Глава 16

В этот раз его слова не вызвали ни возмущения, ни отторжения, ни иронии. Нет, я просто сидела на кровати и пыталась осмыслить услышанное. Что значит: «Ты магически привязала меня к себе»? То есть чисто логически, умом, я это понимала. Но осмыслить и принять? Нет, на это я была не способна.

– В каком смысле? – переспросила я и облизала пересохшие губы. Я ведь неправильно все поняла, правда? Ну не может ведь оно такое быть?

– Я могу находиться от тебя не дальше определенного расстояния, – сухо пояснил чернокнижник. – В противном случае меня телепортирует на максимально близкое расстояние.

Значит, может. Я устало сжала собственные виски, пытаясь осмыслить, что же натворила моя магия. И как теперь из всего этого выкручиваться? И дело даже не в том, что мы органически не способны с Рейстлином находиться в одном помещении и не ругаться. Но у меня учеба. А у него служба на довольно высокой должности, обязанности, репутация, в конце концов. А он мало того, что попугай, так еще и привязан ко мне. Взрослый, самостоятельный мужчина, который привык контролировать всея и всех. Это будет ужасно.

– Что притихла, ведьмочка? Осознаешь последствия? – все тем же тоном поинтересовался Рейстлин.

Не осознаю, уже осознала. Не нужно быть гением, чтобы понять, что на фоне всего этого рога – полнейшая ерунда, которая не доставляла особого неудобства ни Ларсу, ни мне. А тут…

– Прости, – тихо выдавила из себя, боясь поднять глаза на мужчину. Ой, то есть на попугая. Меньше всего мне хотелось бы видеть его осуждение, его ярость. В данном случае вполне справедливые. Ведьмы не извиняются? Да, есть такое. Но ведьмы и не наказывают невиновных. А что сделал чернокнижник? Прочитал мне нотацию? Так это и дедушка мой регулярно делает. Вот только деда я в попугая не превращаю.

И Рейстлин имеет теперь полное право высказывать мне недовольство. Долго ли я смогу это слушать? Не знаю. Терпение не бесконечное. Но сейчас он имеет на это право, определенно. Так что прикуси язык, Касси.

Вот только маг меня изрядно удивил. Он не стал пускаться в очередную долгую и нудную нотацию. Просто тяжко вздохнул, так, что у меня опять к глазам подступили слезы, и ответил:

– Разберемся.

Таким уверенным тоном, что ему хотелось поверить. Вот только предыдущий опыт с рогами доказывал, что разобраться будет сложно. Едва ли незначительные наросты окажутся сложнее трансформации живого существа с локальным якорем на другое живое существо.

– Может, это явление временное? – предположила я и сама поразилась робости в голосе. Что-что, а уж это было на меня не похоже. Но таскаться постоянно вместе с магом? Увольте! Сомневаюсь, что он согласится вместе со мной вернуться в академию. А иначе как нам в ближайшее время жить?

– Учитывая, что у тебя даже рога были стабилизированы? – ухмыльнулся Рейстлин. – Я бы на это не сильно надеялся. У твоей магии очень интересный интуитивный эффект. Даже если ты сама это не осознаешь, она все твои желания подсознательно закрепляет.

– Ха! – пренебрежительно фыркнула я, потихоньку приходя в себя. – Не думаешь же ты, что подсознательно я мечтала с тобой общаться как можно больше? Даже не надейся.

Возможно, в других обстоятельствах… Стоп, Кассандра! Что за дурацкие мысли тебе в голову приходят? У тебя их просто не может быть. Не в адрес этого занудного попугая. Интересно, это может быть еще одно последствие заклятье?

– А я уже не знаю, что и думать, – невозмутимо откликнулся Рейстлин. – С тобой логически не получается, ты в принципе поступаешь против нее.

Это меня сейчас так завуалировано дурой назвали? Ну держись, чернокнижник. Сейчас я тебе устрою стабилизацию заклятья! Сам ведь про закрепляющий эффект говорил. Вот и проверим.

– Кста-ати, – протянула я, поймав ускользающую мысль. – А иди-ка сюда поближе.

Вот только у мага мое желание пообщаться большого энтузиазма не вызвало. Более того, он подозрительно на меня покосился и, взмахнув крыльями, отлетел в сторону полок с книгами. Там, усевшись рядом с дамским романом, соизволил поинтересоваться:

– А это еще зачем?

Ну да, свое укрытие он, видимо, считал безопасным. Вот только я сдаваться так просто не собиралась. Спрыгнув с кровати, я направилась в сторону попугая с предвкушающей улыбкой:

– Как зачем? Тискать тебя буду.

А я и не подозревала, что на слово «тискать» условный рефлекс не только у бабушкиного кота, но и у взрослого мужика. Попугай непроизвольно взлетел вверх, стукнулся головой о потолок полки и со вкусом выругался, да так, что я даже оглянулась в поисках бумаги и ручки – законспектировать.

