28. Я решаю молчать

Эти слова Венсана решительно изменили мой настрой. Теперь он уже не скрывал, что принцессе не приходилось ждать от него ничего хорошего.

– Было бы гнусно с моей стороны воспользоваться вашей беззащитностью. Вы оказались в моем доме не по своей воле, но я обещаю, что буду вести себя с вами как подобает настоящему дворянину. К сожалению, я пока не могу отпустить вас в Альканию, но, надеюсь, что ни в чем другом вы меня не упрекнете. Я еще не принял решение, как поступлю с принцем Агаларским, но мои отношения с семьей моей несостоявшейся супруги вас не должны касаться.

Он заговорил о папеньке, и я осторожно спросила:

– Ваше величество, но, может быть, его высочество в этой истории не так уж и виноват?

Венсан задумался на мгновение, а потом согласился:

– Да, возможно, вы правы. То, что даже сейчас вы пытаетесь помочь своему благодетелю, делает вам честь, мадемуазель. Действительно, судя по тому, что рассказала компаньонка вашей кузины, принц и сам не ожидал, что его дочь поступит подобным образом. Так что в злом умысле упрекнуть я его не могу. Но он не должен был скрывать правду – ему следовало довериться графу Валенсо.

Я промолчала, а он воспринял мое молчание как согласие со всем тем, что он говорил.

– Возможно, вам покажется это странным, но пока, мадемуазель, я вынужден просить вас продолжить играть роль вашей кузины. Нет, это не лицемерие с моей стороны – я всего лишь пытаюсь играть по тем же правилам, что и ваши соотечественники. Я не хочу, чтобы они узнали, что их обман раскрыт. Мне необходимо время всё обдумать. Если я всё-таки решу потребовать настоящую принцессу, то когда она прибудет в Бельфер, я тут же позволю вам вернуться на родину.

Если… Значит, он еще сам не был уверен, что захочет это сделать.

Венсан словно прочитал мои мысли:

– Да, мадемуазель, я еще не уверен, что мне нужна жена, которая смогла поступить столь гнусным образом и по отношению ко мне, и по отношению к вам. Впрочем, возможно, ваша кузина просто побоялась вступить со мною в брак – граф Валенсо говорил, что в Алькании рассказывают о Шелларе ужасные вещи. Если так, то не удивительно, что она сбежала. Но, к сожалению, она всё равно мне нужна.

– Нужна? – мне следовало прикусить язык, но это вопрос уже сорвался с губ.

Венсан кивнул с самым серьезным видом.

– Да, мадемуазель. Однажды ее отец, а ваш дядя совершил в Шелларе страшное преступление, и принцесса была своего рода платой за него. Но вам не стоит об этом думать. К вам это не имеет никакого касательства. Я понимаю, что сама принцесса не виновата в том, что случилось много лет назад, но у меня нет другого выхода, кроме как использовать именно ее.

– Использовать? – прошептала я. – Но как?

По его губам пробежала грустная улыбка:

– Забудьте об этом мадемуазель. И я надеюсь, вы понимаете, что в ваших письмах на родину не должно быть и намека на то, что обман раскрыт. Мадемуазель Пикард уже тоже получила соответствующие указания – она тоже останется в Бельфере до тех пор, пока я не решу, что делать с принцем Агаларским и принцессой Эланой. А до тех пор мы с вами будем продолжать играть роли супругов.

Признаться, когда я ехала в Шеллар, я думала, что супруги ведут себя совсем по-другому. Но, возможно, отвращение и ненависть его величества к моей семье были настолько велики, что он не мог переступить через них.

– И чтобы играть эти роли более правдоподобно, предлагаю начать встречаться хотя бы за обедами.

– О, ваше величество, вы очень добры, – я была изумлена тем, что он готов был предложить мадемуазель Бланшар то, что никогда не предлагал принцессе Элане.

– Я знаю, что слуги уже шепчутся о том, что я не уделяю своей жене должного внимания, и я намерен это исправить, – он снова улыбнулся. – Не волнуйтесь, я понимаю, что не имею на вас никаких прав, и наша с вами игра не перейдет допустимых границ.

Я чуть наклонила голову, подтверждая, что принимаю его предложение. Настаивать сейчас на том, что я – принцесса Элана, было бы немыслимо. Он уже так разоткровенничался сегодня, что, быть может, именно мадемуазель Бланшар он скажет то, что не сказал бы ее кузине? А когда я узнаю его правду, то тогда и решу, стоит ли раскрывать ему свою.

А вот предупредить отца я была намерена – хотя пока не знала, как отправить весточку в Альканию так, чтобы об этом никто не узнал.