Глава 35

— Не верится, что ему уже годик, — с улыбкой говорю я. Стёпка тянется к игрушке, нажимает на неё, а затем смешно машет ручками и заливисто смеётся, когда умный щеночек воспроизводит песню, которая нам с Катей смертельно надоела.

— Надеюсь, он вырастет музыкантом, — вздыхает подруга и присаживается на диван.

— Думаешь? Я вот в детстве книжки обожала, но библиотекарем работать не пошла.

— И славненько. Тогда бы наш город потерял крутого свадебного организатора, — Катя включает камеру на телефоне и снимает, как Стёпка идёт к своей кроватке.

— Это будет какое видео? Двухтысячное? — подтруниваю над подругой. Она постоянно фотографирует Стёпку, записывает каждый его шаг и очень боится пропустить что-то важное, например, его первое слово.

Из Кати получилась сумасшедшая мамаша. Как только она оклемалась после тяжёлых восемнадцатичасовых родов, то всю себя посвятила воспитанию сына. Говорит, что полюбила его с первого взгляда. Как только Стёпку положили ей на грудь, она поняла, что больше никогда не будет одинока. Катя с таким восхищением рассказывает о своём материнстве, что у меня порой пробегают мысли — а может, когда-нибудь и своего родить, чем чёрт не шутит? Но потом, лет в тридцать, а пока ещё слишком рано.

— Хорошо тут у вас, но мне пора собираться, — обнимаю уставшую, но счастливую подругу, и встаю. Стёпка начинает что-то лепетать. Наверное, возмущается, что я так быстро ухожу.

— Передавай Оскару мои поздравления, — сдавленным голосом произносит Катя. — Я рада, что он нашёл свою любовь.

— Обязательно передам.

Оскар сегодня женится, но не на Лиле, как все ожидали, а на милой девчонке из простой семьи, с которой он познакомился четыре месяца назад. Видимо, они полюбили друг друга с первого взгляда, раз так быстро решились на свадьбу. Катя, узнав об их помолвке, расстроилась, она до последнего верила, что у них с Оскаром что-то будет, хотя это противоречило всем законам логики. Они даже не общались нормально, ну какие тут могут быть отношения?

— Присылай мне фотки, окей? Стёпка заснёт, а я хоть полюбуюсь, как у людей свадьбы проходят.

— Хорошо, — киваю я, ничуть не удивившись этой просьбе.

Катя обожает смотреть на то, как проходят чужие свадебные церемонии. Мазохизм чистой воды, конечно, но ей от этого легче. Она говорит, что таким образом чувствует себя причастной к счастью других людей. Я такая же. Не зря ведь из всех профессий мира остановилась на свадебном организаторе. Вообще это получилось совершенно случайно. Год назад однокурсница, с которой мы раньше хорошо общались, в общем чате пожаловалась, что никак не может найти толкового организатора. Я из любопытства спросила, какую церемонию она хочет, в каком стиле, а затем предложила свою помощь. Взыграл азарт: а смогу ли я это сделать? Смогла. И наконец-то нашла деятельность, от которой мне не скучно. Только вот некоторых клиентов хочется треснуть по башке, но от слишком проблемных я отказываюсь сразу, так нервы целее будут.

До салона красоты я добираюсь пешком. Расслабляюсь, пока мне делают стрижку и маникюр. Волосы я больше не крашу в фиолетовый цвет, вернула свой настоящий оттенок после того, как Соню выписали из больницы. Как врач и обещал, сестра быстро пошла на поправку. И через три месяца устроилась на новую работу, с хорошим окладом и красавцем-начальником у руля.

После салона я возвращаюсь домой, надеваю специально купленное для свадьбы тёмно-синее платье и вызываю такси. Церемония начинается в четыре часа, известный ведущий, с которым мне тоже доводилось работать, говорит заученную банальную речь, а взволнованный Оскар глаз не сводит со своей возлюбленной. Агния вот-вот расплачется, ей очень идёт нежно-розовое воздушное платье. Я улыбаюсь. Приятно видеть чужое счастье.

Оскар произносит клятву дрожащим голосом, Агния смахивает слёзы и сбивчиво, но искренне озвучивает свои обещания. Они обмениваются кольцами, целуются. Родители молодожёнов вытирают мокрые глаза, друзья Оскара открывают шампанское. Ради этих моментов я и стала свадебным организатором. Атмосфера всеобщего счастья, поддержки, любви и добра притягивает меня, позволяет видеть в людях и в жизни больше положительного, нежели отрицательного.

После той аварии я разочаровалась во многих вещах. И долго не могла вернуться в строй. Но всё когда-нибудь кончается, нельзя вечно тосковать да смотреть в запотевшее окошко.

— Поздравляю, — говорю я Оскару, крепко его обнимаю. — Вы очень красивая пара, — поворачиваюсь к Агнии и подмигиваю ей: — Шикарное платье.

После фотографий, слёз и обнимашек все перемещаются в ресторан. Хмурюсь, читая входящие сообщения, затем прячу телефон в сумочке и рассматриваю гостей. Здесь всего сорок человек, я думала, что Оскар пригласит больше людей. С другой стороны, я бы на свою свадьбу посторонних не звала, только самых близких и родных.

