Глава 4
Пробуждение получилось… занятным.
Гулкая пустота в резерве. Тяжелое от слабости тело. И нос, уткнувшийся в подушку. Горячую и едва уловимо пахнущую парфюмом с тимьянной ноткой подушку.
Хм. Помнится, вчера…
Не успела додумать мысль, как «подушка» под моей щекой вздохнула. Уже в этот момент я напряглась, но все еще пыталась придумать другое разумное объяснение. Однако когда одеяло поползло вверх по спине, а потом погладило меня по волосам, я сдалась.
– Вот тварг! – простонала, подскакивая как ужаленная.
Я спала на будущем герцоге!!!
Комната вместе с кроватью мстительно закачалась перед глазами, будто соблазняя рухнуть обратно и еще немножечко поспать. Ну хоть просто полежать. М-м-м, как же погано!
– Ты обозналась, – насмешливо сообщили рядом. – Меня зовут Тьен.
Выглядел он на порядок лучше. И следа от шрама не осталось.
В глазах медленно прояснялось.
Уже достаточно, чтобы разглядеть, на чем я прикорнула. Жарко стало так, что я вся угрожала расплавиться и от стыда подальше стечь куда-нибудь в подземелья. А он еще смел усмехаться!
– Прокляну, – буркнула… не очень угрожающе.
– У тебя резерв пустой. – Не более чем констатация факта.
От стремительного побега меня удерживало лишь понимание, что стоит совершить одно резкое движение – и мне опять поплохеет. А потому что нечего до полного истощения лечить всяких там магов!
– И это вместо благодарности?
– Прости. – Ни чувства вины, ни мук совести на породистой морде не отражалось. Там вообще кроме щетины, с которой пора было уже что-то делать, ничего видно не было. – Я вчера еще раньше тебя вырубился. А утром ты так сладко сопела… Эй, ты чего?!
Подушкой по лбу, вот чего!
Уй-й, опять все кружится… Свалилась бы с кровати, если бы Тьен не придержал.
– Представляешь, что подумали, если нас кто-нибудь видел?
Он поморщился. Наверное, представил. И от глупых замечаний воздержался.
– Хотел предложить тебе поспать еще, пока я принимаю душ и отдаю распоряжения, – протянул задумчиво и выбрался из кровати. В отличие от меня, у него ничего не кружилось и не качалось. – Но лучше нам переместить тебя в твою комнату, пока дом не проснулся.
Согласиться я не успела. Вообще не успела открыть рот.
Он выглянул в коридор, оценил обстановку, после чего подхватил меня на руки… ну а моя комната находилась за соседней дверью, нести было недалеко.
– Вижу, тебе намного лучше.
Тьен застыл со мной на руках.
– Благодаря тебе, – сказал тихо и серьезно.
– Я… не нужна больше Энни, она здорова, и… можешь меня уволить. Это было бы логично. И правильно. Не думай, вы ничем мне не обязаны. И точно…
– Брина?
– М-м-м?
Он все еще держал меня на руках. Над кроватью. И, обнимая его за шею, я касалась обнаженной кожи, чувствовала ее жар, с удовольствием бы отдернула руки, но мне требовалось держаться.
– Ты нам очень нужна, – сказал Тьен тем же тихим и серьезным тоном.
Прозвучало как-то не так. Аж уши покраснели.
– Неправильно, что я живу в соседней комнате с наследниками, – попробовала вернуть определенность своего положения я. – Предполагалось, что Энни может потребоваться мое присутствие в любое время. Но сейчас…
– Сейчас ты выспишься, потом поешь и весь день проведешь за какими-нибудь приятными занятиями. У тебя выходной, – перебил Себастьен Керрингтон, некстати вспомнив, что он будущий герцог и вообще здесь хозяин. Властные нотки в его голосе проникали дрожью под кожу, вызывая подспудное желание подчиняться. – О работе поговорим, когда ты полностью восстановишься.
С этими словами меня наконец опустили на кровать. Через мгновение маг неслышно прикрыл за собой дверь.
Я лишь проводила растерянным взглядом широкую спину.
Еще погадать, что ли? Полагаю, свое дело я тут сделала. Оставаться дольше необязательно. Нет, Энни и герцогиня мне нравятся, да и дела в городе остались. С доктором еще не разобралась, и те темные потоки… Но мне не по себе под одной крышей с мужчиной, который к тому же не игнорирует сам факт моего существования. Не уверена, что с ним получится подружиться, как с Энни. Или получится? Себастьен вроде неплохой, но какой-то уж слишком простой и близкий для представителя древней аристократии. Это нервирует, если честно.
Гадание послало меня… да почти буквально послало, велев оставаться на месте. Допустим. В конце концов, у меня остались здесь дела.
