Глава 38. Аврора

Пока Камал проводит тренировку с детьми, я наблюдаю за ними. Он восстанавливается быстро, но пока еще не может заниматься в полную силу. С ним рядом Джин, внимательно следит и не позволяет перенапрягаться.

Они снова о чем-то спорят. Джин качает головой и стягивает футболку, демонстрируя стальные мышцы. Камал смеется и хлопает его по плечу, Джин встает в стойку и манит одного из ребят. Потом следующего. Начинается неравный бой. Мальчишки толпой наваливаются на Джина, и все же заваливают его на маты.

Он фыркает и поднимается, но продолжает улыбаться. Камал что-то объясняет воспитанникам, наши глаза на мгновение встречаются. Муж дарит мне нежную улыбку, от которой внутри все трепещет, и переключается на мальчишек. А я прохожу дальше по саду, наслаждаясь зимней тишиной и умиротворением.

– Аврора, – слышу женский голос из-за забора и рефлекторно оборачиваюсь.

Вика стоит у ворот, словно тень из прошлого. Очки скрывают ее глаза, но даже сквозь стекло я чувствую напряжение. Ее поза – смесь отчаяния и упрямства. Это женщина не сдастся. Она хочет что-то получить.

Подхожу ближе, стараясь не показывать, как бешено бьется мое сердце.

– Аврора, прошу. – Она дрожит, но слова звучат уверенно. – Дай мне поговорить с сыном. Он имеет право знать свою мать. Мне больше ничего не нужно.

Ее слова вибрируют во мне, поднимая целую бурю. Она говорит о «праве», словно это не она бросила Айдара. Словно не ее выбор привел к тому, что сейчас нас разделяет этот забор. Она предала и сына, и мужа, а теперь хочет что-то исправить? Есть вещи, которые нельзя простить. И это не измена мужчине. Вика подвергла своего ребенка смертельной опасности. Не единожды. Умышленно. Нет, я не буду на ее стороне.

Делаю вдох, усмиряя эмоции.

– Камал четко сказал, – говорю твердо, даже холодно. – Ты сама выбрала этот путь, Вика. Решение принято, и я не собираюсь его оспаривать. Камал мужчина, и он знает, как лучше для его семьи.

Виктория качает головой, ее губы начинают дрожать от гнева.

– Семья? – зло шипит она. – Ты правда думаешь, что можешь заменить меня? Думаешь, он тебя любит? Думаешь, Айдар забудет свою мать?

– И в мыслях не было. Я не хочу быть тобой. Меня вполне устраивает моя жизнь.

Я сжимаю руки, чтобы не дать гневу вырваться наружу. Вика подходит ближе к забору, ее лицо становится яростным.

– Ты ничего не знаешь! – Она почти кричит. – Ты такая же, как он. Лживая. Себялюбивая. Ты украла у меня мужа! И сына! – Ее голос ломается, но в нем больше ярости, чем боли. – Проклинаю вас обоих! Надеюсь, вы будете гореть в аду!

Беспощадно бьет словами, но я не показываю, как глубоко меня задевает. Выстраиваю мысленную защиту, не давая этой грязи попасть внутрь.

– Уходи, Вика, – смотрю ей в глаза. – Здесь больше нет для тебя места.

Взгляд опаляет ненавистью. Я вижу, как ее грудь тяжело поднимается, как она пытается удержать остатки гордости. Но в глазах читается поражение. Вика разворачивается, ее шаги громко звучат по гравию.

Когда она уходит, я стою еще несколько секунд, прислушиваясь к звуку собственных мыслей. Я должна была это сделать. Так лучше для Айдара. Но почему внутри так дрожит? Почему кажется, что я сама кого-то предала?

Перед ужином нахожу мужа в кабинете. Камал сидит в полумраке, его рука лежит на подлокотнике кресла, а в другой – бокал коньяка. Он не смотрит на меня, но осанка выдает напряжение.

– Нам надо поговорить, – начинаю я, закрывая за собой дверь.

Он поднимает глаза, его взгляд мгновенно становится сосредоточенным.

– Что-то случилось? – Он отставляет бокал на стол.

– Сегодня приходила Вика, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Камал не двигается, но я замечаю, как его плечи напрягаются.

– И? – звучит холодно и даже опасно, но не по отношению ко мне.

– Она просила дать ей увидеть Айдара, – выдыхаю, стараясь быть спокойной. – Я сказала «нет». Сказала, что это твое решение, и я не собираюсь его нарушать.

Камал кивает, но его взгляд остается ледяным.

– Она угрожала? – Он внимательно наблюдает за мной.

– Нет. Она просто… говорила. Пыталась надавить, обвинить. Она сказала, что мы пожалеем. – Я не могу удержать нервный смешок. – Как будто это изменит что-то.

Камал молчит, его пальцы медленно сжимаются в кулак.

– Ты поступила правильно, – наконец произносит он. – Ее место давно определено, и оно не здесь.

Я подхожу ближе, осторожно касаюсь его плеча.

