Глава 15

Я буквально потеряла дар речи, поражаясь способности Мирона выворачивать любую ситуацию в свою пользу. Думаю, если его когда-нибудь заставят копать яму, несносный новоиспеченный майор там себе бассейн организует, а врагов сразит своим неиссякаемым оптимизмом, от которого у меня уже зубы сводило.

Я молча стояла и смотрела на довольное лицо Мирона, который в тот момент был похож на кота, объевшегося сметаны!

В который раз схватившись за кончики волос, потеребила их, переминаясь с ноги на ногу.

– Марья, ты прелестно смотришься в любой локации, но, может, мы все-таки покинем прихожую? – насмешливо уточнил Мирон. – Я бы, конечно, остался, чтобы попить еще чаю, но тебя вроде Тимур ждет. Или перетопчется?

– Нет, – тут же возразила я.

Быстро надела босоножки и объявила:

– Я готова! Мирон, может, ты домой поедешь и переоденешься? – критично осмотрев его с ног до головы, с надеждой предложила уже я.

На белой футболке и светлых джинсах товарища майора некрасиво выделялись темные пятна от кофе.

– Отвезу, переоденусь, заберу, – согласился Мирон. – Не спорь, это бесполезно.

Я уже и сама поняла, что возражать смысла нет, потому что товарищ бывший капитан и нынешний майор все равно сделает так, как ему хочется. Тяжело вздохнув, схватила рюкзак и первой покинула свою жилплощадь.

Мирон легкой походкой топал за мной, и я была уверена, что взгляд его в тот момент был направлен чуть ниже моей поясницы. Я его кожей чувствовала тысячей мелких иголочек, вызывающих мурашки на коже. Машинально поправила юбку – под обидный смешок Мирона, который не смог промолчать:

– Все там нормально, высочество. Юбка коротковата, конечно… Для Тимурчика старалась?

Я резко развернулась и возмущенно прошипела:

– Для себя. На улице тридцать градусов в тени!

–Тогда повернись обратно и иди к машине, – прошептал товарищ майор так, что меня бросила в жар, – вид шикарный. Я говорил, что у тебя прелестные ножки?

Я уже трижды прокляла свое желание надеть сарафан в тот день, а после заявления Мирона захотелось срочно вернуться домой и переодеться.

– Глаза не сломай! – посоветовала я, снова разворачиваясь, и решительно потопала на улицу.

– Это будет сложно, но я постараюсь, – довольно сообщил мне Мирон.

Я фыркнула, толкнула подъездную дверь и тут же закашлялась. Воздух походил на вязкий кисель, от жары невозможно было сделать нормальный вдох. Казалось, даже асфальт плавился под подошвой.

Мирон, ничуть не смущаясь, приобнял меня за плечи и повел в сторону, где, припаркованные в тени деревьев, стояли два одинаковых внедорожника.

– Марк тоже здесь? – обалдело повернулась я к Мирону.

– Сам в шоке, – хмыкнул мой собеседник, ни на секунду не сбавляя шага, – наверное, перед Ольгой извиняется. И, думаю, она не настолько коварна, как ты, высочество, и вероломно объявлять дружбу не будет.

– Вероломно? Объявлять? – ахнула я, притормаживая.

– Дружба так дружба, – очаровательно улыбнулся Мирон, тут же пойдя на попятную, – садись в машину, жарко. И Тимурчик ждет…

– Отстань от Тима, – пригрозила я, но шаг ускорила.

– Я к нему еще не приставал. Когда пристану – он почувствует, – пообещал Мирон, буквально запихивая меня в прохладный салон автомобиля.

Когда только успел кондиционер включить?

Мирон сел за руль, а я развернулась к нему всем корпусом, отчего юбка неприлично задралась. Нервно ее одернула и повторила:

– Отстань от Тимура! Ты слышал?

– Марьяна, давай ты будешь командовать, когда мы поженимся? Обещаю, что буду послушно мяукать и прыгать через обруч с тумбочки на тумбочку от одного движения твоей брови, а пока…

Я не знала, с какой части произнесенной им фразы начать возмущаться. Молча хлопала глазами, пока Мирон выезжал на основную дорогу, и пыталась вернуть челюсть на положенное ей место.