Пора привыкнуть, что мужчины – такие же люди, и с ними, наверное, можно мирно сосуществовать.
Если что, скоро я восстановлюсь и буду способна как минимум на порчу.
Не успела мысль принести успокоение, как в дверь поскреблись и с моего разрешения вошла Сандра с подносом. Теперь это не было ее обязанностью, но, похоже, она считала меня кем-то вроде приятельницы.
– Вот ты как хочешь, но я все-таки думаю, что тут не все чисто, – сообщила она с порога.
– В смысле?
– Не успела леди Энни поправиться, как Тьен… ну, то есть господин Себастьен сказал, что ты приболела, – развила свою мысль девушка. – Лежи, лежи. Сейчас я все аккуратно расставлю.
Подсунув под спину подушку, я все больше округляющимися глазами следила, как она пододвигает ко мне изысканные блюда. Каша с кусочками фруктов, для которых сейчас был не сезон, маленькие бутерброды с дорогущим паштетом, ароматный кофе и даже пара кексов, украшенных шапками взбитых сливок. Завтрак точно не для компаньонки младшей леди.
– Тьен, значит? – переспросила недобро.
Если он что-то там себе подумал…
– Моя мама здесь раньше работала, мы с детства знакомы. Теперь трудно перестроиться, – отмахнулась Сандра и, наклонившись ближе, заговорила о своем: – Она так мной гордится! Старшая горничная в двадцать три! Между прочим, все благодаря тебе. Я никогда этого не забуду.
– И шашней со служанками он не заводит?
– Кто? – Сандра растерянно моргнула.
– Тьен этот ваш.
– Нет, что ты! – Ей показалось, что я сказала что-то смешное. – Он благородный, не бойся. Ты просто его не знаешь.
Вернулись к тому, с чего начали: мне пора учиться взаимодействовать с мужчинами. С магией же получилось! Последние дни, кажется, только и делаю, что колдую, и ничего. Мне даже нравится. И я собираюсь продолжить.
Вздохнула, успокаиваясь, и набрала ложкой каши.
Что такого эти важные повара делают с овсянкой, что она перестает быть противной?
День прошел именно так, как приказал Тьен, хоть я и не собиралась его слушаться. Не в личных вопросах точно. Но сначала хотелось есть, потом – спать, свежие цветы, волшебным образом появившиеся на столике у кровати, радовали глаз, а возможность денек побездельничать просто радовала. Что совершенно на меня не похоже: обычно отсутствие четкого плана и списка срочных дел нервировало, но сегодня впервые за долгое время я по-настоящему наслаждалась отдыхом.
Чувствовала, как по капельке восстанавливается резерв.
Нет-нет да и бросала взгляды на пышный букет.
Забежавшая за подносом Сандра рассказала, что доставили вещи Тьена и внизу творится настоящий бедлам. Я же откинулась на подушки и безмятежно улыбнулась.
Завтра. Возьму себя в руки, надену одно из привычных унылых платьев и, может быть, даже попрошу переселить меня на первый этаж. Но сегодня позволю себе немного ослабить защиту.
В итоге вылезла из-под одеяла ближе к вечеру и лениво прошлепала в ванную. Сил на щиты и чары пока не было, поэтому мылась быстро и то и дело бросала взгляды на дверь, но в этот раз меня никто не потревожил.
Расслабляться, впрочем, было рано.
Дверь в комнату оказалась приоткрыта, а внутри меня дожидался Себастьен Керрингтон собственной домашней и, вынуждена признать, довольно очаровательной персоной.
– Еще немного, и начну сомневаться в правдивости слухов о том, что ты не ухлестываешь за прислугой. – И сама на себя разозлилась. Почему-то, стоило ему оказаться поблизости, тянуло выставить шипы.
– А кто распускает столь неполезные для моей репутации отъявленного повесы слухи? – грозно сдвинул брови Тьен, и я вновь поверила Сандре: он точно не ловелас.
Тогда с чего столько внимания? Не по себе как-то.
– Тебя все обожают, – пробурчала, неловко переступая с ноги на ногу. – Вас.
– Тебя, – снова поправил он. – Да войди уже, я не кусаюсь… В крайнем случае, сглазишь меня.
Не могу, резерв еще не в норме.
Точнее, могу, но дело кончится очередным истощением.
Порог комнаты я все же переступила и дверь за собой закрыла. Решила же общаться с ним как просто с еще одним человеком.
– Брина-а… – как-то странно протянул Тьен, и в его глазах зажглись золотые искорки смеха, – я даже не знаю, что меня пугает больше. Идеальный каждой линией узор защитного контура в исполнении не обученной толком девчонки или твои книги.
