Глава 30

День проходит отлично, даже лучше, чем я планировала. Днём мы с Катей заваливаемся в салон красоты, где проводим около четырёх часов. Подруга решает остричь свои длинные волосы, и ей, оказывается, очень идёт каре.

— Давай сделаем тебе крутую причёску? — подначивает меня Катя.

— Нет, стричься я не хочу, — отрицательно мотаю головой. — А вот с цветом я бы поэкспериментировала.

Мастер показывает мне палитру красок. На несколько минут впадаю в ступор. Ни разу в жизни не меняла цвет волос, но сегодня у меня немного сумасшедшее дерзкое настроение, так что я готова к отчаянным действиям.

— Хочу вот это, — указываю на яркий фиолетовый цвет. Мастер старается скрыть своё удивление, а Катя радостно визжит и хлопает в ладоши.

— Класс! На тебя все станут оглядываться, — заявляет она. — Мужики шеи свернут, вот увидишь.

— Да мне на это наплевать.

— Твой Роберт будет в шоке, — улыбается Катя.

— Он не мой, — резко говорю я.

— Это поправимо, — подруга ничуть не смущается, наоборот, словно оживляется после моих слов и начинает рассказывать, что Вероника — не стена, подвинется, а до свадьбы ещё долгих полгода, Роберт успеет передумать.

Мне это слушать неприятно. После разговора с Вероникой на душе остался мутный осадок. Мне не жалко напуганную отцом девушку, я не испытываю к ней сочувствия, не понимаю её проблем. Взгляды Роберта на брак я тоже не разделяю. Их свадьба вызывает во мне дикое неприятие, а также — отвращение. Не хочу быть причастной к их дурацкому спектаклю, но пока что играю в нём не последнюю роль.

Катя видит, что я её не слушаю, и поэтому замолкает. Она идёт в другой кабинет на массаж, а мне красят волосы. Через полтора часа я восторженно фоткаю себя с разных ракурсов. Цвет получается просто изумительным: яркий, броский, насыщенный — всё, как я хотела! Благодарю мастера за шикарную работу, а затем мы с Катей идём в ближайший торговый центр.

Несколько часов мы бродим по различным магазинам и бутикам. Подруга выбирает себе новую сумочку и туфли, расплачивается кредиткой. Я пытаюсь одолжить ей нужную сумму, но Катя наотрез отказывается от помощи.

— Ты и так достаточно на меня потратилась, — хмурится она.

— Пустяки, — отмахиваюсь от её слов. Ну потратилась — и потратилась, разве дружба измеряется деньгами? Нет, конечно.

В спа-центре мы зависаем до самого вечера. Я релаксирую в соляной бане, в финской сауне и снежной комнате, затем с разбегу прыгаю в огромный бассейн и хохочу, когда Катя бьёт ладонью по воде, и прохладные брызги попадают мне прямо в глаза. Я забронировала всю спа-зону, поэтому нам не мешают чужие люди, мы с подругой только одни в этом огромном комплексе.

— В понтийскую баню сходить не хочешь? — спрашиваю Катю. — Или инфракрасную? Их тут куча.

— Я, пожалуй, воздержусь, — запнувшись, отвечает подруга и отводит взгляд.

— Почему? Ты же любишь такое.

— Я форумы разные почитала. В первом триместре не рекомендуют ходить в баню, мало ли, вдруг с ребёнком что-то случится, — бормочет Катя, её щёки окрашиваются в алый цвет, а пальцы нервно сжимают телефон. — Я только утром это загуглила. Извини, что не сказала раньше, мы могли всё отменить.

— Блин, чугунная моя башка, — хлопаю себя по лбу. — Даже не подумала об этом. Конечно, отдыхай здесь, а я пока в древневосточную баню заскочу, кажется, в ней я ещё не была.

Катя благодарно улыбается мне и переводит взгляд на экран телефона. И как я могла забыть, что она носит ребёнка? Ничего не смыслю в детях, в беременности и родах, но моя лучшая подруга в положении, так что я должна изучить эту тему, чтобы больше не попадать в неловкие ситуации.

Домой мы возвращаемся около полуночи, однако спать не торопимся. Включаем популярный фэнтези-сериал, но особо его не смотрим, потому что болтаем на разные темы. Катя делится последними сплетнями, которые вычитала в местном телеграм-чате, но про Оскара и Лилю не упоминает, уже хорошо. Может, пытается его забыть?

— Я хочу всё рассказать родителям, — вдруг признаётся Катя.

— Здорово! Ты молодец, это очень правильное решение.

— Да, наверное… Не могу больше держать это в себе. Тем более у Риты есть ребёнок, я спрошу у неё про материнство. Вдруг услышу такие кошмарные вещи, что сразу же побегу на аборт, — она смеётся без особой радости, вздыхает. — Жаль маму разочаровывать.