– Ннечего так паниковать, – нравоучительно проговорила я, наступая. – Ты, в конце концов, взрослый мужик. Потерпишь.

После моих слов чернокнижник вновь соизволил обратить на меня сердитый взгляд:

– Вот именно, что я взрослый мужик, Кассандра. Не надо меня тискать.

Ага, так я тебя и спросила! Нечего было мне тут нотации читать. Теперь попробуй остановить ведьму в ее праведных изысканиях.

– Рейстлин, ты слабак, – с улыбкой проговорила я. – Тебя всего-навсего потискать собрались, а ты уже на Северный флот мысленно смотался.

– Кассандра! – почти прорычал попугай, в панике оглядываясь по сторонам. Но он сам себя загнал в угол, когда перелетел на полку в шкафу. Так что… Стоило бы его помучить, но нервы у чернокнижников, похоже, слабые, и на ведьм не рассчитаны, поэтому я соизволила смилостивиться.

– Расслабься, никто тебя тискать не будет, – усмехнулась я, но наступление не прекратила. – Я просто хочу посмотреть, нет ли в твоих крыльях и клюве никаких драгоценных примесей.

– Что, меня тоже по неплохой цене загнать предложишь? – хмыкнул чернокнижник, но паническое бегство прекратил.

– Предложила бы, да только такого зануду, как ты, никто не выдержит, – не удержалась от шпильки я. – Еще потом приплатят, чтобы забрали. Нет, репутация дороже.

На слове «репутация» мага как-то подозрительно перекосило. Впрочем, его можно понять. Его-то репутация совершенно точно висела на волоске. А он ведь даже пожаловаться никому не может. Мужик же.

– Не бойся, я грозного чернокнижника с котенком не перепутаю, – продолжила я, стараясь отвлечь мага от грустных мыслей. – Просто осмотрю на предмет всяких там примесей, что нормальным попугаям не положены.

– Я не нормальный попугай, – угрюмо возразил маг. Кажется, мой энтузиазм его действительно пугал. Как, оказывается, мало для этого требуется.

– Ага, я помню, что ты у нас попугай особенный, – фыркнула я и попыталась взять его на «слабо». – Рейст, ну что ты как ребенок? Все самое худшее, что могло с тобой случиться после знакомства со мной, думаю, уже произошло. Я не настолько талантлива, чтобы переплюнуть уже произошедшее.

Почему-то сокращенный вариант его имени с моих губ сорвался так привычно, словно я называла мага так уже тысячу раз. Как-то с момента его превращения мне никак не удается вести себя в рамках этикета. Или это просто сложно быть вежливой с попугаем?

Не знаю, что в моих словах оказалось решающим аргументом, вот только маг наконец-то прекратить пятиться. Еще и пролетел мимо меня и спокойно уселся на подушку. Пришлось вернуться опять на кровать. Попугай терпеливо ждал.

Протянув руку вперед, я неловко коснулась мягких перьев. А ведь попугай действительно получился красавчик! Прямо загляденье! Желтая грудка, яркие, где-то переходящие в кабальтовый оттенок, синие крылышки. И пронзительно-темные, умные глаза, в которых клубилась тьма. Глаза Рейстлина.

– Ну что? – полюбопытствовал маг спустя пару минут моего внимательного осмотра. – Нашла что-то особенное?

– Ничего, – пожала плечами я. – Попугай как попугай, – увидев еще сильнее потемневшие глаза, торопливо добавила, – не считая внутреннего содержимого. Так что с помощью камней тут стабилизации нет и быть не может. Возможно, в ближайшее время заклятье спадет?

– С твоими талантами я бы на это не особо надеялся, – мрачно отозвался Рейстлин. – Сила у тебя огромная, вот только ты ею управлять не можешь.

Он говорил спокойно, не упрекая. Просто констатировал факт. Только мне все равно, что было ему возразить.

– У меня вполне средний уровень силы, нет резерва на такие заклятья, – призналась я. Этот вопрос меня мучил не впервые. На сиюминутные шалости, вроде образования рогов, я была способна, но чтобы их стабилизировать? Или трансформировать взрослого человека, обладающего магией, в другое существо, да еще с привязкой к себе? Для этого надо иметь огромный резерв.

– Или ты просто об этом не знаешь, – задумчиво ответил маг. Я растерянно провела по перышкам на голове попугая, на мгновение забыв, кто это. Просто хотелось чем-то занять руки, приводя мысли в порядок. Но продолжить нам разговор не дали. Дверь в мою комнату распахнулась без стука и громоподобный голос деда воскликнул:

– Кассандра! Я требую, чтобы ты объяснила, что у тебя произошло с Кинстерами!