И этот гаденыш выразительно потряс ярким томиком с парочкой на обложке. Двое сплелись в страстных объятиях, девица уже успела стянуть с любовника рубашку. А щеки почему-то вспыхнули у меня.
Тварг.
– Эления сильнее прижалась к нему бедрами, и Конрад, одурманенный ее ароматом, потянулся за поцелуем… – прочел Тьен, раскрыв книгу. – Хм-м.
– Эй, отдай!
«Это твоей сестры!» Но такое не скажешь хозяину дома, где работаешь.
Приходилось краснеть и сопеть. Вынужденно. Чтобы не подумал чего. Да.
– Ладно тебе, всем иногда нужно расслабиться, – понимающе усмехнулся будущий герцог. – Рад узнать, что под твоими строгими платьями бьется живое сердце, а эту серьезную головку время от времени тянет на что-то легкомысленное.
В очередной раз ощутила, как жар румянца стекает вниз по шее.
Как он это делает? И зачем?!
– Все? – спросила прохладно и, изловчившись, попыталась отобрать у него добычу, но Тьен успел вовремя отдернуть руку с книгой.
Вообще совести у некоторых нет.
– Почему ты не поступила в ведьминскую школу? – уже серьезно спросил он.
– Решила, что ведьм с меня хватит.
Еще один бросок – почему-то казалось важным победить хотя бы в такой мелочи, – но Тьен вновь чуть сменил положение, а я едва не рухнула на него. И рухнула бы, если б он свободной рукой не подхватил. Отпускать, впрочем, не думал – притянул к себе и так и замер. А глаза тем временем смотрели серьезно и изучающе. Прямо в глаза, а не на что-то другое, хотя полы халата и разошлись слегка.
– А сейчас? Не передумала? – Я его еще не прикончила только из-за этого взгляда. Странно, но ему был действительно важен этот разговор и мои планы. – Твой уровень заметно выше обычной ведьмочки-первогодки, но школа дает защиту и, как бы это назвать, умение взаимодействовать с другими ведьмами… и с неведьмами тоже. Если захочешь, я знаю хорошее место недалеко от столицы. Мы готовы оплатить твое обучение в благодарность за все, что ты для нас сделала.
Я вывернулась и поправила халат:
– В благодарность можешь просто прибавить мне жалованье.
– Брина!
– Я уже двадцать три года Брина, – фыркнула, сдувая кудрявую прядь с лица. – И точно не хочу к ведьмам.
Он вздохнул с таким видом, будто и не ожидал от меня ничего другого.
– У тебя впереди целое лето, чтобы подумать. – А прибавку зажал. Но не то чтобы я жаловалась. Мне и так щедро платят, хотя пока не совсем понятно за что. – Кстати, это тебе. Конфеты.
– Зачем? – Из меня опять полезли шипы.
– Я привез сестре и матери подарки, милые сувениры для слуг, но о твоем существовании понятия не имел… Поэтому тебе достались конфеты. Хороший шоколад. Надеюсь, тебе понравится.
Небольшая коробка была обернута золотистой бумагой и перевязана лентой, украшенной настоящим жемчугом. Еще одно напоминание, насколько мы из разных миров. Я жила в крупном городе и знала, что у богатых леди такие вот ленты принято выбрасывать вместе с упаковкой. А потом в мусоре копаются мальчишки из бедных кварталов, и одной такой найденной ленты хватает, чтобы кормить семью из нескольких человек пару месяцев.
Разные реальности, которые пересекаются весьма специфическим образом.
– Ладно. В смысле спасибо.
Очаровательно улыбнувшись, чем усыпил мою бдительность, Тьен шагнул ближе и быстро коснулся губами моей щеки. И раньше, чем я опомнилась, вышел за дверь.
Моргнула. Поймала себя на том, что трогаю «пострадавшее» место.
– Эй, стой! Книга!
– Пожалуй, я ее возьму. – Он весело подмигнул мне через плечо.
– Зачем?!
– Интересно узнать, что тебе нравится.
А мне интересно, осталась ли у меня еще какая-нибудь часть тела, которая не покраснела сейчас?
Без этого мага в поместье жилось куда спокойнее.
Утро жужжало голосами слуг, обсуждавших что-то явно захватывающее, и, судя по застывшему в воздухе напряжению, темой было уже не возвращение Себастьена Керрингтона – чтоб ему там спалось до обеда! – в родные края.
Незримые грозовые тучи я почувствовала еще на середине лестницы.
Тварг, ну что у нас опять происходит?!
По привычке я встала рано, правда, теперь не могла найти себе работу. Покосилась на немного потертую штору в гостиной, нахмурилась на пятно на вязаной салфетке… Загвоздка состояла в том, что это теперь не моя ответственность. Энни же хорошо себя чувствует и во мне особенно не нуждается.
