Глава 7

Раньше я думала, что никогда не займусь сексом с незнакомцем, но жизнь внесла свои коррективы. И, что самое неожиданное, я не испытываю ни стыда, ни сомнений, ни страха. Отвечаю на дикие поцелуи Роберта, стягиваю с него рубашку и наконец-то касаюсь пальцами его разгорячённой кожи. Он отлично сложен: ощупываю его мышцы, провожу ладонью по твёрдому прессу, кайфую от того, какой он идеальный везде и как приятно его трогать.

— Сколько часов ты проводишь в качалке? — через стиснутые зубы втягиваю воздух, когда Роберт покрывает жалящими поцелуями мою шею.

— Не засекал.

— Жаль. У тебя классное тело, — я приподнимаюсь, чтобы ему было легче снять с меня блузку.

— Ты любишь разговаривать в постели? — спрашивает он с блуждающей улыбкой на губах. Опускает взгляд ниже, рассматривает мою грудь, скрытую под тонким кружевом белья.

— Раньше за собой такого не замечала.

Жмурюсь, когда он проводит языком по ключицам, спускается ниже, оттягивает кружево и обнажает бесстыдно торчащий сосок. Дует на него, а затем жадно всасывает. Я выгибаюсь, громко стону. Мне нравится всё, что делает Роберт. У него явно большой опыт: каждое его движение, каждая ласка отточена до идеала. Ему известно, как доставить девушке удовольствие, и он вовсю применяет свои знания на практике.

Я расстёгиваю джинсы, стаскиваю их, остаюсь в одних трусиках. Во все глаза смотрю, как Роберт избавляется сначала от брюк, а потом и от чёрных боксеров. Его член налит кровью и слегка покачивается, чем ещё сильнее распаляет меня. Я сажусь на колени, тянусь к нему, накрываю ладонью каменный ствол и снизу вверх смотрю на Роберта. В его глазах горит дьявольская похоть, а губы искривлены в довольной улыбке.

— Как тебе нравится? — спрашиваю, разглядывая его внушительных размеров член.

— Сильнее, — звучит отрывистый ответ.

Крепче сжимаю член, быстрее веду рукой по всей длине. На бархатной головке выступает смазка, мне хочется слизать её кончиком языка, но для таких экспериментов я, пожалуй, не готова. Возможно, во вторую нашу встречу. Да только мы договорились, что её не будет.

Ладно, обойдёмся без орального секса.

— А ты как любишь?

Я отрываюсь от увлекательного занятия и поднимаю взгляд на Роберта. Скулы заострены, губы чуть приоткрыты.

— Жёстко. Отчаянно. Быстро, — честно отвечаю. Раз мы больше не увидимся, можно быть самой собой и прямо говорить о своих желаниях. Тем более Роберт первым об этом спросил. Неожиданно, честно говоря.

Он толкает меня на кровать, ложится сверху и впивается в припухшие от поцелуев губы. Я ёрзаю под ним от нетерпения, ласкаю его язык своим и вздрагиваю, когда Роберт рвёт на мне трусики. Я слышу, как трещит ткань, от удивления глаза распахиваю и от губ его отрываюсь.

Несдержанно стону, когда Роберт приподнимается, обхватывает мои бёдра и переворачивает меня так, что я оказываюсь на четвереньках. Голова кружится, я опираюсь локтями о кровать и кусаю губы, когда слышу характерный шелест фольги. Он надевает презерватив.

— Боже, — бормочу, ощущая его руки на спине и бёдрах.

Он шлёпает меня по ягодице. Я всхлипываю, комкаю простынь, от нового прилива возбуждения по внутренней стороне бедра стекает моя смазка. Впервые так сильно распалена. Сама от себя в шоке.

Роберт снова бьёт меня по ягодице, лёгкая боль вперемешку с острым удовольствием вынуждает меня кричать и снова впиваться ногтями в бедную простынь. Его ладонь скользит по спине вверх, он наматывает мои волосы на кулак и одновременно с этим входит в меня резким мощным толчком.

Боже! Я до боли кусаю губы, царапаю кровать, пытаясь привыкнуть к огромному члену внутри. Его слишком много! Он горячо пульсирует во мне, растягивает стенки до предела. Я прогибаюсь сильнее, перед глазами натурально вспыхивают красные огоньки, когда Роберт начинает двигаться. Сначала медленно, словно растягивая удовольствие, затем размашисто и быстро, когда я начинаю громко кричать и подаваться ему навстречу.

Он выпускает мои волосы, надавливает на затылок, и я вжимаюсь лицом в подушку. Хрипло стону, с каждым новым толчком оказываюсь всё выше на небесах. Меня трясёт, я ртом глотаю воздух. Наслаждение волнами проходит по телу, комнату оглушают бесстыжие звуки от столкновения наших тел.

Я чувствую, что Роберт тоже на грани. Толчки размашистые и быстрые, он грубо сдавливает мои бёдра, насаживает на себя в безумном темпе. И я сдаюсь: кончаю так ярко и громко, как никогда в жизни. Тело трясётся в судорогах наслаждения, я уже не помню, кто я, где я нахожусь, что вообще произошло этим вечером. Имеет значение только сильная пульсация члена во мне, горячие ладони на ягодицах и тихий стон Роберта, который кажется мне самой прекрасной мелодией в мире.

