Глава 8

Утро было недобрым. Я проснулась от настойчивого стука в дверь. Спрятав голову под подушку, от души пожелала незваному гостю пойти с миром, но нафиг!

С трудом разлепила глаза, ибо после такого корпоратива, как вчера, нужно было брать не выходной, а полноценный отпуск для восстановления расшатанной нервной системы.

Скрипя зубами от злости и с трудом держа глаза открытыми, потопала к двери, надеясь, что ко мне решил наведаться не Карлсон в погонах, который «улетел, но обещал вернуться».

Не глядя в глазок, распахнула дверь и уже собралась высказать раннему гостю все, что я думаю о Винни Пухах, которые ходят в гости по утрам, но тут же прикусила язык, потому что на пороге стоял папа.

– Привет, – удивленно выдавила я, – что-то случилось?

– Что-то случилось, – согласился папа, отодвигая меня с порога и входя в мое жилище.

Сердце забилось в висках от предчувствия неминуемой лекции на тему безобразного поведения всех троих отпрысков подполковника военной полиции Калинина.

Папа был военным до мозга костей и нас воспитывал в условиях строжайшей дисциплины. Особенно доставалось Максу как единственному наследнику и продолжателю фамилии. Папин взрывной нрав могла смягчить только мама, с чем с успехом и справлялась все годы их совместной жизни.

Папу мы любили, но старались не волновать подробностями, потому что все, что мы скажем, могло быть использовано против нас. Именно поэтому я не рассказала отцу о домогательствах отдельно взятого индивидуума из прокуратуры: зная нрав и характер отца, проще было разобраться самой. Получилось плохо, но я сберегла львиную долю нервных клеток…

– Чаю? – зевая, полюбопытствовала я, наблюдая, как отец снимает обувь.

Папа с неудовольствием зыркнул на меня, давая понять, что разговор предстоит серьезный.

– Коньяк? – предположила я, прокручивая в голове все свои косяки от самого рождения.

– Откуда в доме моей дочери коньяк? – строго спросил папа.

– Ниоткуда, – тут же открестилась я и с широченной улыбкой предложила, – но если нужно – я сбегаю.

– Марьяна! – гаркнул было папа, но тут же смягчился. – Давай чай.

Я выдохнула, понимая, что если родитель решил сесть за стол переговоров, то все не так плохо, как показалось в самом начале.

Потирая лицо и старательно сдерживая зевоту, я прошла в кухню, щелкнула кнопкой чайника, наблюдая, как отец устраивается за столом.

– Я слушаю, – приподняв бровь, сообщил папа.

Я заерзала под внимательным взглядом карих глаз, но выдавать стратегически важную информацию не торопилась.

– Марьяна, – напомнил о себе родитель, заметив, что я слегка зависла.

– Ну… Погода сегодня хорошая, да, пап?

– Марья, я хочу знать, что у вас за клиенты такие, если вас СОБР приезжает арестовывать, – не выдержал папа.

– Аааа… Ну… Депутат там был. И владелец…

– То есть моя дочь пляшет перед депутатами?! – сузив глаза, прошипел папа.

– Это единичный случай! – тут же возразила я. – Обычно твоя дочь пляшет перед детьми и их родителями под бдительной охраной твоего сына.

– Я уже смирился, что мой сын – боксер, – вздохнул папа, который лелеял мечту сделать из Макса военного, но потерпел сокрушительное фиаско, так как строжайшей дисциплины Максу и дома хватало.

– Пап, не нервничай, ладно? Давай я пообещаю, что мы больше к ним не поедем, и мирно попьем чай?

– Что с твоими уроками вождения? – немного смягчившись, полюбопытствовал родитель.

– Все отлично! Инструктор меня обожает, – не моргнув, соврала я. Вдруг вспомнила рекламное объявление, где некто неосмотрительно пообещал каждого научить водить как Шумахер, и решила сегодня же туда наведаться.

Я шустро разлила чай и поставила кружку поближе к папе. Достала печенье, насыпала его в корзинку и тоже подвинула ее к родителю.

– Уверена, что ты не успел выпить чаю, так торопился ко мне ранним утром, – елейно произнесла я.

