Глава 10

Глава 10: Принцев много не бывает

— О, наконец-то! — это было первое, что мы услышали, но знакомого доктора проигнорировали мы оба.

Просто потому, что смотрели друг на друга, пытаясь проделать в оппоненте дыру. Я злилась на поведение Михаила, а он, видимо, на мое, но извиняться не собиралась. Да он чуть слюнями эту милую Катеньку не закапал. И это при живой-то невесте!

Пусть и фиктивной.

— Простите, у вас все хорошо? — нерешительно поинтересовался врач, поднимаясь из-за стола.

— Прекрасно! — огрызнулся медведь, проходя мимо меня, намеренно задевая меня плечом.

— Изумительно! — произнесла я, подражая его голосу.

— Ну, вы тут разбирайтесь, а я, пожалуй, пойду проверю аппарат МРТ.

Доктор вышел из кабинета, напоследок взглянув на нас с сомнением. Наверное, был не уверен, можно ли нас вдвоем оставлять в его кабинете, но других вариантов не предлагал. Сложив руки на груди, я опиралась спиной о стену, рассматривая просторный кабинет.

Рабочих столов в нем было два. Возможно, второй предназначался для медсестры, но девушка в кабинете отсутствовала. Мягкая кушетка, открытый шкаф с вешалками для верхней одежды, книги на нескольких полках. Мое внимание привлекла чуть приоткрытая створка, из-за которой проглядывалась пузатая бутыль. Наверное, там прятался целый бар, но пройти и посмотреть мне не хватало решительности.

Нет, если бы я была одна, я бы уже обследовала каждый сантиметр кабинета. И это не потому, что я такая любопытная, просто профессия располагала. Врач-алкоголик из платной клиники такого уровня — это определенно статья. Взрывная такая, нашумевшая и главное — хорошо оплачиваемая. Жаль только, что мои услуги пока никому не нужны. Не уверена, что бывший начальник согласится пустить в журнал хотя бы одну мою маленькую статейку.

— Ладно, ты была права, — вдруг решил пойти Миша на попятную, вызывая у меня удивление вперемешку с уважением.

Я бы за собой вину навряд ли признала. Хотя бы потому, что он первый начал и вообще я девушка. А девушки, как известно, редко бывают виноватыми. Чаще всего нас просто не так понимают.

— И в чем же я была права? — улыбнулась я ехидно, вытягивая его на новую волну эмоций.

Чьи-то зубы определенно скрипнули. По крайней мере, их скрежет я услышала более чем отчетливо, и да, мне нравилось бесить этого медведя. Несмотря ни на что он до сих пор оставался для меня темной лошадкой, к которой я не имела ни капли сочувствия. Да и как можно ощущать сочувствие к тому, кто угрожал расправой моим родителям и мне, наставив на меня дуло пистолета. И это я еще не считаю, что он в меня фактически стрелял.

— Ты сама прекрасно знаешь, — сверкнул он серыми очами, поворачиваясь ко мне спиной. — Я не хотел ругаться.

— Я тоже. Но я не ваза, чтобы на меня не обращать внимания. Тем более что это именно вы с братом вынудили меня подписать этот дурацкий договор, а раз договор подписан, будьте любезны, придерживайтесь его, иначе я не понимаю, зачем он тогда вообще нужен. Как считаешь, будет хорошо, если завтра о тебе в газетах напишут, что ты только-только успел обзавестись невестой, как уже залез кому-то под юбку?

— Это угроза? — резко обернулся он, вынуждая меня сделать шаг назад.

— Это в теории. Потому что именно так и произойдет, если ты продолжишь в том же духе. Так что? Мир? — неуверенно протянула я ему руку для рукопожатия.

— Мир, — мягко коснулся он моей кисти, но руку не пожал, а поднес ее к своим губам, чтобы запечатлеть на тыльной стороне ладони поцелуй. — Но у меня есть одно условие.

— Условие? — насупилась я.

— Пожелание, — мигом исправился этот искуситель, продолжая коротко целовать мою руку, теперь касаясь губами каждого пальчика.

— А… Эм… Какое? — отчего-то поплыла я, почувствовав жар, что прилип к щекам. И не только к щекам. Казалось, вся кожа горела, пылала под этим очаровывающим взглядом. — Так какое пожелание?

