Глава 37. Подруга

Тимур

С Верой классно. Она легкая, интересная, понимает мой юмор, сама смешно шутит. Нам никогда не бывает скучно в те часы, которые мы проводим вместе. Нам есть, о чём поговорить и посмеяться.

Иногда я задаю себе вопрос: кто Вера для меня? Моя девушка? Звучит смешно, хотя у нас настоящий полноценный роман. Моя возлюбленная? Нет, у меня нет того самого чувства по отношению к Вере, несмотря на то, что она привлекает меня сексуально больше, чем кто бы то ни было в данный момент в моем окружении.

Перебирая в голове разные варианты того, кем Вера для меня является, я прихожу к выводу, что она настоящий друг. Наверное, тем же самым человеком я прихожусь и ей. Это немного странно. Я никогда прежде не занимался сексом со своими подругами. И я никогда прежде не считал подругами девушек, с которыми занимаюсь сексом.

Мне жалко терять Веру. Не столько как любовницу, сколько как друга. Поэтому я ума не приложу, как ей сказать, что у ее дочки слишком навязчивое внимание ко мне.

Майя регулярно приходит в офис. Типа повидаться с отцом, но обязательно заходит в кабинет нашего айти-отдела, придвигает стул к моему столу и сидит полчаса, спрашивая, как у меня дела и что я в данный момент делаю. Ещё Майя постучалась ко мне в друзья во всевозможных соц. сетях, проставила лайки на все фотографии и иногда пишет. Я не дурак и прекрасно понимаю, что означает такое внимание со стороны юной девочки.

Она совсем ребёнок. Глаза большие и наивные, ещё ни разу непролившие слезу из-за несчастной любви. И мне очень не хочется становиться причиной ее первых девичьих слез. Я ну никак не могу ответить Майе взаимностью. Во-первых, мне куда интереснее ее мама. Во-вторых, пятнадцатилетние девочки не в моем вкусе.

Поэтому я чувствую себя в настоящей засаде. Я не могу прямым текстом сказать Майе, что она зря таскается в офис под видом заинтересованностью обучением в США. Не хочется обижать и ранить ее. Но и ответить Майе взаимностью я, само собой, тоже не могу. Поэтому приходится прикидываться, будто я ничего не понимаю. Мне играет на руку, что Майя очень стесняется, а потому не будет открыто заявлять мне о своих чувствах. Значит, у меня есть возможность прикидываться дурачком дальше.

Но все равно ситуация с Майей давит на меня. Я чувствую, что должен рассказать Вере, но в то же время не знаю, как это сделать. Вера только начала приходить в себя после развода. Если я скажу ей, что Майя влюблена в меня, это убьет ее. Дочь - самый важный человек для Веры. А мне не столь жалко терять Веру как любовницу, сколько жалко потерять ее как друга. Поэтому я не придумываю ничего лучше, чем молчать, в тайне надеясь, что все как-то само собой образумится.

- Какие планы на субботу? - спрашивает Вера, делая глоток прохладного коктейля.

Сегодня у всех был тяжелый день в офисе. Вера допоздна переделывала договор для новых клиентов, а я решал свои задачи. В половине девятого мы выползли из офиса и сели в соседнее кафе. Ужинаем и пьем коктейли просто как коллеги, не прикасаясь друг к другу, потому что шансы встретить сотрудников компании близки к ста процентам.

В самом факте совместного времяпровождения в этом кафе нет ничего странного. Весь наш офис ходит сюда обедать и за кофе, а по вечерам пятницы выпивать и отдыхать. Коллеги садятся за один столик и болтают. Так что если прямо сейчас в кафе кто-нибудь зайдет, да хоть сам Давид, то мы с Верой не будем выглядеть подозрительно.

Однако в девять вечера никого из сотрудников компании, кроме нас с Верой, в кафе нет. Тем лучше. Но всё же мы никак не касаемся друг друга, а просто разговариваем.

