Глава 19

Варя

Ринат напрягается, но позволяет мне опуститься, очертить губами языком карту прошлого, отмеченную на его теле. От низа живота остаётся совсем немного до члена, подрагивающего от нетерпениия и потёкшего смазкой. Я накрываю губами толстую головку, слизывая капли смазки, и посасываю.

— Ещё… — выдыхает со стоном Ринат и сгребает мои волосы в кулак.

Он немного надавливает, предлагая взять глубже, и я охотно делаю это. Но не собираюсь превращать это в полноценный минет и останавливаться лишь на оральных ласках. Взяв его тяжёлый член в рот, проглатываю так, что он упирается в глотку, и делаю несколько глубоких, скользящих движений, а потом выпускаю.

Ловлю взгляд Рината — одурманенный и голодный.

— Люблю тебя. Больше всего на свете. Люблю… — признаётся он и прижимает меня к своей груди.

Мы замираем так на время, слыша как гулко и громко грохочет в унисон наши сердца. Потом он переворачивает меня на спину и нависает сверху, глубоко целуя, опустив руку между ног и начав ласкать меня. Он то ускоряется, то замедляется, не позволяя кончить.

В одной из пауз Ринат неожиданно твёрдым взглядом смотрит мне в глаза, признаваясь:

— Первый раз меня не было два года. Тогда меня крупно подставили, я подготовил для тебя отход и пустился в бега, будучи уверенным, что Шумов поможет выбраться. Я отвлёк внимание на себя, твёрдо верил в это, ведь меня преследовали по пятам. Я попал в аварию, далеко от того города, где мы жили. Когда очнулся, то я не помнил ничего о себе. Ни денег, ни документов. Только дырка в башке, головные боли и тот самый шарм с феечкой…

— У тебя были провалы в памяти? Но почему… почему ты мне этого не сказал тогда?! — вскрикиваю, вспомнив, каким Ринат впервые предстал передо мной — обросшим, плохо выбритым, в странной, словно чужой одежде.

— Я скитался, бомжевал, перебивался случайными заработками. Прятался от полиции. Был уверен, что надо прятаться, но не понимал причину. Не знал её, не помнил. Меня накрыло, когда случайно оказался на месте аварии и тогда всё встало на свои места. Я вспомнил и бросился к одному из своих тайников. Там были деньги и пушка. Потом я пришёл к тебе… Вернее, сорвался. Надо было начать иначе, но я… — осекается, смотря мне в глаза с болью. — Прости. Налажал. Я хотел всё исправить, но был неосторожен и снова вляпался. Если бы не мой приятель Бекетов, умер бы по-настоящему. Но это не оправдание. Я должен был поступить иначе.

Ринат смотрит мне в глаза проникновенно, открывая передо мной свою душу. Я целую его и чувствую, как плачу, принимая его боль, как собственную, ощущая всё то, что пришлось пережить ему и мне, нам обоим. Это такой огромный клубок запутанных чувств, обид и боли, что я боюсь не суметь распутать его в одиночку.

— Я тебя не оставлю. Ни за что. Я буду с тобой, — обещает Ринат.

Я ему верю. Теперь без оглядки на прошлое.

Слёзы высыхают, стираются поцелуями, на их место приходят новые. Ведь нам столько нужно всего рассказать друг другу. Между ласками и поцелуями, которыми прерывается разговор, а потом мы снова начинаем с того места, где остановились, проникая друг в друга, разговаривая открыто.

Я рассказываю Ринату о нашем сыне, и он слушает жадно, внимая каждому слову.

— У меня много ваших фото. Я знаю их все наизусть и короткие видео тоже… Всё вот здесь, — прикасается к груди, где бьётся сердце. — Я его тоже люблю. Всем сердцем люблю и жалею, что ещё ни разу не обнял, — говорит с затаённой болью. — В разговоре с тобой я нарочно ни разу не поднимал эту тему.

— Слишком сильно это ранит?

— Ты даже не представляешь, насколько… — выдыхает едва слышно в мою шею.

Мы замираем в объятиях друг друга на несколько минут без единого движения. В этой неподвижности я слышу наше дыхание и учащенное сердцебиение — одно на двоих.

Жизненно важная необходимость быть вместе пульсирует в наших телах и на кончиках переплетённых пальцев.