— Простое. Нам должны верить, что мы пара, а для этого тебе нужно хоть немного оттаять. Я буду обнимать тебя. — Ребро его ладони прокатилось по моей талии, вызывая мурашки. — Я буду целовать тебя, — коснулся он губами уголка моих губ. — Я буду ухаживать за тобой, и ты не будешь этому противиться. Договорились?

— Только на людях, — выдохнула я, сжимая пальцами ворот его пиджака.

— Согласен, — шепнул мужчина мне в губы и…

— А вот и я, все готово… — появился в кабинете доктор, а я отпрыгнула от медведя на добрых полметра, сбивая по пути со стола стакан с ручками и карандашами. — Простите, я не хотел вам помешать.

— Ничего-ничего, — нервно отозвалась я, опускаясь на корточки, чтобы собрать канцелярию.

— Я помогу, — присел рядом улыбающийся Михаил, чья улыбка была настолько шкодливой, что я и сама невольно улыбнулась.

— Да оставьте, — великодушно разрешил нам хозяин кабинета. — Маша уберет.

В кабинете мы пробыли еще какое-то время. Пока заполняли бумаги, я то и дело ловила на себе пылкий взгляд медведя. Кажется, с дружбой, миром и жвачкой мы немного переборщили, но надеялась, что эмоции остынут, пока я буду проходить МРТ.

Аппарат стоял в другом кабинете — почти в самом конце коридора. Для того чтобы лечь в аппарат, нужно было сначала раздеться и снять с себя все украшения. Голубая бесформенная рубашка делала из меня призрака, а мягкие тканевые бахилы позволяли скользить по гладкой плитке.

В аппарат ложилась с осторожностью. Понимала, что мне в нем предстоит пролежать долгое время. Нет, клаустрофобией я никогда не страдала, но все-таки приятного в этой гудящей штуке было мало. Особенно меня бросило в дрожь, когда аппарат поехал назад, отрезая меня от света, потолка и комнаты в целом.

Было странно вот так просто лежать, ничего не делая. Хотелось повернуться на бок, согнуть ноги в коленях, но двигаться было ни в коем случае нельзя. Тем более что согнутая нога говорила о том, что мне стало плохо и процедуру необходимо прекращать. В общем, мне ничего не оставалось, как просто думать. А думать, как известно, для здоровья вредно, потому что можно додуматься до такого, что ни в сказке сказать, ни пером написать.

Ну, я и додумалась. Додумалась до того, что меня определенно хотели уложить в постель. А что? По медведю было видно, что он не привык к отказам. Больше того, девушки на него наверняка всегда вешались сами. Да даже хотя бы взять ту нашу встречу на вечеринке. Великосветские львицы пожирали его глазами, так что неудивительно, что он на меня злился.

Потому и устроил этот шопинг, и в ресторане пытался соблазнять, и сейчас в кабинете врача.

Да-да! Он просто хотел, чтобы я поплыла. И я, к моему собственному стыду, поплыла, потому что Михаил действительно умел очаровывать. И да, ему для этого хватало только улыбки, только взгляда, только нескольких слов. Но! Поддаваться ему я не собиралась. Теперь, по крайней мере, мне было понятно, зачем ему нужен был шопинг. Он решил взять меня щедростью, но как-то этого маловато для того, чтобы я с радостью запрыгнула к нему в постель.

И нет, я не меркантильная. Дело вообще не в деньгах. Просто секс на один раз меня никогда не устраивал. Подобно романтичным натурам, я была воспитана на красивых сказках о любви и где-то в душе или на ее задворках искренне верила, что секс должен быть только тогда, когда есть настоящие чувства.

Даже если ты ошибаешься. Даже если потом понимаешь, что это была только влюбленность, наличие чувств в тот самый момент просто необходимо. А иначе зачем тогда это все?

Вот и я не понимала, поэтому поддаваться этому типу не собиралась.

Хочет секса?

Пусть заинтересует меня. Пока же мое к нему отношение было двояким.

Чего не сказать о его брате.

Аппарат поехал вперед, а я облегченно выдохнула. Еще бы минута, и я бы точно запаниковала, решив, что про меня просто забыли.

— Переодевайтесь, результаты я вам сейчас вынесу, — окликнул меня молодой паренек, сидящий перед экранами компьютеров.

— Ну что? Ты как? Нормально? — поинтересовался Миша, встретивший меня за дверью. В руках он держал чашечку кофе.