– Давай ты будешь собственнические замашки демонстрировать своей жене, Отелло в майорских погонах? – прошипела я, сузив глаза.

– Ты обещала мне дочку Васю. А я слишком хорошо воспитан и предпочитаю рожать детей в браке, высочество! Так что…

– Ты… какую еще Васю? – возмутилась я, подпрыгивая на сидении и складывая руки в замок на груди.

– Демидову Василису Мироновну, – любезно подсказал Мирон, – а перед ней два сына, имена можешь выбрать сама, я неприхотлив.

– Демидов! – взвыла я.

– Калинина, – не остался в долгу Мирон.

– Мы договорились…

– Забудем, как досадное недоразумение. Спишем на шок, – не дал договорить Мирон, – или еще лучше – переезжай ко мне! Так я всегда буду на глазах, и ты намного быстрее поймешь, что я – мужчина твоей мечты.

– Ты сейчас издеваешься? – взвыла я.

– А похоже? – развернулся ко мне Мирон.

– Давай закроем тему детей и наших отношений, ладно?

– Упрямая вредина! – припечатал Мирон, снова возвращая свое внимание дороге.

Я предпочла не отвечать.

– Марья, смотри сюда, – заговорил Мирон спустя пару минут, – на педали. Видишь, как я жму на газ? Пятка стоит на месте, а ты двигаешь только носком. Тогда ножка затекать не будет. И не напрягайся за рулем, чувствуй машину. Поняла?

– Да, сегодня попробую, – согласилась я, – но на механике сложнее и педали там по-другому расположены, выше.

– Мне поговорить с твоим инструктором? – любезно предложил Мирон, оскалившись.

– Еще чего не хватало, – закатила я глаза, – Мирон, они отличные преподаватели! И я доверяю… Владе и Макару, – хотела добавить еще «Тимуру», но вовремя прикусила язык.

На лице Мирона отразилась суровая душевная борьба, но товарищ майор промолчал, вызывая нездоровые подозрения.

Наконец, мы подъехали к автошколе. Мирон притормозил у входа и развернулся ко мне:

– Сколько ты будешь заниматься?

– Сегодня час.

– Через час вернусь, – уведомил меня товарищ майор.

– Заезжай, – сдалась я, неготовая ко второму раунду в споре.

Я первый-то позорно проиграла.

Молча открыла дверь, отсалютовала рукой Мирону и медленно пошла к воротам, когда рядом затормозила знакомая красная «ауди» с Владой за рулем. Заметив меня, она вышла из машины и… махнула рукой Мирону, нервно закусив губу.

– Привет, Марья, – радушно поздоровалась со мной Влада и развернулась к Мирону, который открыл окно внедорожника и скептично осматривал наш дуэт:

– Ты сюда каким ветром?

– Если ты не задержала очередного маньяка, то мимопроходящим, – вежливо ответил ей Мирон и перевел взгляд на меня. – Высочество, дождись меня.

Закрыл окно и медленно уехал.

– Высочество? Маньяк? – синхронно произнесли мы с Владой.

– Кажется, нам есть о чем поговорить, – широко и открыто улыбнулась Влада. – Откуда ты знаешь… А это был Марк или Мирон?

Влада подхватила меня под руку и повела к стоянке учебных машин.

– Так где ты познакомилась с Мироном? – поинтересовалась она, передавая мне ключи от автомобиля.

– В полицейском участке, – хмыкнула я.

– Обалдеть! Высочество. Я думала, что не доживу до того дня, когда своими глазами увижу, как младший из ларца за кем-то ухаживает, – протянула Влада, уважительно глядя на меня.

– Ты все неправильно поняла, – выставила я ладони вперед, – мы с Мироном друзья.

– Да? – иронично приподняв бровь, скептически поинтересовалась Влада, – я видела, как он на тебя смотрит и знаю Мирона. И Марка. Ты, может, с ним и дружишь, а вот он явно за тобой ухаживает. Садись в машину, поехали.

