Глава 11
Пробуждение нас ждало то еще.
В первый раз я проснулась, когда рассвет только-только собирался наступить, удивленно моргнула, вспомнила, где нахожусь, и приподнялась на локте. Темнота уже не была такой густой и позволяла различить безмятежное лицо Тьена. Он ровно дышал и выглядел совершенно счастливым.
Мои собственные губы дрогнули в улыбке.
Пальцы сделали то, чего давно хотелось, и потянулись к татуировкам. Да, вчера он снял рубашку, оставшись в одних штанах. Хорошо, что на мне была приличная сорочка. Или не хорошо… Особе, за которой ухаживают, полагается не приличная сорочка, а хоть сколько-нибудь соблазнительная.
Знаки под пальцами застыли. Ожидала, что меня обожжет или они расползутся по всему телу мага, но ничего подобного. Кожа в местах, где были нанесены черные линии, ощущалась прохладной, как будто касаешься металла. Необычно. Особенно на контрасте с теплыми, почти горячими участками рядом.
У меня вырвался прерывистый вздох.
Сосредоточенно закусив кончик языка, я медленно обводила черные линии. Где-то совсем тонкие, в других местах они были нанесены широкими мазками; сплетались и разбегались, подрагивали под моими прикосновениями, покалывали холодком. Так и не поймешь, у Тьена три татуировки или пять.
Взгляд уже не пытается их проследить, он больше сосредоточен на широкой груди и заметно очерченных мышцах лежащего передо мной мужчины.
Ох, что я творю… Лучше бы мне остановиться. Во всех смыслах.
Одернуть себя вроде бы получилось, но внимание зацепилось за красноватый участок кожи на плече герцога. Ага! Татуировки ведь перемещаются по его телу. Значит…
– Брина… – пробормотал Тьен во сне и попытался притянуть меня обратно в свои объятия, но у меня были другие планы.
– Тьен! – затормошила его. – Проснись!
Надо заметить, приятно, что он даже во сне произносит мое имя.
Однако же спать с ведьмой – это не всегда спать спокойно. Пусть знает.
– Мм… Что? – Он сонно моргнул.
– Когда ты был в столице, тебе нанесли еще одну татуировку?
У боевых магов сродни инстинкту быстро просыпаться. Тьен только раз моргнул, а его взгляд уже стал осмысленным.
– Верность императору, – пояснил он. – Учитывая историю моей семьи, ее всем герцогам Керрингтонам наносят. Брина, все хорошо. Она всего лишь не позволит мне претендовать на трон, но я на него и так не претендую.
Меня обняли и снова уложили на широкую грудь.
– Спи.
Вздохнула и прижалась к нему теснее. Глупо, но мне было за него немного страшно. И сердце часто стучало. Удивительно, как при этом я умудрилась быстро уснуть.
…И вот часа через четыре у нас случилось «то еще пробуждение».
Шаги. Кто-то уронил на кухне что-то тяжелое. Сандра на кого-то шикнула. Тишина вроде, но…
Я так и подпрыгнула, по неосторожности придавив герцогу нечто чувствительное. Он сдавленно охнул и с сонным осуждением уставился на меня.
– Доброе утро…
– Доброе?
Уже по моему тону следовало бы понять, что оно ни чуточки не доброе и вообще все не так, но понятливостью с утра пораньше герцог, похоже, не отличался.
– Угу.
– Мы проспали! – прошипела прямо в безмятежную физиономию и срочно попыталась встать, но не преуспела, запутавшись в одеялах.
Тварг.
– Куда проспали? – удивился Тьен и обвел ищущим взглядом гостиную.
Видели мы одно и то же: за окном было светло, угли в камине уже даже не тлели, часы показывали восемь. Из кухни доносился уютный шум, а леди Ноарис с Энни встанут только через час.
– Просто проспали! – рявкнула я. – Нас вся прислуга видела!
– Брина…
– Видишь?! Кто-то убрал поднос…
Мы вчера так ни к чему съестному и не притронулись.
Тьен со вздохом сел и серьезно посмотрел на меня.
– Брина, я понимаю, что для женщины репутация и такие вот мелочи значат намного больше, но… Просто доверься мне, ладно?
Вместо ответа я саркастически фыркнула.
– Ну вот скажи, похож я на бессовестного соблазнителя? – зашел с другой стороны Тьен. – Учти, если ответ будет «да», то мне придется подтверждать свою репутацию делом.
Хотелось послать его к тваргу, но некстати проснулось воспитание.
– И что дальше? – спросила обреченно.
– Верь мне. – Тьен подался вперед и обхватил мое лицо ладонями. – Все будет хорошо. Ты же хочешь, чтобы у нас все было хорошо?