Обессиленно падаю, поворачиваюсь на спину и улыбаюсь. Роберт после оргазма совсем другой: немного ленивый, насытившийся, довольный. Он стягивает презерватив, уходит в ванную и возвращается через несколько секунд. Ложится на кровать, притягивает меня к себе.

— Отлично потрахались, — произносит, целуя меня в висок.

— Фи, как прямолинейно, — хихикаю я.

— Из песни слов не выкинешь.

Глаза сами собой закрываются, у меня нет сил спорить или шутить. В объятиях Роберта слишком хорошо, а после выпитого алкоголя и сильнейшего оргазма тупо хочется спать.

В себя я прихожу, когда за окном брезжит серый рассвет. Голова немного шумит, я не сразу вспоминаю, почему нахожусь в чужой квартире. Улыбнувшись, разглядываю спящего Роберта. Он кажется таким трогательным сейчас, с закрытыми глазами и расслабленным лицом. Хочу снова его касаться и целовать. Но, наверное, не стоит. Ночь закончилась, мне пора уходить.

Зарываю пальцы в волосы, смотрю в потолок и старательно прислушиваюсь к себе. Никакой вины, никаких сожалений. Да блин, как вообще можно жалеть о таком офигенном сексе? С Мишей я ни разу так ярко не кончала. Да и вообще, он не разделял мои предпочтения, даже по заднице не мог ударить. Роберт же делал всё идеально.

Вздыхаю. Так, надо вставать. Осторожно поднимаюсь, ноги касаются холодного пола. Бррр, под одеялком было лучше!

— Далеко собралась? — охрипшим после сна голосом интересуется Роберт.

— Для начала в ванную.

— Потом сходишь, — нетерпеливо говорит он и тянет меня к себе.

Мы врезаемся друг в друга телами, бешено целуемся, с языками и слюной, не заботясь о том, что надо бы зубы для начала почистить, а потому же развратом заниматься. Плевать! У меня голова кружится, между ног моментально влажнеет. Роберт ведёт ладонью по внутренней стороне моего бедра, касается там, где всё горит и ждёт его проникновения.

— Ты жесть какая горячая, — произносит он сипло.

Умело ласкает пальцами клитор, второй рукой шарит в прикроватной тумбочке и достаёт защиту. Отвлекается на мгновение, я открываю глаза и с восторгом смотрю на его большой ровный член. На трезвую голову всё воспринимается иначе: желание более осознанное, сильное, а ожидание кажется невыносимым.

Я поворачиваюсь к Роберту спиной, всем телом вздрагиваю, когда он врезается в меня. Накрывает ладонью грудь, щипает и выкручивает соски, целует в плечо, кусает шею. Я капитулирую через считанные минуты, утренний оргазм уничтожает меня, размазывает по кровати, превращает кости и мышцы в желе.

Быстро-быстро дышу, смахиваю пот со лба. Всхлипываю и жалобно стону от того, что Роберт по-прежнему во мне и кончать явно не спешит. Два лучших секса в моей жизни произошли именно с ним. С человеком, которого я почти не знаю и которого больше не увижу.

— Ты рано расслабилась, — шепчет Роберт и дотрагивается до моего клитора. Совершает что-то волшебное, немыслимое, отчего я начинаю тихонько постанывать.

Его член внутри меня, его язык касается лопатки, а пальцы ласкают клитор. От новых ощущений я теряю связь с реальностью, захожусь в исступлённых криках и снова кончаю. Да так сильно, что слёзы на глазах выступают. Мощные толчки внутри меня продляют наслаждение, и оргазм кажется почти бесконечным, меня словно вниз и вверх бросает по волнам наслаждения.

Роберт не стонет на этот раз, лишь кусает меня в плечо и громко выдыхает.

Я голову поворачиваю, чтобы поцеловать его. Он отвечает лениво, расслабленно. Запоминаю вкус его губ и кожи, вдыхаю запах древесного парфюма. Игнорирую лёгкую грусть, поселившуюся внутри. Это пройдёт.

— Я в душ. Подожди, пока я вернусь, — Роберт с трудом отрывается от меня, восхищённым взглядом рассматривает моё обнажённое тело, а затем уходит в ванную.

Как только раздаётся шум воды, я быстро встаю, нахожу порванные трусики и невольно улыбаюсь, вспоминая вчерашнее сумасшествие. Натягиваю джинсы на голые ноги, засовываю бельё в карман. Застёгиваю лифчик, дрожащими пальцами надеваю блузку.

Так, телефон со мной, кажется, я ничего после себя не оставлю. Отлично.

Иду в коридор, обуваюсь, на удивление быстро справляюсь с незнакомым замком и, подавив в себе очередной всплеск сожаления, открываю дверь. На пороге всё-таки оглядываюсь и бросаю прощальный взгляд на квартиру Роберта.

Это была замечательная ночь. И офигенное утро. Я ни о чём не жалею.