Ринат опрокидывает меня мягким толчком на спину и спускается поцелуями с губ на шею, а оттуда на грудь. Он ловит губами соски, по очереди втягивая их в жаркий рот, лаская, терзая, доводя до умопомрачения. Окружающая комната погружается в темноту чувственными пульсациями. Кажется, от удовольствия меня подводит зрение.

Однако даже слыша мои громкие стоны, Ринат не останавливается, движется дальше.

Ниже.

Откровеннее и напористее.

Он сгибает мои ноги в коленях и разводит их невозможно широко, раскрывая полностью.

Сперва мне хочется прикрыться, это первое желание. Я давно не была так раскрыта и доступна для жаркого мужского взгляда.

— Ш-ш-ш-ш…

Ринат успокаивает меня, поглаживая подушечкой большого пальца клитор, обводит текущее лоно по кругу, надавливая.

— Ты же моя, Варя. Моя Феечка. С самого первого дня встречи — только моя. Зачем ты прячешь от меня то, что я хочу получить прямо сейчас?

Роняет слова, которые падают куда-то вглубь меня и заставляют гореть.

Пылать страстью.

Алчный взгляд Рината пронизывает до мурашек.

Не отрывая от меня его, опускается ниже и проводит нижней губой по напряжённому клитору. Просто едва задевает его и словно бьёт током по самой чувствительной точке моего тела.

Следующими прикосновением он показывает, что не намерен долго ждать и впивается жадно во влажное лоно, целуя.

Язык жадно слизывает влагу.

— Ох, блять, ты сладкая… — слышу сквозь плотную пелену и начинаю дышать ещё чаще.

Срываюсь на громкий крик и начинаю двигать бёдрами, чтобы Ринат не останавливался.

Ни на одну секунду…

Жаркий огразм лишает возможности дышать. Тело сотрясается в острых конвульсиях.

Словно распадаюсь на кусочки и вновь становлюсь единой…

С большим трудом восстанавливаю дыхание.

Пытаюсь.

Но оно предательски срывается.

Язык Рината продолжает рисовать восьмёрки, порхать всюду. Я продолжаю биться в конвульсиях. Ринат вытирает губы тыльной стороной ладони и встает на колени между моих ног.

Пальцы крепко обхватывают длинный, толстый ствол член. Он направляет в меня и наблюдает за этим.

Мышцы его тренированного пресса сокращаются волной. Я восхищённо наблюдаю, как его прекрасное тело напрягается в миг, когда он проникает глубоко внутрь.

Этого кажется ему мало…

Ринат нажимает пальцем на клитор и трахает меня еще глубже.

Быстрее и глубже.

Не щадя, вбивается на всю длину.

Громко стону от удовольствия и приподнимаю бедра вверх для большего.

Ринат, постанывая моё имя наклоняется, оставляет летящие поцелуи на моем лице, произнося севшим голосом:

— Феечка, ты такая чертовски узкая и маленькая. Я словно впервые в тебе… Ты сводишь меня с ума.

Погрузившись полностью, Ринат замирает.

Он полностью во мне. Горячий и большой. Пульсирующий…

Я сжимаю его внутренними мышцами и не хочу отпускать.

Мы снова начинаем целоваться.

Ощутив очередное требовательное сжатие, Ринат начинает двигаться.

Он сразу же срывается в первобытный, жёсткий и грубоватый темп.

Ринат делает меня своей, заставляет вспомнить, как это было с ним — всегда остро и на грани…

Я ощущаю его горячий член в себе и кусаю Рината за шею, со всхлипом приспосабливаясь под его жёсткие толчки. По всему телу проносятся вспышки экстаза. Кровь закипает от вибраций.

— Я хочу тебя! — признаюсь. — Дай мне кончить!

Он углубляется в меня, с животным рыком, начиная двигаться ещё быстрее, чтобы прийти к финалу вдвоём.

— Люблю тебя…

Его слова ласкают меня.

Он вжимает меня в матрас своим большим, сильным телом, кусает губы и облизывает меня.

Его движения растягивают удовольствие до ломоты в каждой клеточке тела.

Ринат совершает сильный резкий толчок, одновременно с этим сжимая волосы в кулаке невероятно крепко. Он целует меня и трахает предельно быстро, яростно вколачиваясь, срываясь в совершенно безумный ритм.

Я кончаю, а он не прекращает движений и держит меня в тисках объятий.