— Тётя Лена никогда в тебе не разочаруется, это невозможно, — убеждаю я запутавшуюся подругу.

Она пожимает плечами и кивает на телевизор, дескать, давай следить за событиями сериала, а не затрагивать болезненную для меня тему. Я играю по правилам лучшей подруги, хотя внутри всё этому сопротивляется. Тяжело быть милой и понимающей, но я очень стараюсь.

Утром мне звонит встревоженная Соня и снова упоминает про подозрительную машину, следующую за ней по пятам. Я обещала отцу не распространяться о телохранителях, но обманывать сестру не собираюсь. Она ведь не зря паникует.

— Папа решил, что нам нужно охрана, — осторожно сообщаю я. — Уверена, он напрасно переживает, но пока что за нами присматривают два мужика. Моего зовут Леонид, а за тобой увивается Арсен.

Мне хочется сбавить градус напряжения, но я заранее понимаю, что всё напрасно. Соню мой беззаботный голос не сбивает с толку, она начинает задавать вопросы про папу и его бизнес, а я даже ответить внятно не могу.

— Мне пора бежать на работу, — сестра тяжело вздыхает, в её голосе слышится волнение и даже страх. — Надеюсь, с папой всё будет хорошо. Мне не по себе.

— Мне тоже, — признаюсь. — Но папа разберётся со своими проблемами, ты же его знаешь.

— Он никогда не сдаётся. Да…

После разговора с сестрой я нахожусь во взвинченном состоянии. Катя уезжает к родителям с ночёвкой, обещает позвонить, когда по душам поговорит с мамой и сестрой. Верю, что у неё всё будет хорошо. Родители очень её любят и с радостью примут новость о ребёнке.

После обеда я распахиваю дверцы шкафа и выбираю, что бы такого интересного надеть на встречу с Робертом. Он до сих пор мне не звонил, однако я не переживаю по этому поводу. Работает, наверное. Интересно, ему понравится мой новый образ? Утром я скинула фотку сестре, и она прислала кучу восторженных смайликов. Еле сдержалась, чтобы не отправить такой же снимок Роберту. Пусть лучше вживую меня увидит, хочу считать его реакцию. Улыбаюсь, представляя, как он вскинет брови в немом удивлении, а голубая радужка потемнеет от желания.

Вибрация телефона отвлекает меня от нанесения макияжа. Отвечаю на звонок, неосознанно улыбаюсь своему отражению в зеркале.

— Привет, — здоровается Роберт.

— И тебе добрый вечер, — зажмуриваюсь, от радости сердце ускоряет свой ритм, а в солнечном сплетении словно бабочки крыльями взмахивают. — Поздно звонишь.

— Занят был, — говорит он тихо, я даже трубку сильнее к уху прижимаю.

— Освободился?

— Не совсем, — он кашляет, видимо, прочищает горло. — Я не смогу сегодня с тобой встретиться.

— Почему? — мой голос не дрожит, я отлично собой владею. Бабочки останавливают свой полёт.

— Будущая тёща хочет обсудить свадьбу. Сегодня. Срочно, — раздражённо произносит Роберт.

— И ты не можешь отказаться.

— Да.

— Ясно, — хмыкаю. Вчера мы с Вероникой не достигли взаимопонимания, а сегодня она решила привлечь свою маму, чтобы Роберт отказался от встречи со мной. Предсказуемо и мелко.

— Меня эта ситуация тоже не радует.

— Что поделаешь, такова семейная жизнь. Привыкай, — ёрничаю я, чтобы не выдать свою настоящую реакцию — злость и разочарование.

— Завтра я тоже буду занят. Евгений Борисович хочет познакомить меня с важными людьми. Они заинтересованы в разработках моей компании…

— Угу, понятненько. А потом и майские праздники наступят, так ведь? И ты на два дня будешь вне зоны доступа.

Роберт молчит. Наверное, ему не по себе от того, что он больше не руководит своей жизнью. Вероника молодец, знает, за какие ниточки нужно потянуть. Будущей тёще не откажешь, да и встречу с инвесторами тоже не отменишь ради того, чтобы заняться сексом с любовницей. То бишь со мной.

— Злата… — начинает он, но я не хочу ничего слышать. И так всё ясно, знала, на что подписываюсь.

— Хорошего вечера, Роберт. И отличных первомайских праздников, — бесстрастно говорю я. — Созвонимся на следующей неделе.

Он не успевает возразить. Завершаю вызов, влажными салфетками вытираю макияж. Бросаю одежду в шкаф, совершенно не заботясь о том, что она помнётся, а гладить я не люблю. Включаю сериал, который мы смотрели с Катей, укрываюсь тёплым пледом, потому что меня без причины знобит.

Роберт не звонит. И правильно делает. Потому что на эмоциях я бы сказала, что между нами всё кончено.