Ненавижу все эти полунамеки. И сердце колотится так быстро, будто сейчас выпрыгнет. А губы против воли шепчут:
– Д-да…
Дыхание герцога пощекотало кожу, и его губы поймали мои. Мир будто исчез. Дышать стало нечем и незачем. Я отвечала, растворялась в этом сумасбродном порыве, целовала его сама. Напрочь забыла о том, что мы сидим на полу в гостиной, в то время как остальной дом уже проснулся.
А зря.
– Ох, простите!
Тьен быстро разорвал поцелуй и, пока я справлялась с дыханием и ускользающей реальностью, успел тронуть губами мой подбородок.
– Доброе утро, Сандра.
– У кого-то оно еще какое доброе, – поддразнила нас старшая горничная. – Там к Брине очередь выстроилась. Спрашивают госпожу ведьму. Что им сказать?
Ох же! Я совсем забыла про людей!
Правда, я сказала им приходить после полудня, но им, похоже, не терпится увидеть ведьму в деле.
– Чтобы подождали, – невозмутимо постановил Тьен. – Брина должна одеться и поесть.
– Не смей… – заикнулась я.
Но меня строго перебили:
– Это ты не смей морить себя голодом и доводить до истощения. Ничего срочного у них нет, это я тебе как герцог говорю. А дашь слабину и начнешь носиться с каждым, на голову сядут.
Прав он. Как разумная ведьма, я должна это признать.
– Ладно. Спасибо.
Работать по профилю оказалось приятно, а иногда и весело. Уже одно ощущение силы, несущейся по жилам, стоило того. Силы, которая была моей. Силы, которую не надо было скрывать. Никого не смущало, что она темная. Местные в подобных нюансах совершенно не разбирались.
Лечить, правда, мне было сложнее, чем какой-то другой ведьме. Диагностика занимала больше времени. Но я не собиралась сдаваться.
Большинство являлись как раз с болячками. Ноющие спины, бессонница, старые раны. С одной такой я отправила усатого мужика к доктору Эртону. Там надо было вскрывать, чистить и заново накладывать швы, и кстати подумалось, что работой стоит делиться. Ну и возиться не хотелось. Говорю же, ненавижу лечить.
Один болезный меня все же смог удивить: спустил штаны и продемонстрировал свое достоинство, распухшее и покрывшееся подозрительного вида сыпью. Молоденькая служанка, которая как раз принесла мне воду, сначала чуть в обморок не упала, а потом с криками убежала прочь. Я же с помощью пары десятков вопросов и угрозы наложить честную порчу, которая и дома не развеется, выяснила, что в Келберне имеется и бордель. А потом еще битый час объясняла страдальцу, что его проблема оттуда, а не злюка-жена сглазила.
Настоящий сглаз тоже пришлось снимать.
Еще искать пропавшую болонку.
И писать направление в ведьминскую школу для Триски. Пожалуй, это было самое приятное. Внутри себя я просто пищала от восторга. Подумать только, я – настоящая ведьма и могу сделать так, что юную ведьмочку примут учиться. Замечательно, что ее мать не согласна.
Толпы страждущих, шастающих через весь дом, никого не радовали, поэтому меня с моей практикой переселили в отдельную постройку. Я наколдовала там прозрачную крышу, отправила сына одной из помощниц повара в город за котлами и прочей нужной ведьме утварью и почувствовала себя совершенно счастливой. Потом, правда, прикинула, сколько зелий предстоит сварить, осознала, что работать придется допоздна, и повесила на воротах объявление, что ведьма принимает только по будням.
Тьен прав, с нагрузкой надо быть осторожнее.
Сам он весь день объезжал земли, так что сказать ему об этом не было никакой возможности. Но за отсутствием Тьена и Сандра сгодилась.
– Я очень рада за тебя. Ты прямо вся светишься.
Ох. Неужели так заметно. Привыкла как-то считать, что у меня не особо выразительное лицо.
– А есть какой-нибудь способ привлечь мужчину, чтобы с маленькими хитростями, но без совсем уж непростительных штучек?
Я почему-то ожидала такого вопроса. Интуиция.
– Ну и кто этот несчастный?
Реагировала влюбленная девушка предсказуемо: покраснела и повернулась так, чтобы я не заметила. Ну конечно!
– Сандра? – подбавила металлических ноток в голос. – Колись, иначе помогать не буду.
– Мастер Рупертон.
– Кто? – Я сразу и не поняла.
– Друг Тьена. Рэйхэм. Наш дворецкий.
Ой, тва-арг… Не могла она выбрать кого-нибудь попроще?!
В ответ на осуждающий взгляд Сандра пожала плечами. Видимо, не могла.
– Он хоть знает, что нравится тебе?
– Сомневаюсь, – вздохнула страдалица. – Он холодный как лед. Только распоряжения чеканит. И смотрит, будто меня нет.
Тяжелый случай.
Расспрошу Тьена. В конце концов, это странно, что боевой маг, пусть даже без титула и аристократического происхождения, устроился дворецким. Не менее странно, чем черная ведьма в должности экономки. Вот именно.