— Шампанского не желаете? Или вина? — подходит ко мне девушка с подносом, на котором стоят алкогольные напитки.

— Спасибо, — улыбаюсь ей.

Делаю глоток прохладного сухого вина, крепко сжимаю ножку бокала, потому что в области спины начинает покалывать. Полузабытое горячее ощущение распространяется выше, касается лопаток и шеи. Облизываю пересохшие губы, подключаю всю свою выдержку, чтобы сохранить лицо, и только потом медленно разворачиваюсь.

Чутьё не обмануло. Роберт здесь. Вместе с Вероникой. Его жена идёт поздравлять Оскара с Агнией, а он продолжает пытать меня тяжёлым взглядом. Салютую ему бокалом и мягко улыбаюсь, как старому доброму знакомому. Мы расстались двадцать месяцев назад, ни к чему разыгрывать дешёвые драмы и копаться в прошлом. Можно быть вежливым и отстранённо-милым даже тогда, когда твоё сердце разламывает грудную клетку, а старые раны снова начинают кровоточить.

Он идёт ко мне. Что-то изменилось в его лице, черты стали грубее, появилась жёсткость, которой не было ранее. И голубые глаза будто потемнели на оттенок и покрылись пылью. Ему идёт щетина и немного отросшие волосы. Двадцать месяцев назад он стригся короче. А я вообще любила фиолетовый.

— Здравствуй, Роберт, — говорю я, чуть склонив голову набок. Продолжаю его рассматривать. Он по-прежнему самый красивый мужчина из тех, с кем я когда-либо встречалась. — Рада тебя видеть.

— Не могу сказать то же самое, — отвечает он грубовато. — Радость — совсем не то чувство, которое я сейчас испытываю.

— Как ты? — замечаю, что Вероника посматривает в нашу сторону и недовольно хмурится.

— Я достиг того, чего хотел. Моя компания вышла на международный уровень, наши центры разработки находятся в Швейцарии, Дании, Великобритании и США. Скоро откроем новые девелоперские офисы в нескольких европейских странах, — говорит он монотонным голосом. А раньше горел, когда речь шла о работе.

— Я спросила, как поживаешь ты, а не твоя компания, — вымученно улыбаюсь. Держать лицо тяжело, но необходимо.

— Роб, куда ты пропал? Надо Оскара с Агнией поздравить, пока ведущий не начал свои дурацкие конкурсы, — Вероника подбегает к Роберту, обнимает его за талию и даже в щёку целует, а затем смотрит на меня с нескрываемым превосходством. Смешная.

— Хорошего вам вечера, — вежливо говорю я и отхожу от этой насквозь фальшивой парочки. За Робертом я не следила, знала лишь, что он женился и что его компания разработала какую-то крутую инновационную программу.

Лёгкие горят, в глаза словно песка насыпали. Я давно отпустила прошлое. Поначалу боялась, что мы с Робертом окажемся в общей тусовке, но этого никогда не случалось, и я перестала ждать нашей встречи. И правильно делала. Сердце ведёт себя совершенно безумно, а пальцы начинают дрожать. Я допиваю терпкое вино, прошу официанта налить мне ещё. Хочу повернуться и вновь посмотреть на Роберта, но это всего лишь минутная слабость. Это скоро пройдёт.

Ведущий наконец включает микрофон и произносит речь, молодожёны целуются, на сцену выходит музыкальная группа. Я отправляю Кате фотографии, наблюдаю за первым танцем новобрачных. Красивые они всё-таки. И очень-очень счастливые.

Через полчаса мне становится скучно, и я, захватив сумочку и набросив на плечи тёплый плед, выхожу из ресторана. Бреду по тропинке, наблюдаю за тем, как на детской площадке мужчина раскачивает девочку на качелях, а та смеётся и кричит: «Ещё хочу, пап, давай сильнее!» Вдоволь налюбовавшись этой картиной, я сворачиваю направо и скрываюсь за деревьями. Вижу одинокую лавочку, сажусь. Рука сама расстёгивает молнию сумки и тянется к секретному кармашку, где до сих пор лежат сигареты. Курить не собираюсь, но щёлкаю зажигалкой и вдыхаю горький едкий дым. Глаза слезятся.

— Ты здесь, — слышу голос, от которого мурашками покрываются плечи и спина.

— Внутри слишком шумно.

— Я хочу поговорить, — тихо произносит Роберт.

Я на него не смотрю. Боюсь, что будет слишком больно.

— Не думаю, что нам это необходимо.

Громкая трель телефона обрывает слова, которые Роберт собирался сказать. Я тушу сигарету и выбрасываю её в урну.

— Да, — отвечаю на звонок. — Я на улице, воздухом захотела подышать. А ты уже здесь?

Услышав положительный ответ, я завершаю вызов и прячу смартфон в сумочке. Взгляд Роберта чувствую каждой клеточкой, настолько он пронзительный и тяжёлый.

— Ты не одна? — спрашивает он глухо.

— Нет, конечно. Мой парень уже пришёл. Так что мне не до разговоров, сам понимаешь, — бросив мимолётный взгляд на растерянного Роберта, я иду к ресторану. Спокойной уверенной походкой. Не оглядываясь и не останавливаясь.