Газеты и журналы стопкой высились на столике у двери, предназначенном для корреспонденции.
– Бедная девочка… – охнула сердобольная помощница повара.
– И не говорите, – почему-то именно тихий и серьезный голос Сандры заставил мою руку замереть в воздухе. – Всего месяц назад совершеннолетие справляли. Талларе закатили праздник не по средствам…
– Стоило старшей наконец вернуться домой, как с другой дочкой случилось несчастье.
– Леди Райсон убита горем. А ее Холли вообще слегла.
– Ох, говорят, все случилось прямо у нее на глазах!
Стоп. Небольшим усилием я заставила себя отрешиться от голосов и вместо «Имперского вестника» вытащила из стопки местную газету. Сердце неприятно кольнуло. Первая полоса пестрела магическими снимками лестницы в пятнах крови. Эмоциональный текст рассказывал, что вчера днем младшая дочь некой леди Райсон упала с лестницы… и все. В семье Райсон теперь только одна дочь. Холли, которая накануне вернулась из пансиона для благородных девиц.
Женщина, расспрашивавшая меня у ворот, не представилась, но, помнится, упоминала об ожидаемом возвращении старшенькой после учебы. Видимо, это и была леди Райсон.
А вот снимок Холли имелся: точеное личико с большими голубыми глазами, идеальная осанка, модный, но скромный костюм. Несколько месяцев работы в магазине готовой одежды оставили мне некоторый опыт, и теперь, глядя на снимок, я могла сказать наверняка, что эта семья коробки с конфетами драгоценными ленточками не перевязывает и кое-кого будут пытаться выгодно пристроить замуж. Тем более что рядом как раз появился холостой почти герцог. Впрочем, не думаю, что этот «кое-кто» станет сильно возражать.
Траур, конечно, им все испортил. Как не вовремя.
Я тряхнула головой, отгоняя прочь тучи скорби, и вернула газету на место. Там же, на столике, заметила несколько приглашений на разные мероприятия. Скучать Тьену точно не дадут.
Почему-то это раздражало.
Слетелись, как коршуны. Того и гляди брачные ловушки начнут расставлять. Дали бы хоть человеку перевести дух после учебы и службы.
– Брина! Доброе утро. – Сандра толкнула в плечо Риту, которой, похоже, уже дала какие-то распоряжения, и та скрылась в столовой, а сама подошла ко мне. – Вот, держи. Служитель передал, когда узнал, что ты заболела. Ты ему понравилась. Он хорошо о тебе говорил.
Что хорошего обо мне можно сказать, я не знала, и потому посмотрела на большую конфету в яркой обертке с подозрением.
– Спасибо, наверное.
– Не бойся, он у нас нормальный и к магам относится спокойно. Доставать не станет, но если обратишься, постарается помочь. Представляешь, он нескольким мужикам, которые жен поколачивали, головы вправил. Больше они ни-ни. – Под эту болтовню она обняла меня за плечи и увлекла на кухню. – Идем кофе пить. Я тоже еще не завтракала.
Слугам здесь перепадало то же, что готовили для хозяев, но на простой посуде и без эффектного выкладывания блюд на тарелках. Лично меня это более чем устраивало. Однако позволить я себе могла только кофе, потому что все равно придется садиться за стол вместе с Керрингтонами. Сандра сказала, что насчет меня были вполне четкие распоряжения. На этот раз от самого будущего герцога.
Я невежливо закатила глаза.
Хотя бы от комментариев она воздержалась. По ней даже не определишь, подумала ли что-то эдакое.
В остальном часть утра, проведенная на кухне, прошла приятно. Игривое утреннее солнце било прямо в окно, заставляя щуриться, а перед ним набухла почками старая яблоня. Сандре пришлось разок цыкнуть на служанок, налетевших на меня с вопросами про городскую жизнь и парня, который у меня обязательно должен был быть. Потом повар по-простому на всех наорал, и все оказались пристроены к работе. Я сама с легким недоумением обнаружила, что размешиваю творог для утреннего пирога. Вот кому следовало стать домоправителем!
Закончив, все же сказала Сандре про шторы и салфетку. Не то чтобы меня это касалось, но знание чесалось внутри и требовало порядка.
А потом на меня налетел ураган по имени Энни…
– Не пропадай никуда, Тьен сказал, что за завтраком нас всех ждет серьезный разговор.
В незабудковом платье, с волосами, перехваченными одной скромной лентой, она казалась сказочной принцессой. Все же есть в этих аристократах что-то, делающее их черты почти идеальными и придающее особую плавность движениям. Сомневаюсь, что подобного можно добиться одним только воспитанием. Как говорят, золотая кость.