Приготовлю, пожалуй, духи, вызывающие мужской интерес. В слабой концентрации. Для начала.
– Подумай о своих чувствах получше, – посоветовала подруге. – А я пока подумаю, чем тебе помочь.
Она окончательно скуксилась. Видно, решила, что помогать я не собираюсь. Плохо же она меня знает!
Хотела предложить ей пообедать вместе, но тут доставили котлы, потом травы, дальше – записку от Анелии. А не успела я разобраться со всем этим, как заявился еще один посетитель. Единственный, кто внял моей просьбе и пришел во второй половине дня.
– Госпожа ведьма! Госпожа ведьма!
– Вы абсолютно здоровы, – сообщила сразу. – Порчи, сглаза и страшного проклятия тоже нет, но если начнете прикидываться, что-нибудь точно появится.
Мужик улыбнулся и покачал головой. Прикидываться он не собирался. И то хорошо, потому что я подустала.
– Госпожа ведьма, пойдемте со мной!
И распахнул дверь, но я осталась сидеть на месте.
– Куда еще? Ведьма принимает только в мастерской, для визитов есть доктор и повитуха.
– Но там в лесу магия… Часом, не ваша?
Гениальный вопрос. Угу. Потеряла, когда гуляла.
Я скрипнула зубами и все же поднялась:
– Веди, покажешь.
Путь наш лежал куда-то в лес. Предсказуемо. Выходя за ворота, я физически ощутила, как защищенное контуром пространство остается позади. В душе поселилось неясное беспокойство. Хотелось, чтобы Тьен был рядом. Без него ни буйство красок не радовало, ни задорный птичий щебет. В лицо лезла надоедливая мошкара. Каблуки, хоть и невысокие, вязли в земле и цеплялись за торчащие из земли корешки. Все это неимоверно раздражало.
Заклинания без проблем справлялись с мелкими неудобствами. Я хорошо владею бытовыми чарами.
Однако наколдовав их и избавившись от лишних надоедливых ощущений, я со всей ясностью почувствовала самое неприятное.
Предчувствие. Опасность. Словно в спину смотрит кто-то.
Не утерпела, обернулась, проверила. Пусто.
Лес и лес то есть. Наполненный бурлящей весенней жизнью, но ничего опасного. И крупных хищников я поблизости не чувствовала, а запускать проверочное заклинание не стала. Пока не стала.
– Госпожа ведьма? – гаркнули в ухо так, что я аж подпрыгнула.
– А?!
– Вы не слушаете? – обиженно вопросил сопровождающий.
– Слушаю, конечно.
В уме прикинула, что предприму, если он попытается напасть. Дара в нем нет, как нет и каких-либо амулетов. А на случай физического удара навесила на себя неактивированную огненную порчу. Кого-то ждет большой сюрприз.
Нервы что-то вконец расшалились. Стойкое предчувствие так никуда и не делось.
– Я бы и не подумал ничего дурного, – продолжал мой провожатый. – Ну листочки там, веточки, цветы. Мало ли, дети играли? Но круг из соли и какая-то вонючая гадость в чаше… Нехорошо это.
К середине пути моя мнительность вынужденно признала, что нападать на меня не собираются.
Шорох за спиной ощутился сотней игл, вонзившихся в кожу.
Я плюнула на то, как это выглядит со стороны, и выпустила несколько поисковых заклинаний. Чисто.
Хищники в этом лесу все же водились, но нами особо не интересовались.
– Пришли, госпожа ведьма.
Точно. Я заставила себя отринуть переживания и сосредоточиться на работе. Круг действительно был. Чужой и полностью заряженный. Чаша, установленная на пне. Сбивающий с ног запах. И еще много свежих цветов, что свидетельствовало о том, что ритуал был начат совсем недавно и направлен на женщину.
Я криво улыбнулась.
Ведьма на этот раз забралась подальше в чащу, но ее мороки почему-то не сработали. Любопытная случайность. И похоже, у нее дома нет места, где она могла бы колдовать. Ритуал в самом разгаре, она вернется.
И попадется.
– Что это там смердит, госпожа ведьма? – Мой спутник попытался закрыть нос платком, но это не помогало.
– Кладбищенская плесень, оскверненная черной магией жизнь убитого дерева, кровь жертвы и один ядовитый гриб. Ритуал подчинения еще та мерзость.
К отвратным запахам я привыкла. Здесь и сейчас я его почти не замечала, но уже предвидела, какие усилия потребуются, чтобы вывести эту узнаваемую вонь с волос и одежды.
– Так вы разрушите колдовство или как? – поторопил мужик, который, конечно, представился, но я прослушала.
– Нет. – И улыбнулась так, что он отшатнулся. – Я поймаю ведьму.
