Глава 13

Глава 13: Если есть ружье, оно обязательно выстрелит

Мне понравилось в пекарне.

Пока Владимир занимался бумагами и просматривал отчеты по продажам, я дегустировала продукцию кондитерской и старалась не думать о поцелуе, от которого неизменно краснела. Усугубляли красноту моих щек и взгляды, которые то и дело бросал на меня мужчина.

Как же я хотела в этот момент забраться к нему в голову! Хоть бы толику мыслей уловить, но нет. Оставалось довольствоваться сладкими мини-тортиками, которые обычно изготавливали для дегустации на встречах с новыми партнерами. Строго говоря, было вкусно. Да и фирму эту я часто встречала на полках магазинов. Даже у нас в городе они продавались — видимо, этот бизнес у Володи шел хорошо.

Не понимала только, зачем ему тогда нужно оружие? Может, оно вообще не его было?

— Готова к экскурсии? — окликнул меня Владимир, вырывая из не слишком приятных мыслей.

— Смотря что ты предполагаешь под экскурсией.

Было на самом деле интересно. Мне выдали форму и платок, чтобы я могла спрятать волосы. Свою руку я приложила в каждом цехе, начиная от заготовки теста и заканчивая упаковкой готовой продукции. Думала, что Володя скинет меня на своих подчиненных, но мужчина удивил. Он сам обо всем мне рассказывал: показал, как работает оборудование, провел по всем процессам изготовления и разрешил мне самой сделать торт, который получился несколько кособоким.

К тому моменту, когда мы закончили, в холле появились новые лица. Владимир ушел разговаривать с охранниками, пока я переодевалась, а когда вернулся, поделился ужасной для меня новостью.

— Твоего начальника не нашли — уже успел сбежать, но с этим мы разберемся позже. Здесь журналисты. Как насчет того, чтобы дать им новую тему для сплетен?

— Хочешь назвать меня своей невестой? — пытливо прищурилась я.

— Именно. Это позволит нам…

— А у брата ты спросил? — перебила я, не дослушав. Не нравилось мне, когда меня воспринимали за бесправную вещь. — Он согласен с тем, что я твоя невеста?

— Он это примет, — ответил мужчина твердо.

— Делай, как знаешь.

Я была недовольна тем, что пришлось выступать перед журналистами. Вся эта толпа могла бы запросто поместиться в холле, но тогда бы это отвлекло работников, потому что стены между цехами и холлом были стеклянными. В свой кабинет Владимир их приглашать тоже отказался, поэтому пришлось немного обустроить площадку перед зданием. Сюда вынесли для нас стол и два кресла, а вот журналистам пришлось стоять. Причем стоять на расстоянии как минимум двух метров.

Я в основном молчала. Володя даже пошутил, что я у него скромница, а я же пыталась не отсвечивать, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Если журналистам понадобится, они и так все раскопают без моих ответов. А вот если я еще и отвечать буду, могут переврать слова и напридумывать кучу того, чего не было. Уж я-то свою работу знаю.

Через полчаса я уже была выжатая как лимон. Никогда не думала, что это так выматывает — быть по эту сторону баррикад. Увидев мое состояние, Володя быстренько свернул наши откровения, в которых ничего интересного для журналистов не было.

В их глазах мы были скучными женихом и невестой, ничем не примечательные, кроме утренней истории, которую мы выдали за клевету. Мол, да, у нас с Михаилом не слишком хорошие отношения, но разговор, который прозвучал в новостях, нам не принадлежит. Его наложили поверх записи — что на самом деле так и было, а то, о чем мы разговаривали, история не для прессы.

Из пекарни мы выезжали значительно позже обеда. Строго говоря, есть мне не хотелось, потому что я налопалась сладкого, а Володя перекусил у себя в кабинете. В этот раз на заднем сиденье мы расположились вместе. Он снова разбирал бумаги, закопавшись в них по самые уши, а я рассматривала новый каталог их продукции. Новинки еще не поступили на полки магазинов, но выглядели привлекательно. Мне всегда нравились фигурки из мастики.

Не спрашивала, куда мы едем. На этот счет доверяла Владимиру, а ему в свою очередь удалось в очередной раз меня удивить.

— Я думала, нам в офисы, — кивнула я на центральный вход в офисное здание, когда увидела, что мужчина шагнул в другую сторону.

— Нет. Мы здесь не по работе, — странно улыбнулся Володя. — Пойдем, ты же хотела котенка.

— Ты серьезно?