Я аккуратно забралась в салон учебного автомобиля, вставила ключ в замок зажигания и выдохнула.

– А ты откуда знаешь близнецов? – поинтересовалась я, поглаживая руль кончиками пальцев и привыкая к машине.

– Я дружу с их младшей сестрой, – улыбнулась Влада.

Я напрягла память, пытаясь вспомнить, как ее назвал Мирон:

– Фаней, кажется?

– Она Стефания, – засмеялась Влада, – но близнецы и еще двое братьев зовут ее Фаней.

– Еще двое? – округлила я глаза, разворачиваясь к Владе.

– У твоего ухажера три брата и сестра. И шикарная бабуля с гулящим котом, который любит выходить в окна. Большая дружная семья, – засмеялась моя новая подруга.

– Он не мой ухажер! – возмутилась я, краснея.

– Ладно, не твой, – легко согласилась Влада, хитро на меня поглядывая. – Готова? Поехали?

Я робко кивнула, повторяя знакомые уже действия: сцепление, первая передача, снять машину с ручного тормоза, зажмуриться и тронуться с места.

Выдохнула, открыла глаза и быстро глянула на Владу, безмолвно интересуясь, куда мне ехать.

– Давай сегодня на конусы, – махнула она рукой.

– Давай, – тяжело вздохнула я, выворачивая руль в нужную сторону. – Так о каком маньяке говорил Мирон?

Влада прыснула от смеха и весело заговорила:

– Длинная история. Но если коротко, то Стеша – сестра твоего не-ухажера – поругалась с мужем. И немного расстроившись, отправилась гулять, предварительно позвонив нам с Аней, это третья наша подруга, я тебя как-нибудь со всеми познакомлю. Еще с нами Ромашка был, он наш друг. Стешка задумалась и дошла пешком до района… Ну, там собираются девушки с низкой социальной ответственностью. Мы с Аней чуть с ума не сошли от беспокойства, когда Стеша нам позвонила и сказала, что за ней какой-то мужик идет незнакомый. Ей страшно было, и она подошла к «ночным бабочкам» – хоть какая-то компания. И вот эти жрицы любви ей и рассказали, что в городе орудует маньяк, который убивает девушек с рыжими волосами. Представляешь, никто не знал, даже мы – журналисты! Развели таинственность, блин! А одной из девочек клиент в погонах признался. И мы, когда приехали, решили не тратить время зря, Стешка свою портативную сигнализацию включила, та орала так, что мы все чуть не оглохли, Ромик его добил, а девочки с дороги поделились чулками, чтобы мужчину связать. И мы его очень рано утром в участок привезли и сдали. Оказалось – не ошиблись, это на самом деле был «рыжий» маньяк. Но статью на эту тему нам все равно запретили писать, – грустно вздохнула Влада.

– Весело вы время проводите, – уважительно заметила я.

– Да уж, – согласилась Влада и взмолилась, – Марья, я не усну теперь, – почему высочество?

– Я подрабатываю аниматором у сестры в агентстве по организации праздников. Просто как-то была в костюме царя и…

Я не стала рассказывать Владе, что в тот день Мирон изображал Марфушеньку. Почему-то мне подумалось, что товарищ майор не захочет, чтобы о нашем милом корпоративе прознали его друзья.

– И? – подначила меня Влада.

– И вот. А потом как-то приклеилось, – промямлила я, все внимание переключив на дорогу.

– Приклеилось… – себе под нос прошептала Влада, – заметь, высочество, – со смешком обратилась она, – ты сегодня ни один конус не сбила!

Я нажала на тормоз, машина остановилась, а я обернулась назад, разглядывая стоящие на положенных им местах конусы. Даже кукла, изображающая инспектора ГАИ, в тот день не пострадала!

– Ты делаешь успехи! – с гордостью в голосе произнесла Влада, – давай теперь крутой разворот и обратно той же дорогой!

Я закусила губу, снова выполнила нужные манипуляции и вывернула руль до упора, разворачивая автомобиль.