- Хотел поехать в детский мир и купить дочке подарки. У нее скоро день рождения.

Вера удивленно выгибает бровь.

- Ого! Ей четыре исполнится?

- Да, четыре.

- Ты поедешь на ее день рождения?

- В Америку? - я не сразу понимаю вопрос Веры. Она задала его так, будто поехать на день рождения Эшли - это все равно, что сходить в магазин за хлебом за углом.

- Ну да, она же там.

- Нет, - качаю головой. Не знаю, удалось ли мне скрыть горечь в собственном голосе.

- Почему?

Нет, она, видимо, на полном серьёзе думает, будто поехать в США - это все равно, что завернуть за угол.

- Потому что я работаю.… и вообще.

- Что вообще? - Вера доедает последний кусок пиццы.

Она сама невозмутимость. Я смотрю в свою тарелку с пастой и не знаю, что ответить дальше.

Да, наверное, для меня поехать в США не так уж и сложно. Сложнее, чем завернуть за угол, но не сложнее, чем съездить на выходные в Подмосковье. Виза у меня есть, деньги есть, с работы отпустят. Я хоть прямо сейчас могу купить билет на самолет и отправиться в аэропорт.

Все упирается в Рэйчел. Она не хочет, чтобы я приезжал. Прямым текстом не говорит, конечно, но я знаю, что не хочет. Она как будто совсем вычеркнула меня из своей жизни. Говорит со мной только о ребёнке, на мои вопросы про нее саму не отвечает.

Я понимаю: я виноват. Я просто взял и уехал, потому что мне так захотелось. Ее с собой не взял. Она и не просилась, но я мог бы хотя бы предложить.

Вообще, наш разлад начался намного раньше, чем я решил уехать в Россию. Наш разлад начался, когда Рэйчел забеременела, а я не предложил пожениться. На ее скромный вопрос, будем ли мы оформлять отношения, чтобы ребёнок родился в браке, я ответил, что нет. Я увидел, как в ее глазах в тот миг что-то сломалось. Это была надежда. Она не подала виду, но именно тот момент и стал началом нашего конца. Потом были трудности с новорожденным ребёнком, полное отсутствие помощи, сотни бессонных ночей, нервные срывы из-за недосыпов и хронической усталости… Все это медленно нас убивало. А потом я просто взял и уехал, оставив Рэйчел совсем одну.

Вера со мной не церемонится, задает вопросы в лоб. И она спрашивала: «Почему ты не женился на любимой девушке, когда она забеременела?». Я часто задаю себе тот же вопрос. Первый быстрый ответ - не хотел. Но сам-то я понимаю, что все намного глубже.

- Ладно, не хочешь - не говори, - обиженный голос Веры заставляет меня вынырнуть из размышлений.

- Пройдешься со мной по детскому миру в субботу?

- С удовольствием. Майя уезжает на выходные на дачу к Давиду, я буду одна в городе.

Дверь кафе открывается, заходит наша бухгалтер. А она-то чего так поздно? Увидев ее, Вера машет рукой, приглашая сесть за наш столик. Анжела подходит к нам и отодвигает стул. Она измождена, под глазами черные круги. Прям как у нас с Рэйчел, когда родилась Эшли.

- Это ужас какой-то, Марина ушла в отпуск, мы с Лизой зашиваемся. Я ещё взяла работу на дом, - демонстрирует нам пакет, полный документов. - А вы чего тут так поздно?

Анжела плюхается на стул и берет в руки меню.

- У нас новые капризные клиенты, я переделывала под них договор, - поясняет Вера.

- А у меня свои сложности с кодом.

- Ой, я эти ваши коды не понимаю, - Анжела машет на меня рукой.

Ей даже не приходит в голову, что мы с Верой любовники. Кстати, в компании никто не знает, что Вера и Давид развелись. Публичного объявления не было, а что кольца носить перестали, кажется, никто и не заметил.