12

Бухаю с мужиками, так вовремя оказавшимися в нужном месте, слушаю их байки, иногда вставляя и от себя что-нибудь, а сам поглядываю на сотовый. Жду, ох, как жду сообщения: «Абонент Таечка в сети». Но проходит час, другой, и на город наползает вечер, за ним и ночь. Но, кажется, никто из нас и не думает расходиться. Беку и Крепсу звонят жены. И они оба так смешно и одинаково успокаивают их, что губы сами собой расплываются в ухмылке.

— Да тут заночую, — бухтит Кирсанов в трубку. — Ну, где-где? — бросает устало. — Дома я, на Тверском. Тут Славка с Димкой. И еще один паренек. Сева. Ты его не знаешь… Ну конечно, никуда не поедем. Все в дупель пьяные. А, дааа, двери запри только…

Слушаю этот незатейливый треп, и на душе становится легко. Тепло так и радостно.

Еще бы Тайка позвонила, и моему счастью не было б предела. Кошусь на часы. Сколько сейчас в Париже? Уже должна прилететь. Пусть не сразу… На первом месте Пахом, укушенный пингвином, но должна все-таки позвонить. Когда противным жужанием звякает Телеграм, я подпрыгиваю от счастья.

Таечка моя…

Но это приходит сообщение от отца.

«Ты уволен, Сева!»

Коротко и по делу. А главное, вовремя! Ну, кто еще нальет кипятка за шиворот, как не близкий родственник? Кто еще сумеет вывести из себя одним щелчком пальцев? Только папа, чтоб ему!

— Ты какой-то дерганный стал, Ган, — морщится Кирсанов. — Раньше спокойным как суслик был. Без трясучки и паники. Вот что бизнес с нормальными бойцами делает, Крепс! — смеется он.

Блинников смотрит на меня внимательно. За время, что мы не виделись, из бравого адьютанта Бека, всегда готового на подвиги, он совершенно неожиданно превратился в матерого и холеного господина. Я встречаю таких постоянно на всяких приемах. Состоявшихся бизнесменов с заученными улыбками, двумя любовницами и женой на Канарах. Жаль, если Димка станет таким же.

— Слушай, — замечает он как бы между прочим. — Мне нужен спец по экономической безопасности. Ищем надежного человека. Ну, сам понимаешь, у нас не только купи-продай. Еще и по прежней специальности ряду берем.

— Ну, так… — вздыхает Кирсанов. — Подстраховать кого, не привлекая внимания. Или небольшой пакет доставить. От важности клиента зависит, кто будет сопровождать груз или людей. С криминалом не связываемся. А вот госструктурам иногда помогаем.

— Бывают небольшие командировки, — добавляет Блинников. — Высокую зарплату, соцпакет и уйму приключений на голову гарантирую. Подумай, если условия подходят, добро пожаловать на борт.

— Последнего мне точно не хватает, — усмехаюсь криво. А с другой стороны, что мне терять? С отцом я точно встречаться не хочу, и работать вместе не желаю. Лучше со Славкой или Беком на сырой земле спать или тащиться с Блинниковым в разведку, но только не видеть раздраженную морду Космонавта. Не слышать его нравоучений. Тем более, сейчас, когда дорогой папа решил сыграть за чужую команду. Я, конечно, все представляю. Наверняка позвонила Светка, или сама Лилия Михайловна. Попросили слезно. Папа в тундре, мамы нет, а гадский Сева ребенка обижает. — Записывай меня в свой отряд. Только мне сначала за женой съездить нужно. Выкраду у родственников и вернусь, — киваю, приложившись к стакану.

И прочь отгоняю мысли «Ты опять в эту дичь лезешь, Сева? Тебе никто Тайку не отдаст! Сто пудов, заперли где-нибудь в Бордо! А туда хрен проберешься. Если так, то девочка моя под надежной защитой».

Вспоминаю, как мой старший брат искал поселок Бордовый где-то под Кемерово. Решил, что Светка оттуда. Хорошо хоть не ломанулся туда, чудак…

«Позвонить бы ему, узнать, как дела», — думаю, закусывая болгарским перцем и петрушкой. Ничего мясного уже не осталось. Да и сам стол выглядит как после нашествия Мамая.

— Нужно поесть нормально, — неожиданно решает Бек. — Слава, найди в морозилке пельмени. Должен быть запас. Дима, грей воду. Ган, мусор собери и вынеси. А то утром как в покойницкой будет вонять. А я чистые тарелки поставлю.