Неуместно вспомнился рельефный пресс Себастьена Керрингтона, который я обнаружила под своей щекой, когда проснулась.
Тварг. Резко тряхнула головой, пытаясь избавиться от странных мыслей.
– Уверена, что мне нужно присутствовать? – Да, это была неуклюжая попытка увильнуть. И мне не стыдно. – Я могла бы и на кухне поесть.
– Тьен сказал, тебя тоже касается. Он придумал тебе какие-то обязанности.
– Ага. Чудно.
Страшно в смысле. Аж поджилки трясутся.
– Брось, он хороший!
– И тебя не смущает, что теперь порядки в доме поменяются? – осторожно зашла с другой стороны я.
– Тьен плохо не сделает! – горячо возразила Энни.
Ладно-ладно. Понятно уже, что брата она обожает. Мне же приятно оказалось воочию убедиться, что у кого-то есть такая любящая семья. До Керрингтонов я работала в двух домах, и нигде так не было.
Собиралась поднять руки, демонстрируя, что сдаюсь, но тут на лестнице появился будущий герцог.
– Леди. – Забавно, но он и меня имел в виду. Сестру поцеловал в щеку, а она в ответ повисла у него на шее и громко чмокнула в отросшую щетину. Такие счастливые улыбки нельзя подделать. Пока же я наблюдала, будущий герцог поймал мои пальчики и нарочито медленно поднес к губам. – Позвольте мне отвести вас в столовую.
Пошел бы он к тваргу со своими безупречными манерами! Не дождется, не покраснею!
Энни прыснула.
Будущий герцог подхватил нас обеих под руки и чинно провел в столовую. Каждой помог усесться. Затем уделил внимание вошедшей матери.
– Как ты себя чувствуешь, Брина? – Направляясь к своему месту, пока еще во главе стола, герцогиня мягко тронула меня за плечо.
– Спасибо. Хорошо. Чудесно!
Только сквозь землю провалиться хочется.
И вкус еды в такой компании совершенно не ощущается. С куда большим удовольствием я бы перекусила на кухне с Сандрой, но что уж теперь.
Герцогиня доброжелательно улыбнулась. Ее сын наконец занял свое место.
– Еще одну горничную возьмем, как планировали, – заговорил он, – но вакансию дворецкого закрываем. Через несколько дней я отправлюсь в столицу улаживать дела с наследством, со мной оттуда прибудут новый дворецкий и новый доктор.
А вот и перемены подоспели! Но, должна признать, пока они к лучшему.
– Прекрасно. – Герцогиня посмотрела на предложенный ей кусок пирога, как на злейшего врага, и отодвинула его в сторону. – Ты собираешься еще что-то изменить, дорогой?
Энни посмотрела на мать и сделала так же, придвинув к себе только пышный омлет с кусочками всего понемногу и чашку чая. Похоже, женщины в этом доме тщательно следят за собой.
– Ничего особенного, – пожал плечами Тьен, которого уже молчаливо признали главным. – В твои счета и благотворительность лезть не собираюсь. Но Энни продолжит учиться. С завтрашнего дня.
– Ну Тьен!..
– Ты пропустила несколько недель, поэтому позанимаешься летом. Энн, не смотри так, твое образование в первую очередь нужно тебе, а не кому-то еще. Ты же не хочешь замуж за богатого толстяка или за недалекого павлина?
– Нет, конечно. – Она растерянно потеребила край ленты, до конца не понимая, куда он клонит.
– А чтобы окружить себя симпатичными и образованными людьми, нужно самой быть одной из них, – закончил свою мысль Себастьен. – Ты ведь это понимаешь?
Его младшая сестра посопела немножко, смиряясь с судьбой, потом все же кивнула:
– Ладно, я согласна.
– Брина, ты тоже должна присутствовать на этих занятиях, – продолжил этот… морда знатная! – Пропускать без уважительной причины нельзя.
– Э-э. – Слов не было, даже мысли куда-то смылись.
– У ведьмы не то настроение уважительной причиной не считается. – Гад все еще на меня не смотрел, но уголки его губ подрагивали. – Предвосхищая поток возражений, хочу напомнить, что ты подписала с нашей семьей договор.
Я откинулась на спинку стула и перевела дыхание. Аппетит сбежал следом за всем прочим добрым и светлым.
– Зачем? – решила все же полюбопытствовать.
– Для общего развития, – не слишком конкретно пояснил Керрингтон. – К тому же некоторые преподаватели – мужчины, и я бы не хотел, чтобы Энни оставалась с ними наедине.