Не сама, конечно, но она здорово облегчила нам задачу. И вмешавшаяся случайность, конечно. Теперь только и остается вызвать ловцов и оставить их тут дежурить в ожидании появления негодяйки. Или же выяснить, кому из келнбернских женщин в последние дни стало плохо, найти жертву, а где-то рядом с ней и ведьму.
Легко.
Сила не позволяла мне подать маговский знак, но похожее алое марево над лесом непременно должно привлечь внимание. План казался нормальным. Я уже вскинула руку, чтобы выбросить много силы разом, но…
Рядом просвистела стрела.
Мой провожатый рухнул прямо на контур, а по его груди расплылось огромное алое пятно.
Тва-арг!
Предчувствие выбрало самое неподходящее время, чтобы сбыться.
Из-за деревьев показались типы самого бандитского вида и парочка знакомых лиц. Уволенная Айра. И доктор, которого я надеялась больше никогда не увидеть. Судя по тому, как парочка смотрела на меня, они-то как раз давно ждали этой встречи.
Ох же тварг. И Тьена нет рядом…
Прекрасно понимая, что шансы справиться самой у меня невелики, я все же выбросила вверх имитацию знака. Если повезет, его заметят. Если очень повезет, даже отреагируют.
Айра прошипела сквозь зубы что-то ругательное.
– Взять ведьму, – скомандовал доктор.
Защитные амулеты я на них еще с первого взгляда заметила, что не помешало мне недобро скривить уголок рта. Но бандиты, увы, оказались непуганые и тут же выкрутили мне руки.
Полыхнуло пламя.
Порча, которую я заготовила, чтобы оборониться от возможного нападения провожатого, все же сгодилась.
Два обугленных тела у моих ног остановили остальных от необдуманных движений.
С такой ненавистью, какая мелькнула во взгляде Айры, на меня давно никто не смотрел.
Дело в ней, или же выброс силы немного пошатнул мое равновесие… Ничего страшного, всего один шаг назад, и я устояла.
Но наступила на контур соляного круга.
Тва-арг!.. Чужой силой мгновенно выбило сознание. Даже не помню, как падала.
Опомнилась уже на плече здоровенного громилы, который меня куда-то волок. Вроде бы прошло совсем немного времени. Тело ломило так, будто по нему табун диких лошадей промчался. А во рту поселился соляной привкус… Тва-а-арг. До пришибленного разума с большим опозданием дошло, что именно он означает.
Подчинение. Я вляпалась не только в чужую магию, которой хорошо так получила по всей себе, но и в подчинение.
Не полное, поскольку оно изначально не было направлено на меня. Поэтому способность соображать, хоть с трудом и через вязкий туман в голове, сохранилась. И ниточек контроля ни у кого нет. Но пошевелиться я не могу, будто вся превратилась в желе. Не могу сдвинуться, чуть поменять положение, чтобы чужое плечо давило на живот не так больно. Не могу уклониться от бьющих по лицу, царапающих и цепляющихся за волосы веток. О том, чтобы отбиваться, сопротивляться и попытаться спастись, вообще речи нет.
Обидно до слез. Они закипели где-то внутри, и тут выяснилось, что заплакать я тоже не могу.
С удовольствием сказала бы, что с таким размахом я еще не попадала, но у меня богатое прошлое.
Обида смешалась с каким-то новым предчувствием. Будто все к чему-то идет. К чему-то важному. Но распробовать его я не успела – виски прострелила ослепляющая боль.
Это еще что… Сознание померкло. А когда включилось вновь, картинка успела смениться.
Кругом царила ночь. Я лежала в крытой повозке на мешках с чем-то мягким. Менее погано от этого не становилось. Внутренности болели так, будто на них потоптались грубыми подошвами сапог. Когда же дрожащий от довольства голос Айры стал складываться в слова и их смысл дошел до моего разума, мне окончательно поплохело.
– Уверены, что проблем не будет? – Юный помощник купца в щегольских сапогах смерил меня взглядом. – Ведьма все-таки.
– Ее собственные чары парализовали или что-то в таком роде, – не скрывая злорадства, сообщила уволенная при моей помощи служанка. – Мы для надежности закрепили на ней блокирующие браслеты. Так что везите ее к зверолюдам, им ведь нужны одаренные женщины?
Вот мстительная тварь! Я даже не могла проверить, есть ли на мне эти браслеты и действуют ли они.
– Ходят слухи, что только от ведьм или магичек у них получается потомство, способное менять ипостась. – Кто это говорил, я не видела, но голос казался старше. Вероятно, какие-то проезжающие купцы в деле. – Но я не знаю подробностей. Главное, их вожак хорошо платит.
– Смотрите только, чтобы не заловили по дороге, – деловито напутствовала Айра.
Хотелось подумать: «Я еще до тебя доберусь, и вот тогда…» – но я понятия не имела, как выкрутиться.
Спадет ли подчинение? Правда ли внутри меня будто тает сила или это все паника? Разум тоже как будто таял, но я упорно продолжала цепляться за него.