Мы с Владой всю дорогу весело болтали, но тему Мирона больше не затрагивали. Зато посмеялись от души, и я поняла, что когда мне комфортно за рулем и рядом никто возмущенно не сопит, то у меня вполне сносно получается управлять автомобилем!

– С каждым разом все лучше и лучше! – похвалила меня Влада, когда я кособоко припарковалась на стоянке, – у меня есть время и мы могли бы еще покататься, но за тобой друг заедет…

Я покраснела и отвела взгляд. Вытащила ключи из замка зажигания, отдала их Владе и первой вышла из машины, щурясь от яркого солнца, которое било в глаза.

– Ну как? – услышала я заботливый голос Тимура.

– Отлично! Марья отлично справляется, – звонко похвасталась моими успехами Влада и повернулась ко мне, – как насчет встретиться завтра в кофейне и поболтать?

– Я только за, – с готовностью согласилась я.

Влада мне нравилась, в ее обществе было комфортно и легко.

Тимур мягко улыбнулся, вытирая ладони старой тряпкой.

В тот момент пиликнул мой мобильный, оповещая, что товарищ майор уже у ворот и с нетерпением ждет мое высочество.

– Мне пора, – уведомила я всех, – увидимся!

Мирон ждал меня у машины, прислонившись бедром к капоту. Глаза над стеклами солнцезащитных очков выражали недовольство. Я медленно приблизилась, а товарищ майор продолжал буравить взглядом довольного Тимура, который, не подозревая, что одна не в меру болтливая ученица ляпнула глупость, не подумав, спокойно разговаривал о чем-то с Владой.

– Привет, – привлекла я внимание Мирона к своей персоне.

Товарищ майор опустил взгляд, хищно улыбнулся и пропел:

– Соскучилась?

– Безумно, все занятие думала, где же носит товарища майора, – сыронизировала я, но, кажется, зря.

Потому что Мирон тут же отреагировал. Рывком привлек меня к себе, впечатывая в горячее твердое тело, и взял пальцами за подбородок, вынуждая поднять голову. Так, что наши губы оказались слишком, непозволительно близко. Мирон нагло вторгался в мое личное пространство, а я понимала, что долго противостоять моих душевных сил не хватит!

– Я как друг переживаю, – исправилась я, не узнавая своего голоса.

Комариный писк звучал увереннее!

– Друг, – с мукой в голосе произнес Мирон и сильно сжал челюсти – так, что желваки заиграли.

Я же постаралась аккуратно увеличить расстояние между нами, потому что тело уже буквально пылало, но это, конечно, от жары. Ладони товарища майора по-хозяйски разместились на моей талии, с силой ее сжимая. И в месте соприкосновения наших тел рождались крохотные электрические разряды.

– Поехали, жарко, – снова просипела я, делая шаг назад.

Мирон с неохотой убрал руки и приглашающе махнул рукой в сторону пассажирской двери. На негнущихся ногах я с трудом забралась в салон и чинно сложила руки на коленях, внимательно проверяя, не задрался ли подол сарафана.

– Куда поедем? – снимая очки и кладя их на приборную панель, уточнил у меня Мирон. – Молчи, я и так знаю, что скажешь везти тебя домой.

– Мне нужно подготовиться к завтрашнему корпоративу, – развела я руками, пока Мирон заводил мотор.

– Какому корпоративу? – обернулся он ко мне.

– Я же тебе говорила, – неуверенно произнесла я, – ты, наверно, забыл.

– Марья, ты у меня из головы даже покурить не выходишь, я не мог забыть! – нервно сообщил Мирон, окончательно меня обескураживая.

И пока я хлопала глазами, собирая челюсть с пола, спокойно выехал на дорогу.

– Так что за корпоратив, высочество? – вернул он меня в реальность.

– Хочешь поучаствовать? – невинно поинтересовалась я, – вакансия коня Юлия все еще свободна.

– За поцелуй – легко! – согласился товарищ майор, – только настоящий, по-взрослому.

– Ну и расценки у тебя, – восхитилась я, – бери пример с Макса, он за еду работает!

