Глава 10

Я не решаюсь вернуться в зал. Я не могу себя заставить вернуться и сесть рядом с ним. Я просто не могу наблюдать за тем, как Светлана к нему прикасается. Как она низко наклонившись что-то шепчет ему на ухо и при этом прикасается к нему рукой.

Я переоценила свои возможности. Я недооценила свои эмоции и чувства к этому дьяволу! Я устроила игру, в которую не в состоянии доиграть сама.

Я просто дожидаюсь времени перерыва и выйдя из уборной иду в сторону лестницы. Туда, где меня уже дожидается Димка.

Если честно, то я не ожидала увидеть этого ловеласа в костюме, с галстуком и в туфлях. Ну вот не видела я его во всем этом. А сейчас… сейчас увидя парня при полном параде я должна была признать, что все это ему очень даже шло.

Димка сразу же стал выглядеть намного взрослее своего возраста. Вот же он выход, нужно просто переключиться на Димку. На красивого парня, который явно заинтересован во мне. И что-то мне подсказывает, что сейчас он не ради одного перепихона так из трусов выпрыгивает, чтобы произвести на меня впечатление.

— Ты выглядишь просто шикарно, — парень растягивает губы в улыбке и сделав шаг вперёд тянется к моей щеке, и я не останавливаю его. Давай Алиса, Димка явно подходит тебе больше Чернова, не отталкивай его. Его губы прикасаются к моей щеке, а после он шепчет мне на ушко. — Прекраснее тебя я никогда и никого не видел.

— Считай, что я повелась на твои комплименты, — улыбаюсь и прикасаюсь рукой к его руке, пробегаюсь пальчиками и вижу как у парня в глазах загораются огоньки азарта.

— Вот же черт, — вижу, как его лицо моментально меняется и становится напряженным, — твой опекун похоже не даст нам спокойно поговорить. Но знай красотка, ты стоишь сломанного носа. — в эту секунду Димка мне подмигивает, а я все еще не понимаю в чем дело.

— Ты тугодоходящий?! — голос Чернова заставляет меня вздрогнуть, — я же запретил тебе к ней приближаться. — рычит так, что люди, стоявшие рядом начинают на нас оглядываться.

— Алиса сама в праве решать с кем она хочет общаться, а с кем нет, — рычит Димка в ответ и делает шаг к Чернову. Блять! Судя по тому, как Глеб сжимает челюсти, то я понимаю, что Димка очень зря решил с ним сейчас вступить в дискуссию. Да здравствует полный пиздец, дамы и господа!

***

Сердце бьется с такой бешеной скоростью, что я начинаю задыхаться. Нужно прервать это все. Нужно прекратить. На нас смотрят люди. Вижу перепуганное лицо Светланы, которая пока что не понимает в чем дело, но очень скоро поймет.

— Глеб, — делаю шаг вперед и прикасаюсь пальцами к его руке. Мужчина вздрагивает и тут же сжимает пальцы в кулак. Что за черт? Что это за реакция такая?

— Последнее предупреждение, сосунок, в следующий раз я сломаю нос без лишних слов, — рычит Глеб и сжав пальцы на моем локте начинает тащить меня в сторону выхода.

Я не успеваю за его шагом и спотыкнувшись чуть не падаю на пол, только чудом успеваю удержать равновесие и продолжаю перебирать ногами.

— Вы не сможете нам помешать! Слышите?! — слышу, как Димка кричит нам вслед. Но у меня сейчас есть проблемы посерьезней чем его уязвлённое мужского эго. Пальцы Чернова на моей руке сжимаются до такой степени, что я уже начинаю поскуливать от боли, и с каждой секундой мои дела обстоят все хуже и хуже.

— Ты что же решила развести меня таким дешевым приемом?! — резко остановившись Глеб хватает меня за плечи и встряхивает так резко и грубо, что я прикусываю щеку изнутри, рот наполняется кровью и я моментально ощущаю вкус железа, — Ты совсем безмозглая?! — он уже орет так, что зрители из зала начинают вываливаться на улицу, чтобы посмотреть представление явно поинтересней того, что показывают в опере.

— Я… что…, - я не успеваю произнести ничего связного. Язык заплетается от страха, когда я, смотря в его бешеные глаза, которые становятся темнее ночи с каждой секундой.

— Дура тупоголовая! — Чернов щелкает пальцами и к нам подъезжает черное авто, я не успеваю опомниться как мужчина уже тащит меня к машине и распахнув дверцы авто запихивает меня на заднее сидении.

— Чтобы сидела в своей комнате и носа до моего приезда не показывала! Я очень скоро вернусь, пора прекратить все это дерьмо!

И только я успеваю раскрыть рот, чтобы ему ответить, как дверцы машины закрываются прямо перед моим носом, и машина срывается с места.

А я сижу в таком ахере и не могу понять, что ЭТО ВООБЩЕ ТАКОЕ БЫЛО, МАТЬ ВАШУ?!

