16.3

Все было хрупко, неясно, странно, но очень нужно. Я не знала, как буду к нему относиться завтра. Не раздумывала, есть ли будущее у наших отношений. Мне просто нравилось к нему прикасаться, без всякой магии, а то, что в его объятиях проходит усталость, так это отличный бонус и... повод, вот так забыться, прижавшись к Райдену, ловить губами губы.

Теплые ладони двинулись от спины вдоль боков и погладили, едва трогая, невесомыми крыльями бабочки по нижней кромке лифа, прижались с левой стороны, где быстрым испуганным топотком застучало сердце.

Он прислушался к моей реакции и со вздохом углубил поцелуй, перейдя на нежные, быстрые, ласковые скольжения языка. Натянутой струной, предельно, оглушенно ожидая чего-то важного, рождающегося между нами здесь и сейчас, я вцепилась в Райдена.  Мир застыл и рассыпался томлением, до слабости а коленках.

Большие пальцы Камачо нырнули под границу лифа и осторожно, мягко погладили полушария снизу груди и так же медленно ушли обратно, сопровождаемые бегущей за ними огненной дорожкой мурашек.

"Это не честно! Куда вы?!" - молчаливо взывали мурашки, но, наверное, девушка не может такое просить. Проклятие, сколько же непонятностей во всех этих личных отношениях.

- С ума сойти, - пожаловался Райден, упираясь лбом в лоб и тяжело выдыхая сквозь зубы.

А у меня не было слов. Вообще. Это было самое яркое впечатление в моей жизни. На грани полного доверия.  На вечеринке я и близко ему не доверяла, там была чистая тяга, а сейчас... Не знаю что это, но я чувствовала себя ошарашенной.

- Нам нельзя, - сказал он, уговаривая то ли себя, то ли меня, - потеряем контроль и всё, кто-нибудь да заметит, для тебя это очень плохо.

Говорил и гладил пальцем по моим припухшим от поцелуев губам.

В холле вдруг застучали, да практически забили в набат чьи-то мерные, неторопливые шаги.

- Райден, ты тут?

Камачо обернулся и сорвался так быстро, что я не успела даже  испугаться как следует. Мгновение и - он уже захлопывает дверь с другой стороны.

- Привет, Себа! Ты как?

Оооо. Нас чуть не застали. Мамочка.

Голоса звучали приглушенно, но вполне отчетливо. Я схватила китель и судорожно принялась его натягивать, кружась с вытаращенными глазами и не попадая в рукав.

- А всему виной юность и естественная тяга к размножению, - сообщил тоненький голосок.

С трудом удержавшись за стойку, при этом коснувшись пирамиды из чистых чашек, я застыла на одной ноге, закусив губу, чтобы не заорать от неожиданности. Миллиметр и все упадет, рассыплется на осколки, как и наша с Райденом тайна.

- Я? - переспросил  за дверью Себа. - Нормально, ногу подлатали, немного похромаю, конечно.  Но на мне быстро все заживает. А ты, вижу, решил втихую потренироваться? Я то думал над книжками посидеть, даже обрадовался, когда сказали, что тебя по дороге в библиотеку видели.

- Мои тренировки по активированным рунам определил? Сейчас китель застегну, не хочу риторам попасться.

Высокий голосок надо мной добавил:

- Это да, попадаться с таким глупо. Рано вам еще почковаться, потомству и передать-то будет нечего.

На потолке висела знакомая мне тварь хаоса, с пушистой нежно-кремовой шерсткой и одним большим желтым глазом. С ним-то я и встретилась взглядом, испуганно посмотрев наверх.

- Опять ты?! - взвизгнула яичница. - Ты меня что, специально преследуешь?

В коридоре в это время, будто не слыша пронзительных визгов монстра, Райден убеждал Себу срочно пойти к расписанию, вдруг ритор Сантана планирует поговорить с Себой прямо сейчас, надо же проверить.

- Точно, - согласился крепыш, - пошли. Может, и девчонок там встретим. Эй, тебе кто запал, признавайся? Пухляшку я уже пощупал, ничего, мясистая, рекомендую. Только болтает много. Еще рыжая хороша, до сих пор ее сочные ножки вспоминаю, но она вроде к тебе и Олафу после вечеринки льнет.

- Не обращал внимания, - разговор был слышен все хуже, парни удалялись, - я таких стараюсь забыть побыстрее, горожанки от любого внимания дуреют, потом проходу не дают, ты знаешь.

- Ха, значит покрутится, поймет, что не выгорело с тобой, и на меня внимание обратит. Если Олаф...

Дверь хлопнула, и все стихло.