– Первый раз, что ли? – отмахнулся кто-то из купеческого каравана. – Да и ваша ведьма что-то не похожа на ведьму. Вы, часом, не подсунули нам пустышку?
– Можете хоть в городе спросить, ее здесь все знают! – вскинулась Айра.
– И привлечь к себе лишнее внимание?
Звуки спора слышались все дальше, а вместе с ними уходили и треск костра, и прохлада ночи, все страхи и переживания. И способность связно соображать. Реальность поглощала темнота с редкими вспышками ощущений. Покачивание повозки. Вязкий, неприятный какой-то сон. Голос того парня в сапогах, который объяснял кому-то, что я – его старшая сестрица, подхватившая неведомую хворь, и он везет меня к доктору.
Опять дорога. Опять пустота. Меня словно в липкую паутину затягивало, все сильнее опутывало, лишало способности вздохнуть. Все вокруг теряло значение и очертания.
Опять ночь. Безысходность. Уже не выбраться. Последняя искорка таяла во мраке…
Караван вздрогнул.
Мир обрушился на меня криками, лязгом оружия и сполохами магии, которые было видно даже сквозь крышу повозки из грубого полотнища.
И один особенно отчаянный крик, который почти выдернул меня из удушающей паутины:
– Брина!
Тьен. Он меня нашел.
Чары отняли у меня даже возможность испытать облегчение. Я снова ухнула в темноту.
В этой пучине было холодно, страшно и липко. И самый важный в жизни голос меня звал. Иногда подхватывал и тянул вверх. На свободу.
Потом я неизменно снова срывалась вниз. Тонула в жуткой бездне. Слышала чей-то бессильный рык. И смех той самой ведьмы. Моей первой мучительницы. Смех каждый раз разбивался на осколки, и они жалили кожу. В кровь.
Зато потом возвращался Тьен и еще раз пытался меня спасти. Раз за разом…
Пока ослепляющий фейерверк из магии не прекратил все.
Просыпаться было трудно, а открыть глаза попросту страшно. Подстегнула меня жажда – казалось, мне не давали воды целую вечность, – и еще понимание, что я могу это сделать по своему желанию. Никакого контроля больше нет.
С трудом подняла тяжелые веки и глухо застонала.
Ощущение, что по мне еще один табун лошадей промчался. Богиня…
– Брина? Ты меня слышишь?!
– М-м-м.
– Мама! Мама, она проснулась!
Оглушив криком, от которого я чуть снова не потеряла сознание, Энни все же поднесла к моим губам стакан.
Получилось не слишком аккуратно. Я обкапала одеяло и оставила немного воды на подбородке, но зато мир начал обретать очертания. Глаза, правда, болели, и я поспешила их закрыть.
Леди Ноарис скорее почувствовала. И еще кто-то из слуг на цыпочках ходил рядом.
Почему-то я лежала не в своей комнате, а в больших герцогских покоях. Но это казалось сущей ерундой по сравнению с набирающим силу ощущением: что-то вокруг изменилось. Навсегда.
Обольщаться, что к лучшему, я не торопилась. У меня паршивый опыт с предчувствиями.
Страх заставил меня сжать зубы и, несмотря на боль, открыть глаза. Осмотреться. Я должна… Выдохнула.
Тьен нашелся рядом. Он полулежал в глубоком кресле, бледный, осунувшийся, не то спал, не то был без сознания. Сердце неприятно кольнуло. Собравшись с мыслями и присмотревшись, я решила, что это похоже на сильное магическое истощение.
Убей не помню, как меня спасли и как мы оказались дома.
Сколько времени прошло? Почему Тьен в таком состоянии? И почему я лежу в герцогской кровати, а он сидит в кресле рядом?
И кожу как-то странно жжет. Все слабее. Скорее даже покалывает. На запястье и одном пальце.
Остановить вспышку паники получилось лишь одним способом: собрав все силы, я протянула руку и сжала прохладную ладонь Тьена. Будто хотела убедиться, что он жив, в чем и так не сомневалась. Лишь тогда стало немножко легче. Силы закончились, и я опять закрыла глаза.
– Милая, ты меня слышишь? – Герцогиня склонилась надо мной.
– Д-да.
Ладонь Тьена дрогнула в моей. Пальцы легонько сжались.
Показалось, что это крошечное действие вызвало у леди Ноарис беспокойство. Оно промелькнуло в глазах и погасло…
– Как ты? – Теперь беспокойство было просто за меня. – Где-нибудь болит? Чувствуешь свою магию? Руди в доме, с Анелией, бедняжка слегла с сильнейшим истощением. Сейчас я его позову. Брина?
Я прислушалась к себе и кивнула:
– Да, все хорошо. – Открытие приятно взбодрило. – Только сил ни на что нет и… рука чешется.