Складываю в огромный пакет пластиковые тарелки и контейнеры и ловлю себя на неожиданной мысли. В такие моменты жизни хорошо, не задумываясь, исполнять приказы старшего по званию. Опытного и мудрого.

Наблюдаю, как Славка по-свойски достает лоточки с самолепными одинаковыми пельмешками и точным движением закидывает их в кипящую воду, которую уже посолил Блинников. Чудесный тандем. Набрасываю куртку и спешу вниз, во двор. Выкинув пакеты в мусорный бак, на минуту задумываюсь.

— Живи, как хочется, — бьется в башке неотвязная идея, засевшая туда еще с юности. И если принцесса повелась на уговоры родни, то старому солдату ничего другого не остается, как снова вернуться в строй.

Спеша к подъезду, еще раз набираю брата. Арсений отзывается почти сразу. Кидает пренебрежительно «ты забодал меня, Сева!», но трубку не кидает, и на том спасибо.

— Арсений, — прошу, как подаяние. — Состыкуй меня с Тайкой, пожалуйста!

Естественно, после моих выходок брат мне вообще помогать не обязан. Простил меня, как женился на Светлане. И я благодарен ему за это. Дураком я был. Не ведал, что творил. Полину, первую жену брата, увел из-под носа. А потом она мне рога наставила… Старая история, но такое уж точно не забывается. И наверняка сейчас мне аукается.

— Даже не проси, бро, — раздраженно хмыкает мой старшенький. — Ты хвостом покрутишь и снова ломанешься к новым птичкам. А мне потом разгребай… Света настроена очень решительно. Я потом не собираюсь между Москвой и Бордо мотаться. И жену сейчас нервировать не хочу.

— Ты ей скажи, Сеня, что я люблю Тайку и настроен серьезно… — убеждаю, взбегая по лестнице на пятнадцатый этаж.

— Светлана не хочет слушать, брат. Говорит, если тебя не остановить, то ты и на Олеську позаришься.

От возмущения перехватывает дыхание. Еле сдерживаюсь, чтобы не шмякнуть трубкой о перила.

— Я тебе что? Педофил какой? — рычу оторопело. Останавливаюсь. Прислоняю голову к стене. — Какого вообще хрена?

— Армен на тебя досье собрал и велел на порог не пущать, — вздыхает Сеня. — Вся твоя жизнь вокруг этого хрена и вертелась, бро. У меня даже аргументов против не нашлось. То война, то бабы, то еще какие приключения на ж. пу. Ну как тебе выкоханую кровиночку отдать?

— Я приеду, поговорю, — замечаю растерянно. — Наверняка смогу убедить.

— Сева, — скороговоркой бубнит в трубку Арсений. — Там и отец наш в деле. Ему лично Армен звонил. Все твои карты и счета заблокированы. Если нужны деньги на первое время, я кину. Тут без вопросов. Вот только на билет не проси.

Тычусь лбом в холодный кирпич. И чуть не вою от безысходности. Папа, милый папа! Он такой исполнительный, твою мать…

— А наш Космонавтик там часом не обделался от радости? — интересуюсь глумливо.

— Аньке позвони, спроси, — раздраженно бросает старший брат и замечает тихим полушепотом. — Сиди пока тихо, бро. Не отсвечивай. Как камни перестанут с неба сыпаться, я дам тебе знать. А до этого момента затаись. Понял?

— Ну конечно, — осклабившись, роняю я. — Так точно, ваше королевское высочество. Вот только кто ты, Сеня, в императорской семейке? Принц-консорт или бык-производитель?

— Да пошел ты, дурак, — слышу отрывистое, а потом гудки.

«Ну, ты молодец, Гаранин, — стиснув челюсти, думаю я. — У тебя во вражеском стане был только один сторонник. И ты его так бездарно слил».

— А мы уже хотели ментов вызывать, — недовольно причитает Кирсанов. — Вышел человек мусор вынести и пропал.

— Так я пешком поднимался, — пожимаю плечами.

— А лифты не работают разве? — удивляется Бек. — Странно, они подключены к общедомовому генератору.

— Пробежаться нужно было, — улыбаюсь дурашливо и неожиданно для себя предлагаю. — Бек, пацаны… Дайте мне поручение какое-нибудь… Ну, чтобы мозги на место встали. Колбасит меня по-черному. Девочку мою родня в замке заперла. Я ее выкраду, конечно. Только пусть сначала бдительность потеряют…

— Подкупи консьержку, кого-нибудь из охраны. Бабки сейчас всем нужны. Никто не откажется, — фыркает Крепс, ставя на стол тарелки с пельменями. — Дел-то, Ган!