— Все хорошо. Сейчас вынесут результаты, — ответила я, отбирая у него чашку. Сделав глоток, едва не застонала от удовольствия, но чашку пришлось вернуть, потому что переодеваться с ней в руках я все равно не смогла бы.

— Отлично. В честь нашего примирения я приготовил сюрприз.

— Опять сюрприз? — удивленно отозвалась я, переодеваясь в кабинке, которая была закрыта плотной тканью.

Мысль о том, что меня все-таки собираются уложить в постель, подтверждалась с каждой минутой все больше.

— Ничего сверхъестественного, — скучающим тоном поведал мне медведь. — Всего лишь ужин в ресторане. Там красиво и неплохо готовят.

Мне одной казалось, что он что-то недоговаривает?

Возвращаться обратно в особняк, ставший для меня тюрьмой, мне совершенно не хотелось, но кто бы спрашивал о моих желаниях. Меня вообще ни о чем не спрашивали, когда провожали в спальню к медведю. Видимо, личную спальню я все-таки пока не заслужила, а точнее уже проморгала. Просто быть хорошей девочкой у меня всегда получалось отвратительно, поэтому оставалось довольствоваться тем, что есть.

Вот я и довольствовалась половиной кровати и половиной шкафа, которые мне щедро выделили. Пока я занимала вешалки новыми нарядами, половину из которых даже не помнила, как покупала, молчаливый мужчина в сером комбинезоне вставлял новую дверь, ведущую в ванную комнату. Про свидание я помнила, а потому не торопилась. В конце концов, если Мише так пригорает, то он подождет.

Зря я так думала.

Мише не просто пригорало, у Миши, видимо, уже все дымилось, потому что ровно через пятнадцать минут дверь в его спальню распахнулась, являя мне девиц неопределенного возраста, увешанных по самые уши тяжелыми сумками, из которых чего только не торчало.

— А я к вам, — простодушно отметила та, что ввалилась в спальню первая.

— А я уже ухожу, — малодушно соврала я, глядя на расчески, щипцы для завивки и вываливающиеся баночки с косметикой.

— Как бы не так, — улыбнулась мне фурия с короткими розовыми волосами и, собственно, взяла меня в плен.

Ад.

Мне всегда казалось, когда в фильмах показывали все эти процедуры с воском, наращиванием шикарных локонов и нанесением макияжа, что девушки будто попадают в рай, где над ними колдуют, делая их умопомрачительными, но на поверку все оказалось куда прозаичнее.

Во-первых, я ругалась матом. Просто потому что воском мне отдирали все, что плохо росло.

— Да тут непаханое поле! — заявила наглая девица, скептично осматривая мой внешний вид, и принялась пахать, припахивая мимолетом и своих помощниц.

Во-вторых, было просто жутко, когда мне приделывали чужие рыжие пряди, совсем немного отличающиеся по цвету от моих волос. То, что у меня и без того была роскошная шевелюра, возглавляющую этот цирк на выезде девушку волновало мало. Ей не хватало густоты и длины, и она принялась это исправлять с энтузиазмом голодного дровосека.

Но на чужих волосах косметолог-парикмахер-инквизитор не остановилась. Пока я проклинала медведя, который даже не удосужился появиться в спальне, чтобы я могла его прибить, мне нарастили ресницы. Мой маникюр тоже подвергся небывалой критике и был тут же переделан. А еще я обзавелась педикюром, прической и макияжем.

К концу экзекуции, когда за окном уже стоял поздний вечер, у меня нервно подергивался глаз, а желание придушить Михаила собственными руками остановилось на отметке «немедленно». И если он думал, что за этот праздник жизни я, как золушка крестную фею, буду благодарить его до утра, то не на ту напал.

Я ведь понимала, почему он это делает. Да, в отражении зеркала на меня взирала роскошная светская львица, идеальная во всех смыслах девушка в дорогом вечернем платье насыщенного изумрудного цвета. Я казалась еще выше за счет огромных каблуков, обшитых зеленой замшей. Прямая открытая спина, верх платья без рукавов, юбка — чуть выше колена спереди и стелется по полу сзади. Я видела себя красивой, роскошной, но такой — еще никогда.

В этом было столько ненастоящего, иллюзорного, обманчивого, что делалось противно. Просто потому, что Михаил сделал это не для меня. Он сделал это для себя, чтобы я соответствовала его вкусам, его статусу, его требованиям. Глупой я никогда не была и воспринимала эту игру реалистично, да только в ней он уже проиграл. Просто промахнувшись с соперником.