Мать Тьена и Энн чему-то одобрительно кивнула, и стук ее каблуков стих за дверью. Я перевела дыхание, осознала, что умирать прямо сейчас не собираюсь и все страшное позади, и сфокусировала взгляд на Энни. Получилось на удивление легко. И глазам почти не больно. И подруга чему-то широко улыбалась.
– Я тоже рада тебя видеть. – призналась почти не хрипло. – Не знаешь, что у меня с рукой?
Глянула бы сама, но для этого надо было отобрать ее у Тьена, а тревожить его не хотелось.
– Брачный узор заживает, – с какой-то затаенной радостью объявила Энн.
– Что?!
Какие там побочные эффекты случаются, если вляпаться в настроенное не на тебя подчинение, получить откат от чужого контура и еще попасть в лапы торговцев живым товаром? Слуховые иллюзии? Потому что не может быть, чтобы…
– Вы с Тьеном поженились, и он принял тебя в наш род. Теперь ты моя новая сестричка. – Она дрожала от восторга. – Брина, я так рада! Ну, то есть… Это все очень странно. Ты умирала, теряла дар и по-другому не получалось вырвать тебя из этого подчинения. Анелия пыталась, но отдала все силы и до сих пор не очнулась. Она уже четыре дня так лежит! А Тьен даже с завершенным брачным ритуалом по древнему обряду, в который Бенни влил все силы, только прошлым вечером смог тебя вытащить. Теперь у него истощение, но он выпил отвар и спит и скоро будет в порядке. Мама так испугалась! И угрожала прикончить вас обоих.
– Энн?
– А?
– Думаешь, я хоть что-нибудь поняла? Рассказывай по порядку!
Она выдохнула, вдохнула, еще раз протяжно выдохнула и постаралась пересказать все медленно и с подробностями.
За спасение я должна благодарить всех друзей, соседей и столичных ловцов. И это оказалось так трогательно, так непривычно, что у меня глаза защипало от слез.
Знак, который я наколдовала, увидел Мэтью и со всей свойственной ему ответственностью не смог не отреагировать. Правда, пока он с местными стражами порядка добрался до места, там уже никого не было. Но три трупа наводили на мысль, что нечто преступное там все же произошло. Они как раз намеревались прочесать Келберн, но тут выяснилось, что я пропала.
Не потерялась, не ушла куда-то по своим ведьминским делам, а именно угодила в большую опасность. Тьен точно знал это, поскольку в момент, когда мы колдовали общий контур, наши силы слились. Как выяснилось, он всегда знал, если со мной что-то не так. Это помогло уже однажды спасти меня, когда я попала в круг к демону. Но сейчас одной нашей связи оказалось недостаточно…
Он чувствовал, что меня увозят, и даже мог приблизительно определить направление. Неточно. И все еще ничего не понимал. Информацию об отбывшем караване добыл один из городских стражников. Служитель подсказал, что проезжие купцы иногда промышляют незаконными делишками, он же помог связаться с мужем Анелии, который как раз возвращался из поездки. И у которого был амулет для связи с другими караванами. С его помощью меня и нашли и общими силами отбили.
Чары обнаружили уже дома. Арестованные купцы клялись, что понятия не имеют, как их снять, сами они развеиваться не собирались, я медленно погибала, и даже помощь Анелии не помогла. Тогда Тьен нашел свой способ вырвать меня из лап магии.
И получилось же! Правда, я теперь жена герцога Керрингтона. Герцогиня?
А этот сорвиголова нарушил императорский запрет. Ну почему у нас все не может быть как у нормальных людей?
– Без меня на мне женились, – пробормотала я, пытаясь понять, как относиться к свершившемуся факту.
– Ой, можно подумать, никто не заметил, как между вами искры летают! – фыркнула Энни. – Тьен даже не сомневался. Сказал, потом тебе все объяснит.
Ну-ну. Жду с нетерпением.
Объект моего нетерпеливого ожидания вздохнул, шевельнулся, удобнее устраивая затылок на мягкой спинке кресла, и мило засопел.
– Айру и доктора купцы сдали, надеюсь? – проснулась моя кровожадность.
– Угу, – бодро кивнула рыжая головка. – Мэтью сказал, сидят в соседних камерах и громко проклинают друг друга.
Чудно. Я почувствовала себя отомщенной. Почти.
– А ведьму поймали?
– Какую ведьму? – донесся от двери удивленный вопрос.
В герцогские покои вошел доктор Эртон.
– Вижу, тебе лучше. Даже намек на румянец появился. Но соблюдать постельный режим и пить восстанавливающие микстуры все равно придется.
Главное, что я жива. И все дорогие мне люди тоже живы. Ради такого я хоть воду из болота пить готова.
– Один из келбернцев нашел в лесу соляной контур и повел меня посмотреть. Там на нас напали. Я защищалась и случайно схватила предназначавшиеся кому-то другому чары. Но ведьма должна была вернуться, она там еще не закончила…
Такая возможность! Неужели никто, кроме меня, не подумал за нее ухватиться?!