Звучало здраво, но я почему-то чувствовала себя бестолковой бабочкой, запутавшейся в липкой паутине. Может, у него просто пунктик на учебе? Желание огреть его огнешаром все не проходило. И останавливало только то, что маг такого уровня точно выставит щит. Так зачем зря тратить силы? Я окинула мрачным взглядом стол, положила себе на тарелку большой кусок пирога, еще и полила сверху ягодным сиропом. Сами виноваты, испортили ведьме настроение!
Следующим утром замысловато проклясть одного будущего герцога мне уже хотелось чуть меньше. Главным образом потому, что все это время мы не виделись. Нарочно избегать его не пришлось: пожаловал управляющий, они весь день проторчали в кабинете, а потом отправились в таверну в городе. Полагаю, будущий герцог рассчитывал напомнить о своем существовании местным жителям.
Сегодня должны были явиться учителя.
Их тоже хотелось сглазить, проклясть и упокоить где-нибудь по-тихому, и останавливало меня исключительно то, что все это затевалось изначально ради Энни. А я так, рядом постояла. Но как-то уж слишком рядом…
Силы окончательно восстановились.
Я проснулась, когда еще толком не рассвело, и улыбнулась от ощущения приятной наполненности. Заодно сделала вывод: чем чаще пользуешься даром, тем легче потом приходить в себя. Но лучше бы поберечься. Ага.
Вот именно с этой мыслью завернулась в халат, прихватила свой рисунок и отправилась осматривать контур. Сомневаюсь, что получится сделать все, но хотя бы намечу основные точки и линии будущего узора.
Утренний холодок ударил в лицо, куснул за шею и пакостно заполз под халат. Я поежилась и замешкалась на мгновение, закутываясь поплотнее.
На ближайшей дорожке хрупнул камешек. Кожу царапнуло знакомое чувство… но вроде и нет. Что-то мнительная я с утра.
Преодолела последнюю ступеньку. Прямо у ног пробежала мышь, вспыхнула красным и рассыпалась горсткой пепла.
– Тварг побери…
Сканирующее заклинание выпустила раньше, чем даже подумала о нем. Но это было лишнее. Активной черной магии я в поместье не чувствовала. И заклинание ее не нашло. Скорее всего, мышь напиталась этим где-то в другом месте. Где-то рядом.
И мы вновь вернулись к теме засевшей неподалеку ведьмы. Как только ее найти? Думать, что стану делать с найденной ведьмой, пока было страшновато.
Я упрямо сжала губы и быстро пошла к воротам. На деревьях уже распустились редкие первые цветы, легкий ветерок шевелил ветви, но идиллическая картина не вызывала соответствующего настроения. Контур, ведьма, раздражающий почти герцог… и угораздило же вляпаться! Спросили бы меня, сама бы не смогла объяснить, как это случилось.
Начальная точка находилась недалеко от ворот. Сегодня никто не мешал, что давало возможность присмотреться получше. Как интересно… При желании можно было подцепить остатки старого контура, но весь заряд из него вышел подчистую.
Возможно, от времени. А может…
Покусывая губу, я медленно обходила территорию, когда-то охваченную защитой. Остаточные чары блеклой лентой валялись у моих ног. Даже закрепляющие узлы отлично сохранились. Все интереснее! Пришлось подлезть под ветви молодой яблони, и это определенно того стоило. Я нашла разрыв.
Стояла под цветущим пологом и смотрела на него, как светская красотка на вышедшее из моды два сезона назад платье.
Магический заряд иссяк не самостоятельно, точно не потому, что его не обновляли. И для случайного разрыв был слишком ровный. К тому же место выбрали… неочевидное, скажем так.
Тварг. Еще не хватало…
– Ты тоже заметила, да? – прозвучавший совсем рядом голос заставил подпрыгнуть.
Я медленно повернулась и буквально столкнулась взглядом с Себастьеном Керрингтоном. В домашних штанах и частично расстегнутой рубашке, под которой пришли в движение черные линии. Живые татуировки боевого мага.
Ему тоже дана сила запечатывать прорывы. И тварг знает какая еще.
– Кто-то уничтожил контур нарочно, – поспешила поделиться наблюдениями. – У вашей семьи есть враги?
– Явных нет, а завистники и тихие недоброжелатели найдутся у каждого. – Тьен заложил руки за спину, подставил лицо свежему утреннему воздуху и сейчас выглядел так, будто всего-навсего совершал прогулку и случайно встретил меня. – Но тогда они бы ударили по мне, что толку нападать на Энни?
Сдержалась, не поморщилась. Прав он.