– Хорошо, согласен стать твоим корпоративным рабом за еду. Домашнюю и вкусную, – притворно тяжело вздохнул Мирон.

– А что, тот пирожок из киоска, который мы искали и не нашли, уже не годится? – захлопав ресницами, поинтересовалась я.

– Высочество, да у тебя явные садистские наклонности. Крепостное право давно отменили, но даже тогда рабов кормили, – ахнул Мирон. – Запоминай, я не люблю супы, острый перец и петрушку. Ненавижу петрушку.

– Подожди, я запишу, чтоб наверняка не забыть!

– Пиши. Я тебе потом еще пару любимых рецептиков накидаю, как правильно кормить меня любимого, – согласился Мирон.

– А может, ты сам? Ну, покормишь себя любимого, а на корпоратив я как-нибудь по старинке съезжу, с Максом? – вежливо предложила я.

– Мы уже договорились, а договор обратной силы не имеет, я тебе как юрист говорю.

– Я тебе как дочь юриста говорю: не было никакого письменного договора, а устный силы не имеет, тем более без свидетелей.

– Кто у нас папа? – тут же заинтересовался Мирон.

– Полковник Калинин, – вздохнула я, – военная полиция.

И мстительно наблюдала, как выражение лица Мирона меняется на задумчиво-обалдевшее.

– Скажи папе, что жениться я готов уже вчера, – широко улыбнулся товарищ майор.

– Уверен, что хочешь, чтобы папа узнал о твоем существовании? – засомневалась я.

– Марья, посмотри на меня: любой отец мечтает о таком зяте, как я.

– Мой так просто грезит о зяте в погонах, – согласно закивала я.

– Так вот откуда твоя нелюбовь к ментам, – невероятно обрадовался Мирон. – Когда поедем разубеждать папу?

– Да хоть сейчас, – нервно хмыкнула я, – ты какие похороны хочешь? Может есть какие-то особые пожелания?

– Вообще-то есть. Я хочу умереть с тобой в один день лет через восемьдесят в окружении толпы внуков и правнуков.

– А бегаешь ты быстро? – снова уточнила я, – просто папа, когда моих ухажеров видит, еще Максом не битых, сразу громко интересуется, где его ружье. И если жених не успел убежать – предупредительных не делает, сразу на поражение.

– И много пораженных?

– Дураков идти свататься к полковнику еще не было, – пожала я плечами, – все жить хотят. Но обычно они цензуру Макса не проходят.

– А сестра твоя как умудрилась замуж выйти?

– А она сначала замуж вышла и только потом папе сказала. Ему деваться некуда было, – весело хмыкнула я, вспоминая веселую эпопею с женитьбой Алисы. – Нет, папа хороший, просто очень строгий. И требовательный.

– Я понял. Не дрейфь, Марья, обещаю: твой папа меня полюбит, – с самым серьезным видом сообщил Мирон.

– Не хочешь рассказать о еще двух своих братьях, о которых я не знаю? – перевела я тему на более безопасную.

– Влада… – простонал Мирон, – Арсений и Всеволод. Один мент, второй, как и ты, архитектор. Есть еще Фаня, та собралась адвокатуру радовать своим присутствием. Есть бабуля – Неонилла Альбертовна, она у нас бывшая оперная певица и просто шикарная женщина, ее даже ОМОН боится. Папа генеральный прокурор, а мама красивая, – закончил Мирон, а я не удержалась и весело рассмеялась.

– Раз уж мы разобрались с моей родословной, то давай все-таки выясним, что там с корпоративом, – предложил мне Мирон.

Но договорить нам не дали. Зазвонил его мобильный, и командирский голос на том конце провода так гаркнул в трубку товарищу майору – мол, ему срочно нужно быть на работе, – что даже я готова была встать по стойке «смирно» и первой выйти на борьбу с нарушителями правопорядка.

Мирон нажал «отбой», выругался сквозь зубы, нервно отбросил мобильный на приборную панель и виновато повернулся ко мне:

– Прости, высочество, работа. Я недолго. Закончу и снова вернусь к тебе!