— Вам нравится? — с неопределенным выражением лица поинтересовалась главнокомандующая нашим парадом.

— Конечно, — выдавила я из себя. — Карета будет?

— Вам лучше спуститься вниз.

Я воспринимала происходящее отстраненно. В холле первого этажа меня действительно уже ждали, но не сам Михаил. За всем этим фарсом мужчины, кажется, забыли, что у нас намечаются проблемы, которые необходимо было решать вот прямо сейчас, но кто я такая, чтобы им напоминать?

Я уже даже смирилась с тем, что завтра меня будет знать весь мир. И не в самом хорошем ключе. Искренне только надеялась, что до родителей никакие слухи не дойдут, а иначе они тут же примчатся ко мне на выручку. Вот кого-кого, а их беспокоить не хотелось, но именно к этому все и шло.

Кивнув охранникам, которые исполняли в этот вечер роль то ли лакеев, то ли водителей, я как самая прилежная золушка вышла на крыльцо особняка, чтобы отправиться на бал. Черт возьми, ради меня даже белый лимузин арендовали. Хотя чего это я мелочусь? Наверняка ведь купили. Медведю же не впервой без надобности сорить деньгами направо и налево.

Пока меня везли к месту встречи, я успела накрутить себя до такой степени, что была готова захватить лимузин и взять охранников в заложники, но, едва автомобиль остановился у заброшенного театра, резко выдохнула и успокоилась. Нет, эмоции во мне были подобны пожару, но я с этим огнем совладала. Я ему еще покажу хрустальную туфельку для Золушки!

Было странно подниматься по ступенькам, которые застелили красной ковровой дорожкой. Этот театр не функционировал уже больше года, но сегодня в небо от него уходили прожектора, говоря всем и каждому о том, что здесь будет шоу. И я даже знала, кто выступал в главных ролях.

Цветы. Невероятное количество живых цветов украшало стены, потолки, все свободные углы. С потолков также свисали полупрозрачные разноцветные ткани, что колыхались, подхватываемые сквозняком. Свечи, лепестки роз, запах оплавленного воска — расстарался не на шутку лишь затем, чтобы затащить меня в постель. Чувствовала себя самой дорогой женщиной в мире, что совсем не делало мне комплимента. Никому не нравится ощущать себя продажной. Даже если это совсем не так.

Под потолком главной залы летали девушки-гимнастки в сказочных платьях. Михаил, будто принц из сказки, стоял прямо в центре огромного холла, опираясь рукой о спинку одного из кресел. Не удивлюсь, если резную тяжелую мебель, обитую бархатом, он спер из какого-нибудь музея. Ненавязчивая музыка — мелодия была знакомой, протяжной. Мне всегда нравилось, как играет скрипка, но в этот раз все казалось чересчур. Даже черный фрак, который надел медведь.

Дойдя до единственного столика, сервированного на две персоны, я поймала на себе восхищенный взгляд. Тот самый, когда желание — голое, необузданное — отступает, отдавая место другим, более приятным чувствам. Да только проблема в том, что перед Михаилом сейчас стояла не я, а моя усовершенствованная циничная копия, которая собиралась зарядить тарелкой салата в его холеную морду.

— Ты такая… Восхитительная, — не сразу смог подобрать слова мужчина, почти не глядя забирая со стола массивную квадратную коробочку.

Когда он ее открыл, разворачивая ко мне, я поняла, что он действительно готовился, потому что это был удар ниже пояса. Да что там! Он меня буквально нокаутировал. Чертов боксер!

— Разрешишь, я застегну? — спросил с самодовольной усмешкой, но ответа не ждал.

Сразу же достал великолепное, просто невероятное изумрудное колье из коробочки и обошел меня, чтобы встать за моей спиной. Чайник в моей голове уже начал свистеть и грозился взорваться, а медведь будто и не замечал этого. Мягко убрал мои волосы на одно плечо и приложил к ключицам баснословно дорогую золотую цацку, будто невзначай касаясь пальцами обнаженной шеи, а затем и спины.

Руки его легли мне на талию, ладони прокатились от бедер к груди. Хотела сделать шаг в сторону, чтобы высказать этому кобелю все, что я о нем думаю, но не успела.

— Простите за опоздание, — ворвался в негромкую мелодию голос Владимира. — Вы не ждали, а я пришел.