Папа сарказм уловил и нахмурился:

– Марьяна, возвращайся-ка ты жить домой, – душевно так предложил родитель, прожигая меня внимательным взглядом.

– Па, я паинька. Ночую дома, в подозрительной компании замечена не была, алкоголь не употребляю, табак тоже. Мальчиков домой не вожу.

– Каких мальчиков? – тут же нашел к чему прицепиться папа.

– Никаких! – замотала я головой. – Совсем. Ни одного нет, всех Макс прогнал.

– И много их было? – продолжал отец допрос с пристрастием.

– Па, ну я уже не маленькая. А мама с бабушкой решили, что я должна учиться жить самостоятельно.

– Вот именно! Мама с бабушкой решили, а моим мнением не поинтересовались.

– Ты был занят, – мягко произнесла я. – Как печеньки? Вкусные?

– Вся в мать, – покачал головой папа, но смягчился, а я выдохнула.

Отец быстро допил свой чай и поднялся:

– Мне пора.

– Пойдем, я провожу, – с готовностью предложила я.

– Марьяна, если я что-то выясню, то ты немедленно вернешься домой, – все-таки не удержался отец.

– Не волнуйся, твоя дочь – образец для подражания, – горячо заверила я, провожая папеньку к выходу.

Родитель мне ни на йоту не поверил. Тяжело вздохнул, покачал головой, поцеловал меня в макушку и отбыл по свои дико важным и секретным делам.

Я прислонилась к двери, понимая, что сон мне уже не светит. Подумала и решила не терять времени зря, а наведаться в школу экстремального вождения в надежде, что там инструктор окажется с нервной системой покрепче, чем у моего любимейшего Сергея Васильевича.

Спустя два часа я нервно топталась у ворот огромной территории, огороженной кованым забором. Недалеко от входа возвышалось двухэтажное здание, первый этаж которого украшала яркая вывеска «Автомастерская», второй же, видимо, предназначался для учащихся и офисов сотрудников.

Почему-то желудок нервно сжимался, а я никак не могла решиться и сделать шаг. Откуда-то слышался рев моторов и визг тормозов, а затем из-за поворота показалась красная спортивная ауди.

Автомобиль вдруг резко затормозил и с юзом развернулся. Взревел мотор, машина снова скрылась за поворотом. Я завистливо вздохнула и только в тот момент заметила, что около меня стоит огромный доберман. Купированный хвост пса, словно пропеллер, крутился из стороны в сторону, а сам пес смотрел на меня, склонив голову и подпрыгивая на передних лапах.

– А кто это у нас тут такой красивый? – умилилась я, понимая, что собака совершенно не агрессивная.

– Я, – со смешком ответили за спиной, но так, что я подпрыгнула на месте, – а он подхалим.

Я резко развернулась и увидела обладателя голоса. Высокий, кудрявый шатен с зелеными глазами смотрел на меня чуть снисходительно, спрятав ладони в карманы.

– Нельзя же так пугать, – назидательно сообщила я.

– Интересная ты – добермана не испугалась, а меня боишься, – хмыкнул мой собеседник и вдруг очаровательно улыбнулся. – Кстати, он Амур, я Тимур, а ты трусиха, да?

– Почему трусиха? – нахмурилась я.

– Я минут пять наблюдаю, как ты топчешься у ворот. Смелее, у нас даже доберманы добрые, – поддел меня Тимур. – Учиться пришла?

– Да, но что-то уже сомневаюсь, – сконфуженно призналась я.

– Не сомневайся, у нас лучшие преподаватели. Пошли, познакомлю. Амур, – позвал он пса, – иди на место, не пугай учеников.

Амур склонил голову, что-то проворчал на своем собачьем языке и медленно ушел в сторону автомастерской.

– Как тебя зовут? – с улыбкой доброго самаритянина уточнил Тимур.

– Марьяна. Можно просто Марья, – представилась я.

– Инструктора зовут Макар Лаврентьев, он профессиональный гонщик, – рассказывал мне Тимур, пока мы шли ко входу в здание, – еще у нас иногда преподает его невеста, ее зовут Влада. Это она сейчас на красной ауди развлекалась.

– Да ладно? Девушка? – восхищенно произнесла я.