– Камал, может, все-таки стоит рассказать Айдару правду? – Я стараюсь быть не слишком настойчивой. – Он уже не маленький. Сможет понять, кто его мать, и сам решит, что с этим делать.

Камал смотрит на меня долго, его взгляд становится мягче.

– Я подумаю, – кивает он. – Но только тогда, когда буду уверен, что это не нанесет сыну вреда.

Киваю, чувствуя облегчение. Этот разговор был нужен нам обоим.

– Пойдем ужинать, – целую мужа в щеку.

– Иди, я догоню. – Камал мягко улыбается.

Тепло кухни окутывает нас, словно защитный кокон. Весь день выдался нервным, но сейчас, сидя за столом вместе с Камалом и Айдаром, я чувствую себя… дома. Наконец-то. Бокал в руке, смех сына, легкая улыбка мужа – этого достаточно, чтобы забыть о недавних страхах.

– Рора, ты ведь никогда не готовила плов? – Айдар поднимает на меня любопытные глаза. Он уже давно перестал стесняться меня, и это каждый раз наполняет сердце теплом.

– Никогда, – отвечаю, нарочито виновато улыбаясь. – Но твой папа обещал научить. Правда, Камал?

– Правда, – кивает он, поднимая взгляд от тарелки. Его голос звучит мягко, а в глазах читается что-то большее, чем просто обещание. – Но сначала нужно, чтобы ты нашла для этого время.

Айдар смеется, а я смущенно отвожу взгляд. Атмосфера за столом наполнена уютом и радостью. Камал перебрасывается шутками с сыном, рассказывая забавные истории из детства. Я наблюдаю за ними и чувствую, как тихое счастье наполняет меня до краев.

– Рора, а ты знала, что папа в детстве боялся зайцев? – Айдар ухмыляется, его глаза горят от удовольствия.

– Зайцев? – Я с трудом сдерживаю смех, переводя взгляд на Камала. – Это правда?

– Не слушай его. – Камал качает головой, но его улыбка говорит обратное. – Это была не боязнь, а осмотрительность. Они могут быть опасными.

– Опасными? – Айдар заливается смехом, чуть не роняя вилку. – Они же маленькие!

Когда ужин подходит к концу, Айдар убегает в свою комнату, оставляя нас вдвоем. Камал подтягивает стул ближе, его рука ложится на мою.

– Спасибо, – говорит он тихо. – Спасибо, что ты здесь.

– Я всегда буду здесь, Камал, – отвечаю, чувствуя, как его пальцы чуть сильнее сжимают мою руку.

Мы поднимаемся в спальню. Теперь уже общую. Тишина накрывает нас мягким одеялом. Камал встает и отходит к окну. Его фигура кажется такой сильной и надежной, но я знаю, что за этой оболочкой скрывается много боли.

– О чем думаешь? – спрашиваю, подойдя ближе и осторожно касаясь его плеча.

– О том, что все могло быть иначе, – отвечает он тихо. Его взгляд направлен куда-то вдаль. – Я слишком долго держал все в себе. Слишком много раз закрывался. От тебя. От Айдара. От всех.

– Камал… – пытаюсь что-то сказать, но он поднимает руку, останавливая меня.

– Позволь мне договорить. – Его голос становится чуть тверже. – Я не идеальный муж. И уж точно не лучший отец. Но то, что я чувствую к тебе… это не изменилось. С самого начала. Я был сломан, но ты дала мне понять, что я могу быть другим.

Его слова попадают в самое сердце. Я делаю шаг ближе и обнимаю его за талию.

– Я тоже была сломана, – говорю тихо, а мои глаза наполняются слезами. – Но ты собрал меня. Камал, я никогда не хотела, чтобы все это обернулось так, но, если бы мне пришлось выбирать снова, я бы выбрала тебя. Каждый раз.

Он разворачивается ко мне, его руки ложатся на мои плечи. В его глазах столько всего: боль, сожаление, но главное – любовь.

– Скажи мне еще раз, – шепчет он.

– Я люблю тебя, – отвечаю, чувствуя, как мои слова вибрируют в воздухе.

Его руки мягко скользят по моим плечам, касаются лица. В его глазах я вижу все, что для меня так важно.

– Я не могу представить свою жизнь без тебя. Ты изменила меня, – говорит Камал едва слышно. – Ты сделала меня другим, Аврора. Сильнее. Честнее. Я не думал, что могу снова быть счастливым.

– Камал, – я прикасаюсь к его груди, ощущая, как его сердце бьется в унисон с моим, – я не знаю, как это произошло. Но знаю одно. Тебе было трудно. Но помни, что я всегда буду рядом. Что бы ни случилось.

– Я люблю тебя.

Камал обнимает меня, его дыхание щекочет мою кожу. Я чувствую, как он медленно расслабляется, позволяя себе быть уязвимым. Его губы находят мои, и весь мир исчезает. Мы остаемся вдвоем – в этой ночи, в этом тепле. Все остальное больше не имеет значения.

Когда мы ложимся рядом, он обнимает меня, словно боится отпустить.

– Теперь все будет хорошо, – шепчет он, и я верю ему. Мы вместе. И никакое прошлое больше не сможет нас разлучить.