Продолжение

Из-под кровати, неуклюже загребая сгибающимися матерчатыми ногами, выбралась кукла. На раскрашенном деревянном лице замерла идиотская широкая улыбка, возможно, в другой ситуации выглядевшая бы более уместно, например, если бы создание было одетым и без колтунов в грязных волосах.

 - Вас что, звали? – заскрипела она низким мужским голосом.

- Никак не могу привыкнуть, - повернулся ко мне Камачо. – Почему все прячущиеся в академии хаоситы умеют говорить? И почему мы с тобой и маленькая мисс Пьюнжик их слышим, а те же Веги - нет?

- Ритор Фуко тоже не слышит Яю, - добавила я.

Несколько секунд мы помолчали, напряженно переглядываясь.

- Эй, - забеспокоилась кукла. – Вы чего это обсуждаете? Да будь моя воля, я вообще бы с вами не говорил.

- Добрый вечер, - сказала Лири.

И мне стало стыдно. Никакие волнения сегодняшнего дня не могут оправдать бестактность.

- Извини, детка, - я подошла и присела на корточки рядом с девочкой. – Мы волновались о тебе. Как твои дела? Как ведет себя Сьюки?

Малышка протянула руку и потрогала прядь моих волос:

- Очень красиво, - протянула она. – Я тебя помню, моя кукла тебе не нравится.

- Нет, - честно призналась я, - но надеюсь, скоро все разрешится.  Вот только с твоей Сьюки тяжело разговаривать, мне кажется, она нас обманывает.

- Лири, не верь им! – заскрежетала кукла. – Ты же знаешь кто твоя лучшая подруга? Кто единственный о тебе заботится?

Игрушка ползла к хозяйке, и от этой картины у меня по коже мурашки забегали. А не совершили ли мы серьезную ошибку, позволив хаоситу почти три дня влияния на девочку, без защиты и присмотра?

- Фу, Сьюки, - меланхолично сказала Лири, села на пол, схватила создание и… перевернула на живот. – Нельзя кричать в доме, это не воспитано, сколько раз повторять? Мне тебя опять отшлепать, плохая девочка?

К нашему изумлению, хаосит позволял хозяйке абсолютно все. И сейчас бессловесно сипел, замерев носом в пол.

- А почему ты собрала сумку? И наш приход явно разозлил твою игрушку. Почему?  – спросил Камачо, подходя ближе. Я заметила приготовленную, сияющую в воздухе руну. Райден больше не желал снова оказаться неподготовленным, как в битве у озера.

- Сьюки сказала, что пора собираться, - поделилась малышка, ответственно отшлепывая несчастного хаосита.

Я вспомнила «макания» в озере и свое чувство, что девочка в этой паре «главная». Только вот почему – непонятно.

- И куда собираться? – спросил Райден. – Расскажи нам, милая, ты так чудесно рассказываешь.

Ее голос стал мягким-мягким, почти завораживающим.

Лежащий лицом вниз обманщик задергался. То есть наша интуиция не подвела, не просто так он выторговал эти три дня.

- Сьюки говорит, что чувствует приближение волны. Наверное, к нам придет настоящее море, и мы все поплывем на корабле!  Сьюки говорит, волны бывают сеющие и собирающие, - малышка придержала одной рукой забившуюся словно в припадке тварь, а на второй загнула два пальчика. – Сначала сеют, потом собирают, да. Только она не знает какая будет волна.

Она подняла голову и посмотрела на нас чистыми огромными глазами.

- Сьюки вредная, но не может меня ослушаться. Все-все мне говорит, на вопросы отвечает. Она хотела стать мной, потому что я самая красивая и добрая, но у нее не получилось и пришлось стать куклой. Теперь я ее старшая подружка.

- Милая, - от обилия информации я растерялась. Какое море? Какие волны? – так чего ждет Сьюки, куда вы собрались?

Девочка пожала плечиками и нахмурила тонкие ниточки бровей.

- В море появится большая дверь. Почти появилась.

- Портал? – произнесла я онемевшими губами. – Твоя подружка чует скорое открытие портала?

Если он чувствовал приближение Хаоса, то специально выторговал у нас три дня, понимая, что потом никаких обязательств выполнять не придется. Хаосит просто сбежит с девочкой, воспользовавшись неразберихой.

- Прикажи ей отвечать, - строго сказал Камачо. И руна, висящая перед ним в воздухе, стала почти белой от гудящей в ней энергии...

- Сьюки, - строго сказала малышка, - надо говорить честно-честно. Мы же с тобой хотим стать СтраШами.

Я поперхнулась, закашляв, представив себе такую чудесную перспективу. Вот претор обрадуется, еще и девушку не приняли официально, а на подходе уже ребенок и хаосит.

- В академии, - начал Райден, - есть кто-то, в большом количестве плодящий капли.

- Любой сильный хаосит в вашем мире при наступлении темноты конденсирует капли, - прохрипела кукла. – Смотрите.

Она задергалась телом, и в воздухе появилась дрожащая крошечная капля.  Не успела она осесть вниз, как мисс Пьянжик деловито поймала ее в мятый бумажный пакет. По всей видимости девочка принимала кляксы за мусор и ухаживала за хаоситом, как хозяйка убирает за пачкающим ковер щенком.

- Впечатляет, - пробормотал Райден. – Но что, если капли очень крупные? Вот такие.