— Это прописано в договоре. Пункты договора нельзя нарушать.

До самого конца я металась в сомнениях. Не верила, что мне действительно разрешат купить котенка да еще и притащить его в чужой особняк, но Владимир был полностью уверен в своем решении сдержать обещание.

За углом офисного здания находилась небольшая частная студия, в которой, судя по афише, сегодня проходила выставка кошек. Едва мы вошли внутрь, я поняла, что столько кошек сразу в одном месте еще ни разу не видела. Это был какой-то кошачий бум. Причем взрослых котов и кошек было значительно больше.

На то, чтобы осмотреть всех котят, мы потратили несколько часов. Мне хотелось забрать их всех — вот буквально всех, за исключением лысых. Эти бедняги меня пугали, но остальные так и просились на ручки.

Мне было странно видеть среди этого бедлама Владимира. На мой взгляд, он в это пушистое сборище не вписывался совершенно, но вот что интересно: едва котята попадали ему в руки, он не только гладил их, но еще и разговаривал с ними, вынуждая меня улыбаться и любоваться им. Кто бы знал, что этот мужчина становится мягким рядом с животными.

— Ну что? Выбрала кого-нибудь? — спросил он, останавливаясь у меня за спиной.

Непринужденно обнимал, поместив руки у меня под грудью, пока я вздыхала над очередной корзинкой. На стенде рядом было написано, что это котята породы русская голубая. Маленькие заморыши смотрели на меня своими грустными глазками, а я едва ли могла выбрать из них одного.

— Не могу выбрать, — призналась я.

Голос мой был жалобным, а объятия совсем не смущали. Наоборот, было приятно чувствовать себя защищенной.

— Тогда возьми всех. Уж трем котам мы место в особняке найдем.

— Правда? — обернулась я неверяще.

— Правда, если ты будешь за ними ухаживать и, скажем, поужинаешь со мной в ресторане, — строго произнес Владимир и посмотрел на меня, прямо как отец, когда я притащила домой бездомную собаку.

Естественно, я с радостным воплем согласилась. Согласилась, еще не зная, какую свинью подложил нам Завойский-младший.

После того как мы расплатились за котят, отдав владельцу как минимум три мои зарплаты, и получили всеобъемлющие наставления, следующим пунктом нашей поездки стал зоомагазин. Вот где я оторвалась, хотя и старалась не тратить слишком много, ибо именно Владимир оплачивал покупки.

Мне понравился огромный домик для кошек, где они могли не только спать, но и точить когти, и даже играть. Кроме того, Володя взял большую мягкую лежанку, отлично понимая, что они все равно будут лежать там, где им заблагорассудится. Сухой и жидкий корм, какие-то вкусняшки, закрытые лотки, игрушки и шампунь. Брали так много, что охранники с трудом разместили все в багажнике, а для домика пришлось заказывать доставку.

— Устала? — обеспокоенно спросил Владимир, помогая мне сесть рядом с корзиной, в которой, закопавшись в плед, дрыхли котята.

— Кушать хочется, — призналась я с улыбкой, отлично помня о своем согласии на ужин в ресторане.

И, между прочим, это я еще скромно выразилась, потому что есть хотелось просто зверски, что я и подтвердила, когда мы приехали в ресторан. Атмосфера была впечатляющей, но по-домашнему уютной. В интерьере использовалось много дерева и зеленых растений. Панорамные окна во всей красе показывали шумную столицу, наблюдать за которой было интересно, как за муравейником.

— Что будешь? — кивнул Володя официанту, подзывая его, чтобы сделать заказ.

— Все! — искренне ответила я, подбирая слюни со стола — настолько вкусно выглядели фотографии в меню.

Ожидать заказ было совсем не скучно. Мы разговаривали с Владимиром, а точнее, я наставляла его на путь истинный, рассказывая, как лучше себя вести с моими родителями. Наставления этой неожиданной встрече навряд ли бы помогли, но я старалась, в первую очередь успокаивая именно себя.

Ну подумаешь, мама с папой приезжают! Подумаешь, женихом моим представился! Ничего такого в этом нет совершенно. А то, что папа из ружья зайцу в глаз попадает, — это сущие мелочи, учитывая то, что его дочку по всем новостям сегодня полоскали.

— А во сколько, кстати, поезд? — опомнилась я, но мы так хорошо сидели, что время пролетало мимо нас.

— Как раз успеем добраться. Как десерт?

— Вкусновато, но маловато, — причмокнула я губами, доедая шоколадный кекс. — Мне кажется или вон за тем столиком сидят журналисты?

