29. Совместный обед

Наш первый совместный обед состоялся на следующий же день. Трапезничать вдвоем в огромной столовой зале казалось мне странным (я предпочла бы менее просторное и более уютное помещение), и поначалу я чувствовала себя скованно. Слуги скользили по паркету, предугадывая малейшие наши желания. Стоило мне только бросить заинтересованный взгляд на блюдо с перепелом в ягодном соусе, как ароматный кусочек мяса уже лежал у меня на тарелке.

Я не начинала разговор первой, не зная, принято ли у шелларцев говорить за столом, и обрадовалась, когда Венсан сам предложил тему для беседы – молчание делало эту трапезу почти гнетущей.

– Как вам понравился Бельфер, сударыня? – спросил он. – Или он вас разочаровал? Быть может, отправляясь в Шеллар, вы ожидали чего-то другого?

Он по-прежнему называл меня нейтральным «сударыня», но я почти привыкла к этому. К тому же, теперь его нежелание называть меня «ваше величество» было хотя бы объяснимо – для него я не были ни принцессой, ни, тем более, его женой и королевой.

– О, ваша столица прекрасна! – я ничуть не пыталась ему польстить. Бельфер показался мне чудесным. – А что касается моих ожиданий, то да, они были совсем другими – я полагала, что всё здесь сковано льдом, а люди живут едва ли не в пещерах.

Его величество рассмеялся:

– И ходят в звериных шкурах, не так ли? Мне говорили, что альканийцы считают нас дикарями, но я думал, это – преувеличение.

– Ничуть! – я тоже улыбнулась. Выпитое вино придало мне смелости и развязало язык. – Но, надо признать, ваше величество, что вы сами в этом виноваты – если бы вы были чуть более открыты и дружелюбны, вас уважали бы и любили куда больше.

– Вот как? – хмыкнул он. – Ну, что же, я подумаю над этим, хотя текущее положение меня вполне устраивает – мы избавлены от докучливого внимания соседей и можем вести себя так, как нам заблагорассудится. Что же касается уважения… Очень часто его основой является страх. А вам ли не знать, как нас боятся.

– О нет, ваше величество! – воскликнула я. – Вы не можете так думать! Куда приятнее осознавать, что вас уважают не потому, что боятся, а потому, что признают вашу храбрость, ваше благородство, вашу доброту! Любовь же и вовсе не должно быть основана на страхе!

Он посмотрел на меня как-то странно, а потом переспросил:

– Любовь? Для короля это – слишком большая роскошь.

Я почувствовала, что краснею. Мы ступали на слишком зыбкую почву, и я предпочла сосредоточиться на десерте. Но, кажется, и сам Венсан почувствовал себя неловко.

– Если хотите, я покажу вам Шеллар. Как только сойдет снег, и солнце высушит луга и горные тропы, мы сможем отправиться в небольшое путешествие. Каждую весну я объезжаю свои владения и не буду возражать, если вы решите ко мне присоединиться. Если, конечно, вас не пугают большие переезды верхом.

– Ваше величество, это было бы чудесно! – я едва сдержала порыв захлопать в ладоши.

Мне хотелось посмотреть страну, в которой я оказалась. А сделать это в компании супруга, который здесь родился и вырос, и который любит Шеллар как самого себя, было особенно важным. Да, он не считал меня своей супругой, но я-то знала, что мы были связаны настоящими брачными узами, разрушить которые никакая мадемуазель Пикард была не в состоянии.

Если бы это было возможно, то, разумеется, я предпочла бы вернуться в родной Агалар и забыть об этом замужестве как о страшном сне. Но это было невозможно. А раз так, то я должна была хотя бы попытаться стать хорошей женой и королевой. Я дала брачную клятву и намерена была ее соблюдать. Во всяком случае, пока.

Мне нужно было узнать как можно больше о том проклятье, что связало нашу семью и Венсана, а там уже решить, как следует поступить.

Именно об этом я и думала, возвращаясь в свои апартаменты, и была так поглощена своими мыслями, что не сразу заметила шедшую по коридору мне навстречу мадемуазель Пикард. Моя компаньонка попыталась скрыться за ближайшей дверью, но я окликнула ее.

Когда я приблизилась к ней, она почти вжалась в стену. Со времени ее признания мы не виделись ни разу, и сейчас она смотрела на меня с заметным страхом.

– Не бойтесь, мадемуазель, – медленно начала я, – я не намерена вам мстить. Сами того не желая, вы оказали мне услугу. Но знайте – ваша болтливость может нанести вред самому близкому для меня человеку – принцу Агаларскому. И если он пострадает из-за того, что вы не смогли сдержать данное ему слово, то это будет на вашей совести до конца ваших дней.