Наш чудесный мир создан в первую очередь для мужчин. Он наследник, весь дом пляшет вокруг него, не просто прислуживают, а искренне обожают. У одаренной сестры была бы хоть свобода. Но поскольку Энни не наделена способностями к магии, большее, что ей светит, это хорошее приданое и удачное замужество. Может, еще получится провести пару блестящих сезонов в свете.
– Думаю, без проблем смогу подцепить остатки поврежденного плетения. – Пока я тихо кипела, маг опустился на корточки и ощупал незримые нити. – С формой вполне можно работать.
Татуировки заинтересованно стекли к его рукам.
– Рада за тебя, – бросила я, поворачиваясь, чтобы уйти.
Но будущий герцог остановил:
– Не хочешь попробовать кое-что интересное?
Ведьмы не ведутся на явные провокации! Но мы любо… любознательные, вот.
– А именно?
– Поработать вместе. – Он выпрямился и посмотрел на меня прямо и серьезно. Впервые как на коллегу, пожалуй. – Сплести наши силы и создать уникальный контур.
Приятно, тварг. И… не только у меня глаза блестят.
Все же он маг и ему скучно слушать о проблемах жителей его земель и изо дня в день вести себя как приличный герцог.
– Мне-то это зачем? – фыркнула и, не скрывая улыбку в уголках губ, демонстративно повернула к дому. – Это тебе надо защитить свой дом. Вот ты его и защищай.
– Брось, тебе же интересно!
Три уверенных шага вперед, лишь потом чуть повернула голову. Его глаза блестели так, словно не было нескольких лет службы, а у поврежденного контура стоял все еще студент, ведомый жаждой интересных магических открытий.
– Но у меня там совершенно ненужная мне учеба…
– Брина!
Я опять повернулась к нему спиной и продолжила путь к дому.
– Брина, постой! – Не уверена, но, кажется, он сделал шаг за мной. Однако на этом и остановился. – Ты что, до сих пор злишься?
– Ведьмы крайне злопамятны, тебе это в твоей престижной академии не сказали?
– В университете, – по привычке поправил он. – Стой, кому говорю! В конце концов, это просто ребячество какое-то.
Засветить бы ему чем-нибудь интересным в лоб! Но не могу, меня тоже волнует контур. На моих собственных условиях.
– Остановиться – это приказ? – уточнила ядовито.
– Просьба. Ты невыносима, знаешь?
– Это я-то?! – Аж задохнулась от возмущения. – На себя посмотри, твоя светлость! Лорд Все держу под контролем! Кто тебе дал право решать, учиться мне или нет и чему именно учиться? Нет, я не против присматривать за Энни, в конце концов, я здесь именно для этого. Но на кой тварг мне учиться правильно приседать, отставлять пальчик и что там еще?!
– Этикет, танцы, история, геральдика, немного каллиграфии…
– Да пошел ты! – терпение у меня закончилось раньше, чем его список.
Показалось, что мое желание засветить ему чем-нибудь в лоб сейчас прямо зеркально.
Пфф!
– Это было для тебя.
– Для себя я, пожалуй, поищу другое место без придури у работодателя.
– Отлично!
– Отлично.
В служанки больше не пойду. Пожалуй, я готова к чему-нибудь ведьминскому.
Поняла и… замерла, оглушенная этой мыслью.
Еще и Керрингтон впечатлений добавил:
– Поцелуй меня.
– Что?!
– Мы торгуемся, – милостиво пояснил будущий герцог и скрестил руки на груди. – Я согласен отозвать от тебя учителей за поцелуй. Тогда между нами будет мир и ничто не помешает заняться магией.
Он серьезно. Богиня на тварге, он серьезно!
Выброшенной на берег рыбкой я открывала и закрывала рот, в шоке от такой наглости. Представителям древней аристократии ее, наверное, в каких-то немыслимых количествах еще при рождении выдают. Вместе с кучей привилегий и чувством полной безнаказанности.
– Вообще-то это тебе тут нужна моя помощь. – Наконец определила, что в его постановке вопроса мне больше всего не нравится.
– Неужели? – усмехнулся Тьен.
И я поняла, что услуга от меня ему не так уж нужна.
– Решайся, Брина, второй раз эту сделку я не предложу, – поторопили меня. – Один поцелуй за огромную уступку с моей стороны. И редкий магический опыт, который точно того стоит.
Переупрямить его я могла, банально хлопнув воротами, – и счастливо им тут оставаться! Но… придумался и другой способ.
Я спокойно приблизилась к нему и замерла напротив. Близко настолько, что ощущала тепло его тела, а кожу даже через одежду покалывала чужая магия.
– Поцелуй – то же прикосновение. Оно не так много значит, – равнодушно сообщила наглой физиономии.