– Тварг. – Доктор… вот просто с языка снял!
В его пальцах вспыхнуло светящееся заклинание и, просочившись сквозь стекло, унеслось в темноту.
– Я поговорю с Трэвансом, – пообещал доктор. – А ты отдыхай. Кто-нибудь принесет тебе лекарство.
– Как Анелия? – успела еще спросить я.
– Пока не пришла в себя, но все будет хорошо. – Он не собирался этого говорить, но оглянулся на меня и зачем-то добавил: – Она сильно рисковала ради тебя.
Знаю. И никогда не забуду.
Хотелось отключиться и открыть глаза, когда тело не будет так противно ныть, Тьен и Анелия очнутся, ведьму поймают или прибьют, и единственной проблемой останутся брачные браслеты. Но позволить себе такую роскошь я решила только после того, как разберусь с еще одним делом.
– Почему мы в этой комнате? – настороженным шепотом спросила у Энни.
– Мама с самого утра того дня готовила переезд в нее Тьена, – улыбнулась она.
Ага, отлично. Я ни при чем.
– Позови Рэйхэма. Пожалуйста.
Энни просьбу легко выполнила, и совсем скоро дворецкий стоял у моей постели. У герцогской постели то есть.
– Рад, что ты снова с нами. – Он даже улыбнулся уголками губ. Едва заметно. – Но знаешь, ты такая беспокойная, госпожа ведьма.
Я вымученно улыбнулась. Что есть, то есть. По крайней мере, он рад меня видеть.
– Помоги перетащить Тьена на кровать, – перешла к сути я.
Рэйхэм ухмыльнулся:
– Решила воспользоваться ситуацией, пока он в отключке?
– Именно. Ты меня раскусил.
Помощь еще кого-нибудь ему не понадобилась, он воспользовался магией. Энн помогла стянуть с брата обувь, а я укрыла его одеялом. И так остро почувствовала себя частью семьи, что ущипнуть себя захотелось. Это не может быть правдой! Просто… Энн крепко обняла меня, пожелала хорошо отдохнуть, пообещала распорядиться насчет лекарства, и – не знаю, что там еще, я уже спала.
А новое утро началось в середине следующего дня. Я практически сидела на Тьене и пыталась стащить с него рубашку, но одной слабой ведьме было не под силу сдвинуть эту скалу.
Пф-ф-ф!
Нет, сначала я проснулась и обнаружила, что неплохо себя чувствую. Не герцогиней, конечно, но и не полутрупом, что уже хорошо. Внимательно осмотрела наши с Тьеном запястья и немножко погрустила. Такое даже при большом старании надолго не спрячешь! Вязь древних символов с вкраплениями цветов широкими наручами опутывала запястья, спускалась по тыльной стороне ладони и кольцом завершалась на безымянном пальце. Феерически красиво. И заметно. Чересчур заметно. Если только перчатки круглые сутки носить.
Я читала про этот обряд. Здесь же, в библиотеке Керрингтонов. Насколько помню, он возможен только между двумя одаренными и глубоко любящими, вроде бы в книге так говорилось. При хорошем совпадении магии и одобрении древнего духа, покровительствующего роду. Изначально, когда не было еще империи и правители разрозненных земель соперничали между собой, такие браки использовались, чтобы сохранить чистоту дара и усилить его.
Гармоничный, нерушимый союз.
Я припомнила запрет, который как-то нашла у Тьена, и закусила губу.
Лично с императором я знакома не была и каких-то особенных слухов о нем не знала, но почему-то вообще не сомневалась: он будет в ярости.
Это заставило действовать активнее. Давай же, несчастный кусок тряпки, стаскивайся!
Эффект последовал, но, прямо скажем, не совсем такой, как ожидалось. В мои планы точно не входила рука, медленно поглаживающая мою лодыжку. Вверх. Ох. Я потеряла равновесие и плюхнулась на Тьена, почти уселась на него верхом. Можно даже без «почти».
– Мне нравится такое первое брачное утро, – хрипло пробормотал он, поглаживая уже коленку, – леди Керрингтон.
От обращения бросило в жар.
Впрочем, мне хватило ума вспомнить, что я сама чувствовала, когда только пришла в себя, поэтому первым делом протянула руку, взяла стакан воды и подала его Тьену.
Идеальная жена, знаю.
Подмывало спросить, что было бы, окажись я еще не в курсе, но… мы оба знакомы с его семьей. Они не могли удержаться и не рассказать мне такую новость.
– Сними рубашку, – попросила, забирая у него стакан.
– Зачем?
– Полюбоваться хочу, – получилось немного едко от нетерпения, и, устыдившись, я поспешила смягчить тон: – Пожалуйста.
Тьен еще толком не проснулся, так что до последнего не понял моей задумки. Приподнялся, одной рукой придержал меня и избавился от того, что я не стянула раньше.