Тепло внутри моего тела нарастает, превращаясь в безумный жар. Чувствую его стон и поцелуй, через миг тело вспыхивает, как бензин, в который швырнули зажжённую спичку. Горячий толчок… Ещё один…

Ринат кончает в меня.

Проходит несколько длинных минут, прежде чем дыхание приходит в норму, а тела начинают остывать. Мы оба лежим, покрытые потом.

Ринат приподнимается на локтях и сдвигает волосы с моего лица, счастливо улыбается. Чуточку безумно и бесшабашно, как раньше.

Теперь его улыбка лишена злобной иронии и видится мне открытой. Она влечёт меня.

Ринат прижимается ртом к моему и опускает пальцы между моих бёдер, скользит по влажным складкам, растирает сперму по стенкам лона. Инстинкты снова берут верх. Мои бедра движутся навстречу его пальцам.

Тепло дыхания Рината обжигает губы.

— Я снова хочу тебя…

В подтверждение слов Рината его член требовательно упирается мне в бедро.

Ринат снова возбуждает меня. Его пальцы скользят без препятствий. Он словно не может оставить меня даже на минуту в покое.

Соски за секунду превращаются в тугие, сжавшиеся бусины. Даже воздух сгущается от того, как сильно наше желание.

Снова…

— Ложись на животик. Я хочу тебя сзади…

Ринат переворачивает меня на живот, придаёт телу нужную позу и нежно покусывает мою шею. Оставляет метки, делая мелкие засосы.

Теперь он трахает меня сзади и всё остальное просто отходит на второй план.

Мы забываемся… Абсолютно!

Тонем друг в друге.

Кончив в очередной раз, мы падаем на кровать, теперь уже полностью опустошённые, неспособные двигаться.

Я едва ощущаю себя живой, и в то же время внутри плещется умиротворение и тепло, словно я долго-долго лежала на солнце и разомлела от его жара.

Найдя ладонь Рината, я вкладываю в неё свои пальцы и тянусь вверх, к лицу, нежно целуя сначала нижнюю губу, потом верхнюю. Ринат легко скользит по моим губам языком и обнимает с глубоким, протяжным выдохом.

— Ты думал обо мне? — спрашиваю у Рината.

— Сама как думаешь? — хмыкает, обнимая ещё крепче.

— Хочу услышать от тебя.

Утыкаюсь носом в грудь Рината, ощущая, как сильно и неумолимо меня начинает клонить в сон.

— Постоянно. А ты?

— Хотела не думать, — признаюсь честно. — Но это сложно сделать, когда рядом твоя миниатюрная копия — Ванечка.

— Я узнал, где Сазонов держит Ванечку, — говорит Ринат.

И моё сердце сбивается со своего ритма.

Ринат

— Я узнал, где Сазонов держит Ванечку.

Варя замирает без движения и даже не дышит, а затем требовательно цепляется в моё запястье:

— Где же?! Скажи!

— Тебе Сазонов сказал, что Ванечка находится у его родителей. Поэтому сначала проверили их. Оказалось, что старики Сазоновы сейчас находятся в Швейцарии, на лечении в клинике.

— Да, у отца Вадима сложности с позвоночником, возраст всё же берёт своё, им обоим уже больше восьмидесяти лет.

— Билеты были оформлены и на Ваню. Но его при них нет. Это точно.

— Так где же он?!

— Ваня находится в интернате для богатых деток. Ты удивишься, но не все родители держат своих чад рядом. Очень дорогостоящий интернат, с передовой системой обучения. Есть и младшая группа, где сейчас находится Ваня.

— О боже! Ринат! Ты нашёл его! Нашёл нашего сына! — Варя бросается мне на шею, целуя.

Я обнимаю её в ответ.

— Но есть сложности. Там очень хорошая система безопасности, охрана сидит на каждом входе. Список того, у кого есть доступ внутрь, строго регламентирован родителями.

— То есть я не смогу войти… — расстраивается Варя.

— Если только Вадим не внёс тебя в список.

— Не внёс. Уверена, что не внёс. В последнее время он очень сильно ревновал меня к Ване. Когда сынишка пропал, у меня промелькнула ужасная мысль, что Вадим мог избавиться от него. Я едва не сошла с ума! Но всё же надеялась на другой исход.