***

Дышать становится настолько больно и сложно, что, согнувшись пополам начинаю задыхаться. До меня не сразу доходит, что я рыдаю. Слезы градом катятся по моему лицу, а я не могу даже нормально вдохнуть воздух.

За что он так со мной? Что я сделала? Неужели я дала повод ему так выйти из себя? Я ведь даже курице его ничего не сказала, ничем не обидела. Просто была вежливой, просто… растерялась, когда его увидела и попалась в свою же ловушку.

Разочарование и обиду начинает поглощать ярость и злость. Какого черта он так себя со мной повел? Я ему кто? Собачонка? Котенок? Зверушка его ручная? Телка его с которыми он так привык поступать? Да что он вообще о себе возомнил?! Кретин тупоголовый!

Когда машина начинает тормозить у дома я вылетаю из нее пулей и на слова водителя, которые он мне кричит в спину о том, что мне приказали сидеть в комнате и не делать глупостей, просто показываю средний палец.

Нефиг мне указывать! Тоже мне, не понравилось ему, что я с Димкой общаюсь! А может мне не нравится, что он трахает все что движется! И что теперь? Может, он тоже посидит в комнате пока я не разрешу ему выйти?

Нет уж, господин Чернов, так дела не будет. Толкаю двери с такой силой, что они с грохотом ударяются о стену. Я зла. Очень зла. Даже не так. Я в ярости. Бойтесь меня Глеб Игоревич, ведь я видела ваш взгляд, видела демонов в ваших глазах. И вы взбесились далеко не из-за того, что я заговорила с парнем. Вы взбесились из-за того, что на меня обращают внимание, что меня хотят.

Меня отправил домой, наорал, опозорил, а сам остался с той клушей? Пошел досматривать представление, на которое его пригласила я? Да фиг тебе! Понял? Я испорчу твой идеальный вечер. Наломаю все твои планы.

Сбрасывая надоедливые туфли на ходу, даже не сворачиваю в сторону лестницы. У меня другие планы. Несусь мимо охраны и прислуги, которые смотрят на меня глазами полными тревоги и страха. Да, я знаю, что ни одному из вас не разрешено и пальцем ко мне прикасаться. Вы можете только смотреть и жаловаться, доносить на меня. Что мне и нужно.

Залетаю в его кабинет и схватив первое, что попадается под руку, а это оказывается пепельница замахиваюсь и с диким визгом швыряю ее в стену. Ты приедешь сюда. Не станешь оставаться с ней на ночь. Это должен был быть мой вечер, и он будет моим!

Следующим предметом, который летит в стену, оказывается коробка с сигарами, коробка разваливается и все его дорогие сигары падают на пол. Подлетаю к ним и начинаю топтать их ногами. Слышу за дверьми кабинета крик и визг. Да, я знаю, что они ему позвонят. Это мне и нужно. Но я пока не уверена, что этого достаточно чтобы они его позвали.

Вижу на его столе вазу. Большую. Красивую. Наверное, очень дорогую, а после перевозу взгляд к стеклянному шкафу, в котором стоят бутылки с алкоголем.

Наверное, мне бы стоило остановиться и хорошенько подумать над тем, что я собиралась сделать. Наверное, если бы я не была настолько ослеплена яростью и желанием заставить его приехать я бы обязательно взвесила все за и против. Но он меня обидел, оскорбил, опустил ниже плинтуса. А я всего лишь хотела его внимания. Слезы стоят в глазах, трясущиеся пальцы смыкаются на вазе.

Он всегда такой холодный и грубый. Всегда показывает мне что я ничто. И никто для него. Всегда заставляет чувствовать себя рядом с ним ничтожеством.

Сжимаю пальцы на вазе, продолжаю себя накручивать и с диким криком швыряю ее в шкаф. Грохот заставляет зажать уши, голова начинает кружиться и я, не удержав равновесие, подаюсь слегка вперёд.

Адская боль простреливает ступню, заставляет меня завизжать и я, поджав колени падаю на пол. Запах железа вбивается в ноздри, протянув руку к ступне и проведя по ней пальцами нащупываю что-то теплое и мокрое, посмотрев на пальцы рук вижу, что они в крови и у меня моментально начинает кружиться голова.

— Где?!

Крик Чернова заставляет меня резко подорваться и с ужасом посмотреть на двери его кабинета, когда я пытаюсь встать на ноги боль в ступне становится настолько сильной и ужасной, что хриплый крик вырывается из моей груди и я снова падаю на пол.

Двери в кабинет распахиваются, я вижу, как он входит. Вижу сколько ярости и ненависти в его глазах. Он приближается. Несется как будто ураган, который через секунду снесет меня. Сотрет с лица земли. И я смотрю в его глаза. Не моргая. Я готова. Уничтожь меня, если сможешь.

***

Комната сужается, безжалостно становится меньше с каждым его шагом. Сердце замирает и начинает жечь в районе груди.

Он приближается, а мои глаза ловят каждое его движение. Как я могла так попасть? Как могла подсесть на него как на иглу? Почему я жутко радуюсь тому, что он сейчас здесь? Почему не боюсь того, что он со мной сделает за это представление? Маленькая девочка внутри меня ликует, что Чернов бросил все и приехал. Ко мне.