– Да, конкуренцию Макару в умении водить может составить только она. И ты можешь научиться так же. Сидела уже за рулем?

– Было дело, – опустив плечи, призналась я, не желая признаваться, что свой последний заезд с инструктором закончила недомайором на капоте и веселеньким корпоративом с СОБРом вместо аниматоров.

– К нам часто приходят из других школ, не волнуйся, – ободрил меня Тимур.

Мы вошли в помещение автомастерской, где стояли три спортивные машины. Запах бензина и смолы щекотал ноздри, и я, не удержавшись, чихнула.

– Будь здорова, – пожелал мне Тимур, – сейчас придут Влада с Макаром, я тебя с ними познакомлю. Потом покатаешься на тестовом заезде, и мы составим для тебя индивидуальный план тренировок.

– Серьезный у вас подход к обучению, – улыбнулась я.

– А то. Как ты о нас узнала? – полюбопытствовал Тимур.

– Объявление на остановке заметила. Просто мой предыдущий инструктор от меня отказался, а я очень хочу научиться, – честно призналась я.

– Почему отказался? – заинтересовался Тимур.

– И мне интересно, – поддержал его незнакомый парень, чей голос послышался от запасного входа.

Высокий кареглазый брюнет с сережкой в ухе и самоуверенностью, шагающей далеко впереди него. Следом за ним шла миловидная брюнетка с горящими от адреналина глазами. На вид эти двое были примерно моего возраста, максимум на пару лет старше.

– Привет, – радушно махнула мне рукой девушка, – я Влада, это Макар. Добро пожаловать.

– Это ты сейчас на красной ауди ездила? – не удержалась я.

– Я. Научить так же? – с хитрецой уточнила Влада.

– Боюсь, что так же у меня не получится, – призналась я.

– Так почему от тебя отказался прошлый инструктор? – перевел тему Макар, приобнимая Владу.

Девушка смутилась, а мне подумалось, что они потрясающе красивая пара и очень гармонично смотрятся вместе.

– Потому что разрешал ездить только прямо, со скоростью двадцать километров в час, но в наш последний заезд я все равно чуть-чуть сбила полицейского, – честно призналась я.

– Серьезно? – развеселилась Влада.

– Он выскочил из-за кустов, а Сергей Васильевич немного перенервничал и сказал, что больше меня учить не будет, – окончательно смутилась я.

– Пошли со мной, – позвала Влада, разворачиваясь.

– Не бойся, – напоследок подмигнул мне Тимур, и они с Макаром переключились на один из автомобилей.

Я вышла на улицу, щурясь от яркого солнца. Влада уже стояла рядом с тем самым красным автомобилем, поигрывая брелоком-сигналкой.

– Садись за руль, – велела она.

– А может…

– Давай, я буду рядом, – мягко проговорила она.

– Ладно, – согласилась я.

– Как тебя зовут?

– Марьяна. Можно просто Марья, – сдерживая внутреннюю дрожь, сообщила я.

Аккуратно взяла из рук Влады ключи от машины и с опаской устроилась в салоне автомобиля, боясь даже дышать.

– Пристегнись и поехали, – мягко велела Влада, устраиваясь на пассажирском сидении.

Я выдохнула, на мгновение прикрыла глаза и очень аккуратно повернула ключ в замке зажигания.

Машина словно того и ждала. Мотор утробно заурчал, а я сглотнула ком в горле.

Влада очень мягко и спокойно контролировала все мои действия, но тронуться с места с первого раза у меня все равно не вышло. Машина дернулась и заглохла. Я, по привычке решив, что сейчас на мою голову падут все кары небесные, сжала зубы, но Влада только засмеялась и очень спокойно поведала мне обо всех ошибках, которые я совершила.

Наконец мне удалось тронуться с места. Я вцепилась в руль, глядя строго на дорогу, и аккуратно отпустила сцепление.

– Теперь вторую, – невозмутимо произнесла Влада.

Я выполнила требуемое и выехала на полигон, где стояли красные конусы и кукла в желтом жилете, имитирующая инспектора ГИБДД.

– А теперь третью и не сдерживай себя, – легкомысленно махнула рукой Влада.

– Ты уверена? – уточнила я.

– Абсолютно! Давай.

