Глава 36

— Сногсшибательно выглядишь, — восхищённо говорит Платон. — Детка, ты просто космос, — шутливо добавляет он.

— Естественно, — улыбаюсь ему в ответ.

Платон наклоняется, чтобы меня поцеловать. Обвиваю его шею, пытаюсь расслабиться и почувствовать то теплое покалывание в солнечном сплетении, которое возникает во время нашей близости. Платон скользит ладонями по моей спине, его дыхание учащается. Я мягко отстраняюсь и качаю головой:

— Тут же люди.

— Ты же знаешь, малыш, мне пофиг на всех. Тем более как можно сдержаться, когда ты такая красивая, горячая и вкусная? — шепчет Платон, касается губами мочки уха, и я вздрагиваю от пронзающих тело колких мурашек.

— Сладко поёшь, — подтруниваю над ним в своей привычной манере. Платона это ничуть не смущает, он снова обнимает меня, целует в шею.

Воздух накаляется, и я безошибочно улавливаю приближение Роберта. Он проходит мимо нас, берёт у официанта бокал вина и оборачивается. Его лицо напряжено, между бровями появляется глубокий залом. Он смотрит мне в глаза, и я проявляю слабость — отвожу взгляд.

— Где мы сидим? — спрашивает Платон, с трудом отрываясь от меня.

— Пойдём, — беру его за руку и веду к нужному столику.

Музыка прекращается, на сцену снова выходит ведущий и предлагает поучаствовать в конкурсах. Ничего сложного не требуется, просто угадать фильмы, людей, присутствующих на свадьбе, и ответить на вопросы, касающиеся молодожёнов.

Я налегаю на еду и терпкое вино. Алкоголь стреляет в голову, но в груди по-прежнему ноет и жжёт так, что каждый вдох становится настоящим испытанием. Время от времени я чувствую знакомое покалывание на лице, поэтому стараюсь всё своё внимание уделить Платону. Обсуждаю с ним конкурсы, хвалю местную кухню, он соглашается, то и дело норовит меня обнять, поцеловать, пощупать под столом. В другой ситуации мне бы это понравилось, но не сегодня.

— Потанцуем? — спрашивает Платон, когда диджей включает медленную музыку.

— Конечно, — моментально соглашаюсь я.

В висках шумит, но тело прекрасно меня слушается. Кладу руки на плечи Платона, закрываю глаза и двигаюсь под тягучую, немного депрессивную мелодию. Вдыхаю цитрусовый аромат мужского парфюма, ощущаю жаркие прикосновения Платона, но думаю в этот момент совсем о другом. О первой встрече с Робертом, о ночном парке аттракционов, где мы поцеловались, о кальянной и о танце в шумном клубе, после которого я согласилась поехать домой к малознакомому человеку. Это было словно в другой жизни. Мы с Катей не находили общий язык, я бездельничала и не хотела работать, а мама с папой состояли в напрочь прогнившем браке.

С ума сойти. Меньше двух лет прошло, а всё так сильно изменилось.

— Скучная музыка, — вздыхает Платон, выводя меня из некоего подобия транса. — Игорёк лучше треки подбирает.

— О да, он на медляк ставит не такие унылые композиции, — соглашаюсь я.

Игорь — лучший друг Платона, он работает диджеем на праздниках и умеет зажечь публику. Я всем своим клиентам его рекомендую, конечно, если они желают повеселиться на свадьбе, а не устраивать тупые конкурсы и пляски в стиле нулевых.

Слева от нас я замечаю Веронику с Робертом, они тоже танцуют медляк. Тёмно-голубой омут засасывает меня в свою трясину, голова кружится. Я не испытываю ревности или злости, мне просто больно. Думала, что всё внутри умерло, а глупое сердце рвётся к тому, с кем мы никогда не будем вместе. Роберт женат, его компания процветает. Если двадцать месяцев назад был хотя бы мизерный шанс, что он бросит всё и выберет меня, то сейчас такой вариант кажется фантастическим. А мы ведь в реальном мире живём.

Да о чём я вообще думаю? Эта свадьба закончится, и мы больше никогда не встретимся. И чувства, вспыхнувшие в груди, снова погаснут. Я ведь уже всё это проходила, знаю, как оно бывает.

— Малыш, ты сегодня зажатая немного. Всё хорошо? — хмурится Платон.