Он не слушал. Поймал мое лицо пальцами, погладил ими кожу… довольно приятно. Взгляд на некоторое время застыл ну губах, и это казалось вполне осязаемым. Почти как прикосновение, но не то. Мои губы странно покалывало и что-то внутреннее толкало их облизать, но разум вовремя шепнул, что так делать не стоит.
Вздох получился каким-то прерывистым, как если бы мы уже поцеловались и сейчас я пыталась отдышаться.
Потом было обжигающее дыхание, опалившее кожу, и совсем легкое прикосновение, от которого меня прошили сразу несколько крошечных молний. Если честно, я думала, что на этом все, но как же я ошибалась! Стоило мне расслабиться, Тьен углубил поцелуй, раздвигая мои губы, стремясь заполнить меня собой. Медлительно-сладко.
И пальцы уже цепляются за его рубашку. Колени слабеют. А молнии превращаются в дрожь и золотые огоньки перед глазами.
Вот теперь все. Он нехотя оторвался от меня, нарочно задев кончик носа колючим подбородком.
– Напомни мне, кто кого должен был целовать по условиям соглашения? – прищурилась я… надеюсь, голос не дрожал.
И отдернула от него руку, как если бы он вдруг стал раскаленным.
– Неважно, – отмахнулся Керрингтон. – Слово я сдержу. Ну что, займемся контуром, пока никто не мешает?
Сейчас? А я вообще в состоянии? То есть…
Вдохнула глубоко и выдохнула. Вот еще не хватало, чтобы он подумал, будто как-то задел мои эмоции! Я раздражена, не более. Независимо вскинув подбородок, встала рядом.
Тьен окинул взглядом фронт работы, занял место за моей спиной и соединил наши ладони:
– Готова?
В голове еще не до конца растаяли те самые золотые огоньки, но я не должна ударить в грязь лицом перед этим магом с его университетским дипломом. Ведьмам не нужны бумажки, с этим даже закон согласен. Я и без них не хуже! А если и хуже, ему об этом знать необязательно.
– Угу.
– Значит, так, – он, конечно, сразу назначил себя лидером. Ну и пожалуйста, в конце концов, это его дом. – Я восстанавливаю то, что здесь было, а ты попытайся вплести свой рисунок. Идет?
– Попробуем.
Если меня не размажет по ограждению. Никогда не слышала, чтобы ведьма с магом соединяли силы.
Пространство вокруг нас дрогнуло. Я увидела, как с пальцев мага расплавленным золотом течет сила. Контур медленно оживал. Наблюдать, как вершится магия, можно было бесконечно, но… Нельзя отставать! Вызвав в памяти узор, я принялась выплетать свой уровень защиты.
Как ни странно, черные с серебром нити не конфликтовали с золотыми, а словно ластились друг к другу, соединяясь в единое полотно. Рядом с магом, прижимаясь к нему спиной и дыша в унисон… я чувствовала себя смелее и сильнее. Намного сильнее. Тьма текла с пальцев естественным потоком. Над нашими головами слабо шевелились ветки в цветах, и это все было куда более интимно и сокровенно, чем недавний поцелуй.
Невероятно. Почти как с ведьмой, но мной не пользовались и совсем не было больно.
К концу я не обессилела, хоть и откинула голову ему на грудь. Выдохнула, завершая последние штрихи. Тьен закрепил наши плетения в замыкающей точке, и моя магия безропотно подчинилась ему. Не просто подчинилась, а игривым котенком льнула к рукам.
Контур ослепительно вспыхнул – и погас. Ключевые точки рассеялись.
Сломать результат наших совместных усилий будет практически невозможно.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил маг, как только все закончилось.
– Странно, но истощения в этот раз не предвидится. Немного устала, и все.
Он отпустил мои ладони, но уйти в сторону не позволил, обхватил талию и развернул лицом к себе.
– Брина, – выдохнул порывисто, – ты была великолепна…
«Поцелует, – забилась в голове паническая мысль. – Вот сейчас опять поцелует».
Но Тьен замер, не отпуская меня, но и не пытаясь притянуть ближе.
Мгновение. Другое. Третье.
Усталость таяла, будто только что я не творила сложнейшее колдовство. Как такое возможно? Если бы не видела результата, подумала бы, что мне все приснилось. Но нет, охранные чары, уже невидимые человеческому глазу, на мой ведьминский взгляд, мерцали и пульсировали.
И Тьен Керрингтон все еще нависал надо мной…
– Я не собираюсь с тобой спать! – сообщила в смазливую физиономию на случай, если вдруг он что-то не то себе подумал.
Будущий герцог удивленно моргнул и отпрянул.
Не знаю, что бы он мне на это ответил. Объяснения прервал пронзительный крик, стремительно переходящий в отчаянный вопль.
Кричали за забором. В лесу.