И я дала. В смысле увеличила скорость. Машина оказалась до невозможности послушной и сразу же сорвалась с места. Я с трудом удержала руль, пытаясь одновременно следить за дорогой, смотреть в зеркала, как учил Сергей Васильевич, и при этом не умереть от разрыва сердца, ибо оное колотилось с бешеной скоростью.

– Все, тормози! – велела Влада. – Тормоз, сцепление и останавливайся.

Я сделала, что велели, заглушила мотор и только в тот момент поняла, что была напряжена как натянутый канат. Расслабилась, откинувшись в кресле, и посмотрела на свою новую знакомую.

– Нам есть к чему стремиться, – весело произнесла Влада, взглядом указывая на разноцветные конусы, валяющиеся на дороге.

Это был почти успех, потому что сбила я только половину…

– Упс… – обалдело выдала я, оглядываясь по сторонам.

Имитация инспектора тоже радостно лежала на земле. Когда только задеть успела?

– Кажется, водить – это не мое, – вынуждена была признать я.

– Ты думаешь, мы с Макаром сразу с рулем родились? Или Тимур с рождения умел чинить машины? Что, так легко сдашься?

– Не сдамся, – решительно пообещала я.

– Отлично! – обрадовалась Влада, потирая ладони, – пошли в кабинет, выпьем чаю и составим тебе учебную программу. Я не я буду, если ты не научишься водить!

Мы с Владой поднялись на второй этаж того самого здания, всю дорогу весело болтая.

– У меня отчим – инструктор по экстремальному вождению, я с двенадцати лет все свободное время проводила у него в школе, так что на возраст не обращай внимания, преподавать я умею. Макар тоже у моего отчима учился преподавать, – рассказывала моя новая знакомая.

– Отчим тоже с вами работает?

– Нет, Игорь с моей мамой живут в другом городе, а я сюда год назад вернулась. Проходи, сейчас налью тебе чаю, – мило улыбнулась Влада.

Я прошла в уютный кабинет, с любопытством осматриваясь. Обстановка была довольно аскетичная: стол, пара стульев и мягкий кожаный диван. Одна стена была полностью увешана грамотами, медалями и фотографиями с гонок.

– Нравится? – подмигнула Влада, заметив мой интерес. – Это я Макара на гонках фотографировала.

– Ты тоже участвуешь в гонках?

– Нет, – уклончиво ответила Влада и обиженно добавила. – Я только в качестве наблюдателя, меня Макар даже к себе в салон не пускает, когда гоняет. Так, смотри, я здесь преподаю только в выходные, потому что основная работа у меня другая. Но тебе два раза в неделю будет мало. Советую покататься и с Тимом, и с Макаром.

– Тимур тоже преподает? – удивленно приподняла я брови.

– Иногда. Тим – гениальный автомеханик, он чувствует машины. Часто поломку может даже по звуку определить. Он научит чувствовать машину, тебе это нужно, – авторитетно заявила Влада, а я решила расслабиться и доверить свое обучение профессионалам.

Влада села за стол, включила ноутбук и что-то внимательно просмотрела на экране.

– Когда у тебя есть свободное время? – уточнила она.

– Я сейчас на каникулах, поэтому ближайший месяц я абсолютно свободна, – сообщила я.

Влада деловито кивнула и снова уткнулась носом в монитор.

– На кого учишься? – полюбопытствовала она.

– На архитектора-дизайнера.

– Ого. И рисовать умеешь?

– Восемь лет художественной школы с отличием, – вздохнула я.

В моем багаже было два красных диплома: средней школы и художественной. А все потому, что других оценок, кроме «отлично», мой отец категорически не признавал. И дабы папеньку не нервировать, мы с братом и сестрой всеми правдами и неправдами получали только пятерки. Папенька любил вешать наши грамоты и медали на стены, дабы потом ими гордиться.

Но о некоторых не совсем честных способах зарабатывания оценок отцу лучше бы никогда не узнать, ибо до сих пор чревато… Ничего криминального мы не делали, а в нашем случае фраза «хочешь жить – умей вертеться» была актуальна как никогда.

– Ого! А я ровную линию нарисовать не могу на бумаге, – восхитилась Влада.

– Зато ты водишь отлично! – улыбнулась я.