— В замке, Дима, — вздыхаю я. — В самом настоящем. Он атаку сарацинов выдержал и еще несколько войн… Нормальный такой средневековый домишко местного феодала.

— А туда экскурсии водят? — многозначительно интересуется Бек. — Хотелось бы посмотреть. Думаю, Александра Андреевна согласится. И пацанам понравится…

— Ты хочешь сказать, — улыбается Крепс, садясь к столу. Смотрит на бывшего шефа внимательно, — в то время как наши сыновья будут разносить эту хибару изнутри, охрана отвлечется. Ган проникнет на объект. Сцапает свою принцессу и отчалит. Так, что ли?

— Ну, вот и план готов, — довольно кивает Кирсанов. — А то тут кто-то нюни распустил, как девочка…

— Туда не водят экскурсии. Тайкин дед — богатый сукин сын, — хмуро заявляю я. — Даже представить себе не могу, как нужно вывернуться, чтобы туда проникнуть…

— А с моря? — подает голос Крепс. — Зайдем на крейсере…

— Авиацию подключим, — киваю угрюмо. — И ледокол вызовем…

— Подводную лодку загоним и объявим ультиматум буржуям, — смеется Лунин.

— У семьи полно поместий. Нужно узнать точно, где держат Тайку, — отмахиваюсь я. — И зачем брать штурмом крепости, если люди из них все равно выходят? — добавляю раздраженно.

— Суворов, блин, — морщится Кирсанов. — Стратег и тактик в одном флаконе. И почему ты, Ган, не дослужился до генеральских погон? Ну, выпьем, господа! — командует внезапно.

Снова пьем о чем-то болтаем, и затихаем как по команде, когда на столе дребезжит генеральский старый айфон. Поцарапанный и побитый. Боевое яблоко, блин!

— Да, — бубнит в трубку Кирсанов. — Конечно. Да. Завтра. Да. Все понял. Пришлю.

— Ну, вот и новый заказ, — добродушно вздыхает он. — Нужно мужика одного в Калининград доставить. Там судебный процесс. В аэропорту встретят. Здесь проводят. Но кое-кто, — Бек поднимает глаза к потолку, — заинтересован, чтобы этот товарищ живым и невредимым долетел до Кенига и дал показания. Единственное место, где могут убрать, это самолет. Завтра с утра все обмозгуем. Но люди просят не светиться, чтобы никто не догадался об их участии в этом деле. Чувак о вас будет знать. Вы его ведете от зоны досмотра до зала прилетов в Калининграде. Передаете с рук на руки, и свободны.

— А почему бы ему не лететь с охраной? — спрашиваю я обалдело. — К чему все эти сложности?

— Он и летит с телохранителями. Вот только их могут подкупить. Слабое звено. Больше некому его грохнуть. Утром решим все с рекогносцировкой. А теперь спать…

— А кто поедет? Мы с Димкой? — пьяненько интересуется Лунин.

— Молодой отец остается дома, — вздыхает Бек. — Мне и так от Александры Андреевны влетит за сегодняшнюю гулянку.

«Интересно, на каком драконе в юбке угораздило жениться Кирсанова? Он же раньше никого не боялся. И ничьих указов не терпел!»

— Летишь ты с Севой, — отрезает Кирсанов Славке и по-отечески тянется ко мне. — Рад, что ты вернулся в семью, сынок…

— Весь перелет занимает два часа. Вы сидите в бизнес-классе рядом с объектом, — спокойно и неторопливо вещает Бек за завтраком. На столе только кофе и бутерброды. И план салона самолета посредине.

— Объект у иллюминатора, — очерчивает круг Кирсанов. — Рядом с ним Асисяй, — указывает карандашом на Славку. — Ты, Ган, — смотрит на меня внимательно, — сидишь через проход. Для подстраховки.

— Нормально так… — смеется Славка. — Смотаемся в Кениг, бро. Город посмотрим.

— Не кажи гоп, — обрываю я. Только с виду поездочка кажется увеселительной. Но наверняка найдутся подводные камни. Иначе бы никто не платил солидные бабки за катание на самолете.

Мы приезжаем во Внуково под конец регистрации. Наш объект уже старательно изучает табло вылетов. Рядом крутится охрана и еще какой-то народ. По выправке видно, что из конторы. Вот только из какой именно?

Странно все это. Ну да ладно!

Мужик какой-то странный. В мятом сером плаще и таком же костюме. Рыхлый и сумрачный. Да и морда красная. Видать, давление бьет от нервотрепки.