— Законным путём забрать Ваню не получится. Есть несколько вариантов, я думаю над ними. Хочется сделать всё так, чтобы обойтись без лишнего стресса для Вани.

— Как он там, ума не приложу, — выдыхает Варя, снимая слезинки с длинных ресниц.

— Уверен, что он по тебе скучает, — произношу ровным тоном, а внутри ширится беспокойство: примет ли меня Ваня.

— Ваня тебя полюбит. Вы с ним так сильно похожи.

Варя гладит меня по щеке, смотря с любовью.

После всего, что произошло, и по моей вине тоже, она до сих пор любит меня.

Наверное, я самый счастливый кретин на всём белом свете!

— Думаешь?

Прячу за усмешкой свои страхи, которых, оказывается, очень много. Боюсь налажать в очередной раз…

Страшусь неприятия сыном.

— Полюбит. У вас впереди будет много счастливых дней и возможностей узнать друг друга. Я боюсь лишь одного, Ринат.

— Чего же?

— Чтобы Вадим не настроил Ваню против меня. Ты даже себе не представляешь, какой это страшный и изобретательный человек! — по оголённым плечам Вари бегут мурашки.

Меня в очередной раз пронизывает яростью за то, что ей пришлось пережить.

Я вижу, как Варя думает о чём-то, глубоко и больно думает, но не говорит. Заставляю себя задать вопрос через силу:

— Он принуждал тебя?

— Ты спрашиваешь о постели? — с лёгким смехом отзывается Варя. — Даже если бы захотел, то не смог бы. У него большие проблемы вот с этим…

Она опускает руку и обхватывает мой член пальцами, заставляя его твердеть.

— Что?!

— То, Ринат. Попытки были, но неудачные. Так что секса у меня не было. Если тебя волнует именно это, — смотрит на меня через ресницы. — Ты даже не представляешь, как я была этому рада.

Но даже если Сазонов Варю не принуждал к сексу из-за своей импотенции, он в ответе за слишком многое!

— Ненавижу его. Убью.

— Ринат… — хмурится Варя. — Почему ты решил, что я сделала аборт? Я забеременела от тебя после твоего возвращения. Я лишилась беременности. Из-за несчастного случая. Перед Новым Годом, в доме Вадима. Тогда его супруга столкнула меня с лестницы. Она не знала, что в доме всюду натыканы камеры. Я лишилась беременности из-за падения с лестницы!

— Это он тебе так сказал? — спрашиваю.

— Да. Поверь мне. Я не делала аборт.

— И всё же аборт был. Я своими глазами видел выписки из больницы.

— Клянусь, что я не делала этого!

На глаза Вари наворачиваются горячие слёзы.

— Тише-тише, сейчас я тебе верю. Но аборт всё же был. Бумаги в больнице это подтверждают…

— Я была в бессознательном состоянии. Когда очнулась, мне сообщили о выкидыше.

— Значит, Вадим просто подкупил врачей. С деньгами это легко. Он сделал тебе аборт.

— Когда ты бросил мне обвинения об аборте в лицо, я не поверила твоим словам. Но сейчас я верю, что Вадим способен на всё, — отвечает, переводя взгляд в сторону окна. — Я же всегда хотела двоих деток. Сына и… дочку.

На последнем слове голос Вари странно обрывается. Я обнимаю свою жену и целую в висок.

— Мы справимся, вот увидишь. Я хочу вернуть не только нашу семью. Я хочу вернуть твоё состояние.

— О каком состоянии ты говоришь?

— О том, что осталось от матери. Вадим нагло присвоил себе то, что по праву принадлежит тебе.

— А-а-а-а, ты про это. Мне как-то приходила в голову такая мысль, но к тому времени я уже слишком хорошо понимала, что на его стороне большие деньги и связи, а у меня лишь требования. Даже денег на хорошего адвоката не хватило бы. И даже если бы я нашла кого-то, где гарантии, что Вадим не перекупил бы и его тоже, чтобы тот ошибался и не защищал мои интересы в полной мере. Всё так сложно… Мне на деньги плевать, Ринат. Мне будет достаточно сына, спокойной жизни и… тебя. Ты тоже входишь в мои мечты о счастливой жизни. Полная семья, где мы муж и жена. Так, как это должно быть. Так, как есть на самом деле. Верно?

Кажется, Варя вплотную подобралась к вопросу о моём браке.

— Твоя невеста. Я хочу знать о том, что творится.