После танца мне хочется подышать свежим воздухом, поэтому я киваю на выход. Платон идёт следом, бережно укутывает меня в тёплый плед. Обнимает сзади, а я смотрю на звёздное небо и часто-часто моргаю.

— Эта свадьба пробудила во мне старые воспоминания, — объясняю осипшим голосом.

— Какие?

— До автокатастрофы моя жизнь была совершенно другой, — уклоняюсь я от прямого ответа. Платону незачем знать, что именно Роберт — мой бывший парень. Я вкратце говорила ему о своих прошлых отношениях, но в подробности никогда не вдавалась. Зачем?

— Если бы не этот страшный случай, мы бы никогда не встретились, — тихо замечает Платон.

— Это точно.

Мы познакомились полгода назад, когда я искала ещё не раскрученного, но талантливого ведущего на свадьбу. Платон оказался идеальным кандидатом: обаятельный, весёлый, креативный. Молодожёны остались в восторге, и следующим клиентам я стала предлагать именно его. Затем и Игорь подключился, мы подружились, начали общаться. Но я долго не подпускала Платона к себе, хотя он мне нравился: молодой, горячий, шальной парень, который смотрел на меня восхищёнными глазами.

Мы сблизились в прошлом месяце. Я получила физическое удовольствие, но вот сердце молчало. И до сих оно не трепещет при виде Платона. Мне хорошо с ним, интересно и весело, с интимом всё неплохо, однако сильных чувств нет. Обидно.

— Я что-то не в настроении. Хочу домой, — поворачиваюсь к Платону и заглядываю ему в глаза. Он хмурится, но кивает. Всегда выполняет мои просьбы, даже если сам бы хотел остаться на свадьбе и тусить до самого рассвета.

— К себе не приглашаешь? — улыбается уголками губ.

— Нет, — качаю головой. — Хочу выспаться перед встречей с новыми клиентами.

— А если мы по-быстрому? — он играет бровями и подмигивает мне.

Я смеюсь, наблюдая за его выразительной мимикой. У Платона отличное чувства юмора, а ещё он совсем не обидчивый и до бесячего добрый. Идеальный парень.

Мы возвращаемся в ресторан, подходим к новобрачным, чтобы с ними попрощаться. Я обнимаю Оскара, затем Агнию, желаю им отличного свадебного путешествия, ещё раз говорю, какие они красивые и счастливые вместе. Не каждые молодожёны сияют от радости, я-то в этом разбираюсь.

Платон что-то говорит Оскару, а я подхожу к своему столику, допиваю вино, оставшееся на дне бокала. Глаза невольно ищут знакомую высокую фигуру, и дышать становится тяжело, когда я вижу Роберта в считанных метрах от себя. Он снова идёт ко мне, полностью игнорируя недовольное, даже озлобленное лицо Вероники. Она что-то кричит ему, но он отмахивается и делает ещё один шаг в мою сторону.

Сейчас бы схватить Платона за руку и уйти, однако ноги будто врастают в пол, а по спине течет холодный пот. Почему он не оставит меня в покое? Зачем снова вторгается в личное пространство и смотрит так, что коленки дрожат?

— Уже уходишь? — спрашивает он.

— Да.

— Почему?

— У тебя другой парфюм, — срывается с моего языка.

Он удивлённо приподнимает брови. Больше нет того древесного аромата, который я жадно вдыхала, теперь Роберт пахнет чем-то мускусным и терпким, тяжёлым, запоминающимся. Ему идёт этот парфюм. 152e1bc

— А у тебя всё тот же, — он наклоняется ко мне, чтобы я услышала каждое слово. Музыка грохочет, в его поведении нет ничего сомнительного или непорядочного, но меня в жар бросает от его дыхания, коснувшегося щеки.

— Приятно, что ты помнишь такие мелочи, — натужно улыбаюсь.

— А как иначе?

Я трясу головой и делаю шаг назад. Пора уходить. Тем более Платон уже освободился и с недоумением смотрит в нашу сторону.

— Хорошего вечера, — бросаю я напоследок.

Платон обнимает меня за талию, и мы вместе выходим на улицу. Спина и затылок покрываются мурашками, значит, Роберт за нами наблюдает. Пусть смотрит, мне не жалко.

Прижимаю ладонь к груди. Сердце не хочет успокаиваться, бьётся гулко и быстро.

Двадцать месяцев назад я сделала правильный выбор и ни разу о нём не пожалела. До этого вечера.