. Ну ничего, здесь есть еще, свежие, кругленькие, такие аппетитно пахнущие. Надо парочку утащить в комнату и поделиться с Моникой. Я откинула голову на плечо Рая, расслабляясь. - Хочу все пять минут боя провести на уклонении.

Мой указательный палец, сладкий от остатков присыпки, с удовольствием облизывали, мешая связно мыслить.

- Райден, ты меня сбиваешь, - фыркнула я, - и вообще мне надо держаться от тебя подальше, после инициации у меня из-за тебя отлетел кусок контура. Фьють. Скорее всего к тебе прилепился.

- Контур не может отлететь. Открою тебе давно известный всем специалистам по инициации секрет. Иногда встречаются неполные контуры, они такие изначально! В этом случае без специальных эликсиров невозможно самостоятельно инициироваться. Да и потом, при потере энергии, придется пополняться зельями. Вот что.  Я принесу тебе бутыль из моих запасов, будешь пить, если меня не будет рядом, поняла?

- Ох. А как же моя инициация?

- Возможно, ты удачно выпила на вечеринке какой-то аналог нужного эликсира, сейчас уже трудно проверить, но тебе очень-очень повезло. Особенно, когда ты встретила меня. И я закрепил твой колышущийся пудингом слабенький контур.

И он наклонился, лукаво заглядывая синью омутов, на которые так легко засмотреться и в которые бесконечно бесконечно падать, забывая обо всем.

- Ого, - я гибко вывернулась из объятий, заставив его изумленно поднять бровь. - Но если мне так повезло, почему и ты восстанавливаешься, когда я рядом? А? Ну-ка, ответь, герой-инициатор опоенных дев.

Я отошла на шаг и совсем по-детски хихикнула, когда он попробовал схватить меня и промахнулся.

- Просто постарайся стоять на дуэли недалеко от меня, Райден, я понемногу, но буду восстанавливать силы. Увидишь, выставлю Уго полным дураком.

- Откуда такая реакция? А ну стой! - Райден попытался обхватить меня обеими руками, но я поднырнула снизу, уходя боковым подшагом.

- Я же легкая и быстрая. Папа сказал, уклонение - единственная возможность не попасть в беду в первые же дни. Он меня старался поймать много месяцев, с утра до вечера.

- А если ловил?

- Давал щелбан, - ответила я и невольно потерла лоб. Одно время у меня синим было все, включая руки и даже коленки. Когда одно из мест покрывалось синяками, приходилось искать новое для отцовского щелчка.

- Ага, - я снова оказалась в объятиях, уже лицом к лицу. Он был серьезен. - Уклонение великолепно, ты, действительно очень ловкая, но тебе нельзя задумываться и зевать. И, если тебя заденут хоть раз...

- Просто доверься мне, Камачо, - тихо попросила я.

И мы, наконец, поцеловались. С облегчением, цепляясь за одежду, подтаскивая друг друга ближе. Я привстала на цыпочки, обхватив его за крепкую шею, залезая в расстегнутый на несколько верхних крючков ворот. Чтобы прижаться жадно подрагивающими подушечками пальцев к стучащей жилке, где шея переходила в плечо.

Тело стало легким-легким, как воздушный шарик. И две шершавые от постоянных тренировок руки, забравшиеся под майку на спине, стали моими крыльями.