— Тебе не кажется, — кивнул Володя, мягко улыбаясь. — Две машины следовали за нами от самой пекарни. Думаю, разные журналы, потому что за твоей спиной занят еще один столик. Пытаются нарыть что-нибудь интересное.

— Тогда они в пролете, — пожала я плечами.

— Не скажи. Мне кажется, я очень колоритно смотрелся в окружении котов.

— О да! — закивала я, старательно пряча улыбку. — Армия хвостатых отлично подчеркивала твой суровый профиль.

Мне нравилось чувствовать себя девочкой-девочкой. Вся эта забота невероятно подкупала. Вроде бы и ничего серьезного: подал руку, отодвинул стул, отдал свой десерт — но именно из-за таких мелочей мне не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался. Ну, еще и из-за того, что встречаться с родителями с каждой минутой было все страшнее. Но это мне, а Владимир внешне держался молодцом.

Пока мы сидели в ресторане, наших котят уже отконвоировали в особняк. Володя сказал, чтобы я не переживала за их серые тушки: он попросил Алевтину Ивановну вернуться домой, чтобы экономка могла за ними присмотреть и приготовить праздничный ужин по случаю приезда моих родителей, так что на вокзал мы ехали налегке.

Я все ногти искусала, пока стояли на перроне в ожидании поезда. Завойский подбадривал меня, пытался шутить, но легче мне не становилось. Еще и кольцо охранников напрягало. Я просто не знала, как родители отреагируют на этих бугаев. Они у меня люди простые, а эти…

— Папа… — схватилась я за сердце, наблюдая за тем, как из вагона выходит мой отец с ружьем наперевес.

— И кто же тут жених? — вопросил он сурово, оглядывая одинаковых мужиков в деловых костюмах.

— Я, — не убоялся Владимир.

А зря, потому что мой любимый папочка тут же наставил на него дуло, вполне себе намереваясь прострелить одну его конкретную часть, прячущуюся под брюками.

— Андрюша, не пугай мальчика! — ворвалась ураганом мама, расталкивая своей добротой всполошившихся охранников. — Ну-ка, на вот, подержи банки, — всучила она ему трехлитровые банки, по которым так сразу было и не понять, что именно в них хранилось. — И ты подержи, коль руки свободные, — отдала она еще две банки Володе. — Так что? До автобуса далеко? Али так и будем на месте топтаться?

Вот за что я любила свою маму, так это за то, что она полностью уравновешивала папу, умудряясь при этом оставлять последнее слово за собой в любом споре. Наверное, именно в нее я пошла своим характером, а вот странный юмор у меня точно от папы.

По крайней мере, если бы я ехала на встречу с женихом дочери, я бы не только ружье взяла, но и гранату. Исключительно для того, чтобы жених проникнулся серьезностью момента.

До особняка ехали на двух машинах. В одной разместились мы и родители — Володя сам сел за руль, чтобы участвовать в беседах, а во второй нас преследовали охранники. Папа всю дорогу вставлял едкие реплики, пытаясь проверить Завойского на прочность, а мама сглаживала все острые углы, хотя Владимир уязвленным и не выглядел.

Именно в этой поездке я узнала то, о чем и не подумала спросить раньше. Ведь, если я невеста, я должна знать все о жизни своего жениха, но с этой стороны мы не подготовились, хотя слушать мужчину мне было интересно. Оказалось, что родителей Володи и Миши не стало уже очень давно. Автомобильная авария унесла их жизни, а мальчики остались на попечении молодой тетки, которая воспитывала этих раздолбаев как могла.

Женщине пришлось кардинально менять всю свою жизнь. Отказавшись от развлечений и закопав свою молодость, она растила их, а позже уже Владимир заботился о ней и о младшем брате. Получив по достижении совершеннолетия наследство родителей, которым до этого момента управляла тетя, Володя вложился в бизнес, но раскрутился не сразу. Сейчас же все было просто замечательно.

— Какой большой дом, — восхитилась мама. — С банками аккуратнее! — шикнула она на охранников, которым была оказана честь занести ее заготовки на зиму.

— Куда нам, пролетариату! — пробухтел отец, но в дом зашел. (3303c)

А тут нас ждал сюрприз в виде Михаила, который тискал нашу стаю котиков.

— Добрый вечер! — поднялся он с дивана и протянул руку моему папе. — Приятно познакомиться с родителями моей невесты. Я Миша — жених вашей Оленьки.

Все. Меня можно было выносить.