Не знаю, как это работает, но что-то внутри меня подсказывает, что, если сейчас что-то не придумать, то будет плохо, очень плохо. Его глаза пылают яростью. Я буквально чувствую всю его злость, она осязаема для меня сейчас.

— Ааа..

Прищуриваю глаза и начинаю визжать так громко что даже мне становится страшно от этих воплей.

Мне больно, нога болит так, что терпеть нереально, но я кричу намного громче и сильнее чем могла бы. Я хочу выиграть для себя время. И ДЛЯ НЕГО. Если ничего не сделать он просто меня убьет. Размажет по стене, а потом сдерет обратно и все повторится.

Чернову нужно пару секунд, чтобы перевести полный ярости взгляд с моего лица на мою ногу, из которой продолжает сочиться кровь. Я, не выдержав всей этой напрягающей обстановки пытаюсь сделать еще одну попытку подняться, но замираю, как только слышу:

— Не двигайся, — его голос проникает под кожу, растекается по моей крови. Парализует. Не дает ни одного шанса его ослушаться. Я просто замираю. Столбенею и наблюдаю за тем, как он сокращает, между нами, расстояние. Безжалостно. Быстро.

Руки Глеба подхватывают меня и уже через секунду я парю в воздухе. Тепло его тела обжигает кожу оставляя на ней ожоги. И мне хочется, чтобы он не разжимал эти объятия. Хоть немного… хоть на пару секунд…. Ведь у меня получилось. Он бросил ее и пришел сюда. Ко мне. Это же должно что-то да значить, должно?

Внутри все разрывается от желания его ударить, оскорбить, унизить до желания прижаться к его губам и почувствовать его вкус. Вдохнуть поглубже его запах и забыться. Выпасть из этой реальности и создать свою… Ту в которой все будет только так как того захочу я.

Я сдерживаю разочарованный всхлип, когда Чернов усаживает меня на свой стол. Он больше ко мне не прикасается, а мне хочется обнять себя руками и выкрикнуть ему в лицо какую-то гадость. Эмоции как бешеные прыгают из стороны в сторону. Я уже не могу себя контролировать. Глаза следят за его действиями и жадно ловят любое его движение. Я жду… Чего? Понятия не имею. Главное, чтобы он не ушел.

— Какого черта ты творишь, девочка? — рычит, заглядывая мне в глаза, а я задыхаюсь от того, как сильно мне хочется дать ему ответ. Но я прикусываю губу и просто молча на него смотрю. Смотрю на то, как чернеют его глаза, как зрачки становятся шире, и я вижу приближающуюся бурю…

Его глаза разрывают наш зрительный контакт и он, прикоснувшись пальцами к моей ноге, в которой пульсирует адская боль, сжимает их на щиколотке и поднимает мою ногу.

— Блять, — рычит сквозь стиснутые зубы, — здесь осколок, придётся вытаскивать.

От этих слов становится страшно. Что вытаскивать? Что он собирается делать? Нет не нужно… Не нужно!!! Резко дергаю ногу на себя, но Глеб ее удерживает достаточно сильно.

— Не шевелись, иначе будет больно.

От его слов внутри все покрывается корочкой льда.

Чернов отходит и просканировав взглядом все что осталось от его бара достает из-под осколков уцелевшую бутылку алкоголя. Идет к столу и достаёт металлическую коробку, а когда он ее открывает то мои глаза видят, что это аптечка. Глеб достает бинт и вату, а моё сердце бьется с такой силой, что я не слышу ничего кроме этих громких ударов.

— Что…что ты…

Когда я вижу в его руке пинцет то начинаю ерзать по столу и хочу спрыгнуть.

— У каждого поступка есть последствия, девочка. И чем эмоциональнее и не обдуманнее этот поступок, тем больше последствий он за собой несет.

Мой визг заполняет комнату. Глаза жжет от слез. Адская боль, его руки на моей ноге… а после яркая вспышка и я чуть не теряю сознание от того, как он начинает доставать осколок из моей ступни. Пара секунд, которые мне кажутся вечностью…

Кровь… Его руке на моей ноге, он обрабатывает рану… бинт… повязка… Он делает это все молча и сосредоточенно, а я сгораю от желания чтобы его руки скользнули выше. Чтобы притронулись, сжали, притянули к нему.

И когда наконец он заканчивает, происходит то, чего я совсем от него не ожидала. Его рука скользит выше, заставляет моё тело задрожать… его взгляд впивается в моё лицо, и я не успеваю спрятать взгляд. Не успеваю скрыть свои желания, он читает все. Видит все мои мысли, и я вижу, как блестят его глаза. Вижу сколько в них… желания? Его большой палец прикасается к моим губам, слегка обводит их по контуру, а я замираю. Замираю в предвкушении того, что произойдет дальше… Мои губы, сами распахиваются и из груди вырывается тихий стон. Я хочу, чтобы он меня поцеловал. Хочу…хочу…хочу…

— Не начинай того, что не сможешь закончить, девочка.