И он показал примерный размер впечатливших нас и Яю капель из душевых труб. Несколько секунд кукла смотрела на разведенные пальцы парня, потом закрыла и открыла стеклянные глаза и вдруг забилась в низком мужском смехе:

- Глупцы. Вы вообще ничего не знаете о Хаосе. Ваши преподаватели глухи и слепы, ваши Стражи - просто куски мускулистого мяса. Они отлично умеют побеждать низший Хаос - это все равно что хвалиться, сорвав подорожник или поймав новорожденного котенка. А вот теперь к вам пожаловал один из настоящих.

Кукла вольготно разлеглась на коленях девочки, даже положила тряпичные руки за голову.

- У всех высших свои ограничения, чем больше силы, тем больше условий. Самые мощные офицеры-лайгеры не могут отойти в вашем мире далеко от портала, они не живут вдали от Хаоса. Но есть одно исключение.  Местный сосуд. Ха-ха! Местное тело. В Вашей академии бродит кто-то крутой в чужой оболочке. Мне-то для существования здесь достаточно и куклы, а вот ему нужно что-то посерьезнее.

Вдруг Сьюки села, зыркнула на нас злобно и свела в линию кукольные бровки:

- Вы мне слово дали! Обещали, что будете держать в тайне три дня. Очень, очень нехорошо врать. Считайте, что наши договоренности…

Ее тельце задергалось, скатилось с детских колен и… застыло в бездушной неподвижности. В комнате мигнули светильники, на мгновение погрузив нас в кромешную тьму. А когда снова стало светло, за спиной Лири темным плащом лежала густая длинная тень.

Хаосит, для которого раньше было наказанием уходить из куклы, в этот раз ушел сам.

- Ему не понравился стук, похожий на хлопок, - сказал Райден, - но ему лучше знать местные шумы. В любом случае…

Он досадливо поморщился и навел руки на входную дверь. Я встала перед девочкой, так же готовясь защищаться, вспоминая единственно знакомую мне руну выжигания.  Что бы ни спугнуло демона, вселившегося в игрушку и ставшего Сьюки, это было достаточно серьезным.

Рядом с беззащитным ребенком ушли страхи, переживания, сомнения. Осталась только холодная решимость и уверенность в себе. Я бурлила энергией рядом с Камачо. Надеюсь, он чувствовал то же самое. Что бы ни случилось, какая бы опасность ни спугнула хаосита, здесь ее ждут не насмерть перепуганные гражданские. Сюрприз-сюрприз!

Некоторое время мы настороженно прислушивались к приближающимся шагам и, когда открылась дверь детской, были полностью наготове.

- Вот, сэр, - сказал мистер Пьюнжик, заглядывая в комнату. – Посмотрите сами! Приходят даже глубоким вечером, пугают дочь.

Я от такой наглости едва не потеряла дар речи, он же сам недавно просил нашей помощи. А теперь, оказывается, это мы ему досаждаем!

- Так-так, - сказал Сантана, чья мощная фигура словно уменьшила комнату вдвое, не развернуться, - я-то надеялся, что голубки в парке кусты мнут, а они тайны какие-то развели, людей ходят - пугают. Вам испорченного периметра не хватает?

— Сэр, - Камачо развел руками, гася боевую руну, - как мы вам рады!

— Да? - Сантана хмыкнул и быстро прошелся по комнате, заглядывая во все закутки, изучая и ставя обратно на полки книжки и игрушки. - Похвально! 

Он резко развернулся и поманил пальцем садовника.

- А скажи-ка, мил человек, мои студенты настолько тебя с дочкой замучили, что ты съехать собрался? Я уже не временный исполняющий претора, но кое-какой допуск к документам имею и вот совсем не помню, чтобы видел твое заявление на отпуск.

Мистер Пьюжик недоумевающе посмотрел на нас, на Сантану, на дочь. 

- Так ведь никуда и не собираюсь.

- Как раз об этом мы и хотели поговорить, - сказал Камачо. - Мы готовы все объяснить.

- Но лучше сразу с претором, - быстро добавила я.

Сообщать важную информацию возможному сосуду было почти безумством, а вот в присутствии преторов и риторов рассказать о предстоящем портале было бы вполне безопасно. Даже если ее услышит хаосит-офицер, ничего нам сделать он не сможет из-за толпы вокруг.

Сантана пожал плечами, еще раз тщательно обвел глазами комнату. Но не протестовал, перенеся свое внимание на нас с Камачо. Каждое движение Райдена он явно начал отслеживать с удвоенным подозрением.

Когда все вышли из комнаты, я обернулась и попросила малышку:

- Лири, как бы тебя не уговаривала Сьюки, ни за что не иди в сияющую дверь.

- Не пойду, - заговорщицки прошептала в ответ девочка, - Сьюки тоже просит не бежать внутрь. Мы собрали вещи, чтобы уйти и спрятаться. Папу никто не тронет, а мы с подружкой в опасности.

Некоторое время я плелась последней за Камачо и Сантаной, пытаясь переварить информацию.

Хаосит в кукле по-прежнему не хотел в Хаос и готов был передавать бесценную информацию, лишь бы спастись вместе с Лири. Он обвинил нас в нарушении договоренностей, но слышал весь последующий разговор и, я надеюсь, осознал, что мы с Камачо его не предавали. Такой осведомитель бесценен.

Одно то, что более слабые пробои хаосит назвал сеющими волнами, а Прорывы собирающими - на многое открывало глаза. Только как это объяснить риторам, не выдавая тайну знакомства с хаоситами? 

Что-то мне подсказывало: наше общение с той же Яей могло быть связано с наличием у нас темного контура. И, если о разговоре с Хаосом придется сказать, то тайну контура я буду хранить до последнего. Если хоть кто-то об этом узнает, Стражем мне уже не бывать.