– Так, вот смотри, я составила тебе расписание занятий. Некоторые выпадают на вечер – это мои с тобой. Дневные с Макаром или Тимуром. Если что-то изменится, тут наверху все наши номера телефонов. Я твой тоже запишу.

– Отлично! – потерла я ладони.

Мы с Владой еще немного поболтали, выпили по кружке чая и расстались почти подругами. Уходила я, как никогда окрыленная предстоящей перспективой стать не самым плохим водителем.

Спустилась на первый этаж, где Тимур что-то деловито высматривал под капотом одной из машин.

– Ну как? – заметив меня, полюбопытствовал он.

– Влада замечательная, – честно призналась я.

– Она научит, обещаю, – подмигнул мне Тимур, – а мы поможем. Расписание составила?

– Да, – я протянула распечатанный лист.

Тимур взял листочек из моих рук и задумчиво потер подбородок:

– В среду я могу с тобой позаниматься, а в субботу час покатаешься с Владой и час со мной.

– Годится, – кивнула я, краем глаза замечая добермана, который пытался подкрасться ко мне.

– Ну, иди уже, не стесняйся! – позвала я пса.

Амур подскочил на месте и в два шага поравнялся со мной. Я осторожно протянула руку, позволяя познакомиться с моим запахом и показывая, что я не агрессор. Аккуратно погладила пса по голове. Амур высунул длинный язык, свесив его набок, и прикрыл глаза, только иногда склоняя голову и подставляя под ласку по очереди каждое ухо.

– Ты ему нравишься, – сообщил Тимур, который с любопытством наблюдал за нами.

– Мне пора, – закруглилась я.

– До понедельника, – радушно попрощался со мной Тимур и снова обратил все внимание на содержимое автомобиля.

Я вышла за ворота и потопала в сторону дома, решив немного прогуляться. Путь пролегал через центральный парк, и я с удовольствием брела по аллеям, прячась в тени раскидистых деревьев и вяло перебирая мысли в голове. Почему-то все они вертелись вокруг Мирона. Я напряженно ждала следующего появления товарища капитана в моей жизни и гадала, что он может отчебучить в очередной раз.

Долго ждать не пришлось: уйдя с головой в свои мысли, я чуть было не врезалась… Да, в твердую грудь товарища капитана…

– Ой, – пискнула я.

Мирон окинул меня оценивающим взглядом с прищуром, от которого по телу прошел неприятный холодок.

– Привет, – радушно улыбнулся Мирон, а я отшатнулась.

В тот день я даже сама себе не могла объяснить, почему товарищ капитан вызывал у меня только глухое раздражение и желание сбежать.

– Привет, – выдохнула я, желая поскорее ретироваться.

– Слушай, а твоей маме «где ты взяла этого красавчика?» не нужен? – поигрывая бровями, уточнил Мирон.

Снова подавив в себе приступ раздражения, едко произнесла:

– Товарищ капитан, у вас память отшибло?

– Майор, – поправил он меня.

– Ты определись уже, капитан ты или майор! – взвилась я.

– Ааа… – Мирон явно растерялся, – пусть будет капитан.

– Ну ты постой, повспоминай, а я пойду, – выдохнула я, практически бегом обходя Мирона по дуге, и дунула к выходу из парка, надеясь, что капитан-майор за мной не последует.

Обернулась, успев заметить задумчивое выражение на лице Мирона, и снова ускорила шаг.

Вылетела за территорию парка и поспешила к автобусной остановке, пытаясь разобраться в своих чувствах. И если вчера я была уверена, что стоит Мирону проявить еще немного настойчивости, как моя крепость позорно падет перед его обаянием, то в тот день поняла, что, кажется, меня отпустило, и тихо выдохнула.

Запрыгнула в нужный мне автобус, села на сидение и позвонила сестре.

– Ты дома? – поинтересовалась я, когда Алиса ответила.

– Дома, – пробурчала она, – у тебя папа был?

– С самого утра, – тяжело вздохнула я.

– А ко мне на обед забегал, – скрипнула зубами Алиса, – у тебя что-то случилось? Приезжай.

– Ничего не случилось, – отмахнулась я, – но приеду!

– Жду, – пообещала сестра и отключилась.