Ну-ка, посмотрим…
При взгляде на его плечо у меня вырвалось привычное:
– Тва-арг.
– Что?..
Моргнул. Дошло.
Я смотрела… да что там, откровенно пялилась на круглый знак верности императорской семье, на обожженную кожу возле него. Задыхаясь от ужаса. Не решаясь коснуться, чтобы не причинить боль.
– Не обращай внимания. Все уже хорошо.
Отвлекающий маневр с поглаживанием ноги не сработал.
– Я так и не поблагодарила тебя. Спасибо. – Сказать хотелось другое, но на это следовало еще набраться смелости.
– Пожалуйста.
– Думаешь, оно того стоило? – Я продемонстрировала ему брачный рисунок и как-то неловко развела руками.
Шальная улыбка этому мужчине ужасно шла.
– Леди Керрингтон, вы определенно стоите того, чтобы рискнуть жизнью. – Его глаза светились, а меня румянец щипал за щеки. И за шею тоже. – Много раз.
Тварг. Как же приятно такое слышать. Волшебно просто.
– И что мы будем с этим делать? – Я продемонстрировала ему руку с узором.
Я по-прежнему сидела на нем, и вся ситуация была немного пикантной. Ничего удивительного, что Тьен поймал протянутую ему руку и принялся целовать рисунок.
Ох. У меня вырвался прерывистый вздох.
– Ну, ты можешь отправиться в столицу и через императорский суд признать наш брак недействительным. – Между поцелуями звучали слова. – Раз ты была без сознания во время ритуала, чего я не стану отрицать, тебе должны пойти навстречу.
Кожа на месте узора горела, как если бы он вновь стал свежим и болел.
Дыхание прерывалось уже не от возбуждения. Не только.
Как он… А я-то придумала себе…
Тьен оторвался от своего занятия, вдоволь насладился выражением моего лица и спокойно продолжил:
– Или же второй вариант. Мы можем консумировать наш брак, чтобы нас не смогли развести по прихоти его величества, и попытаться быть вместе. Что скажешь?
Я? Решить должна я?
Разумно и логично, наверное, но я сидела, глядя на него широко распахнутыми глазами, не в силах произнести ни звука.
Правильнее будет, если я его отпущу. Я же…
– Кхм, – смущенно пробормотал Тьен. – Кажется, я сказал все не так. Брина, я люблю тебя. Такое ощущение, что еще до первой встречи. Ты будто всегда была для меня. Идеально подходящая. Несмотря ни на что. Не знаю, как еще объяснить это странное чувство. Выходи за меня… То есть ты уже вышла.
Дышать получилось только сейчас. Но тяжесть, заполнившая грудную клетку, таяла до отвратного медленно.
Я тоже. Я тоже! Но…
– Тьен, я же ведьма, – сказала и опустила взгляд. – И мое прошлое…
– Важно только настоящее и будущее, – заявил герцог и одним движением притянул меня ближе, опрокинул на себя. – Леди Керрингтон.
Сколько раз он меня так назвал? Кажется, ему просто нравится произносить эти слова вслух.
Смешок облегчения вырвался сам собой:
– И я люблю тебя.
До поцелуя мы смешно столкнулись носами.
Тьен фыркнул куда-то мне в волосы. И поцеловал так, что обоих будто в воронку затащило, в сладкую нереальность. Только для нас двоих.
Хотела бы я, чтобы это был мой первый раз… Но в каком-то смысле это он и был. Нормальный.
Технически оказалось даже к лучшему, что я уже не была девственницей. Ни лишних страхов, ни боли. Беспокойные мысли тоже скоро растворились в тягучем счастье. Как и глупый вопрос: а ты вообще в состоянии?
Мы оба это заслужили.
Поцелуи были уже знакомым удовольствием. Я быстро расслабилась, поверила, что все происходит на самом деле, и даже начала отвечать. Включилась в страстную игру. Позволила себя в нее втянуть. И потом жмурилась от восторга, сама углубляла поцелуи и раз за разом тянулась к его губам.
Ласки заставляли меня плавиться и цепляться ногтями за смятые простыни.
Потом были движения – осторожные поначалу и сорвавшиеся в очередную воронку страсти, когда мы оба поняли, что можно не сдерживаться. Раствориться друг в друге. Взорваться ослепительным фейерверком. Парить.
…Самое волшебство случилось чуть позже, когда мы лежали, взмокшие, запыхавшиеся и запутавшиеся в сбитых простынях, и пытались выровнять дыхание и вернуться в реальность.
Первым ощущением этой самой реальности стала магия. Наша магия, соединяющаяся удивительным образом. Теперь я тоже смогу чувствовать Тьена. Приподнялась на локте и поцеловала шальную улыбку любимого.
Ровным потоком на меня нахлынули его эмоции.
Любовь. Безумная, сносящая все преграды любовь.
И ему действительно все равно, откуда я взялась такая на его голову.