— Константин Николаевич, — еле слышно зовет его Славка. — Мы с вами.

— Окей, — кивает он и стремительно несется к стойке регистрации. А следом и мы с Асисяем занимаем очередь. Места в самолете и каждый наш шаг расписаны по инструкции. Все четко и по порядку.

Думаю о Тайке непрерывно. Как ты там, моя девочка? Тучи над нами сгущаются. Нутром чую. Но мы выкарабкаемся, малыш. Обязательно докажем твоим родственникам, что с нашими чувствами нужно считаться. А не ломать под себя.

«Что же ты там надумала, безумная Хуана? — мысленно обращаюсь к Тайкиной крестной. — Откуда тебе, снулая рыба, известно о любви? И кого ты любишь кроме себя?»

— Ган, — тихо зовет меня Асисяй, отвлекая от тревожных думок. — Посмотри… Вон чуваки зашли. Узнаешь?

— Бля, — ругаюсь еле слышно. — Я не верю в совпадение, Слава. Наверняка по нашу душу.

Трое здоровых парней проходят мимо, словно не замечая. Каждого из них я знаю не понаслышке. Иностранный легион. Наемнички хреновы. Каким боком их занесло в Россию? И почему из Москвы летят в Кениг тем же рейсом, что и наш подопечный? А если вызвали их зачистить свидетеля, то придется принять бой. Или лучше его не допустить? Особенно на своей территории.

— Нужно сматываться и лететь другим рейсом. Силы у нас явно не равны, — шепчу я Славке. — Константин Николаевич, — вполоборота поворачиваюсь к объекту. Нам нельзя садиться в самолет. Нужно сейчас выходить потихоньку. Улетим чуть позже.

— Но как же… я тогда не успею в суд, — вздыхает он.

— А так вы успеете только на тот свет, — заявляю без сантиментов. — Выбирайте!

— А вы что посоветуете? — спрашивает объект, складывая губы бантиком. Терпеть не могу таких вот женоподобных мужиков. Всегда сдерживаюсь, чтобы не врезать по хлебалу.

— Мы уже все сказали, — бурчит чуть слышно Славка. Зайдите в дьюти-фри, мы за вами. Потом будем пробираться к выходу.

Объект послушно встает и трусит к стеклянным дверям магазинчика. Приходится и нам со Славкой идти как привязанным. Боковым зрением вижу, как подбираются парни. Один из них даже дергается пойти следом, но двое других его останавливают. Прям отчетливо вижу их усмешки. Регистрация пройдена. Куда мы на хрен денемся с подводной лодки? Вот только даже драка на борту самолета может привести к катастрофе. Поэтому лучше все решить на берегу. На нашем, а не вражеском.

— Девушка, — Асисяй подходит к продавщице. — У вас есть служебный вход? — интересуется и сует под нос какое-то удостоверение.

— Да, конечно, — кивает та.

— Быстрее открывайте, — рыкаю я, указывая глазами на дверь.

— Хорошо, — обалдело шепчет она. Возится с ключами, а наши приятели-громилы уже поднимаются со своих мест. Напряженно поглядывают на витрины магазинчика. Нас им не видно. Это нам на руку. Есть шанс свалить по-тихому. e70800

— Вы идете между нами, — на ходу объясняет Славка объекту. — Так безопаснее.

И первым выходит на лестницу. Осматривается по сторонам.

— Спуститесь на второй этаж, — поясняет девушка. Там лифты и рядом — зона досмотра.

— То есть на улицу мы не попадем? — уточняю я.

— Исключено, — улыбается мне, как идиоту, девица.

— Вернись за нами! — кричит в трубку водителю Асисяй. Отдает еще какие-то приказы. А я, захлопнув дверь, безуспешно ищу, чем бы ее подпереть. Ни-че-го, блин! Бегу, прикрывая спину объекта. Но мы не успеваем преодолеть даже один пролет, когда дверь наверху распахивается, и нам на голову летят разрывные гранаты.

Чувствую, как спину обжигает осколками. А потом — резкую боль в основании черепа. Мир сразу тускнеет, будто кто-то нажал на кнопку, выключая яркость. Я теряю сознание и, падая на ступеньки, вижу, как Славка с объектом выскакивают на второй этаж. Свет меркнет, и, провалившись в темную бетонную шахту, я лечу вниз. Зову Таисию, заранее зная, что она не услышит. И чувствую. Прям физически ощущаю, как ее тоненькие пальчики держат мою руку.

— Таечка моя, — шепчу, веря в чудо. Но волшебства на свете не существует. Чего не скажешь о галлюцинациях.