Глава 23

Пятьсот шагов, тьма! Всего пятьсот шагов, и чертового попугая опять переносит ко мне! Никакой спокойной жизни, ей-богу! И все бы ничего, будь у него нормальный характер. А так… Угораздило же!

– Я думаю, тебе стоит радоваться, – довольно ехидно посоветовал мне вышеупомянутый попугайный чернокнижник. Я недовольно оторвалась от огромного талмуда по магии трансформации, в которой я так отчаянно пыталась отыскать ответ, как мне избавиться от такой великой радости.

– С чего бы это? – хмуро отозвалась я, едва сдерживаясь, чтобы не просветить, в каком месте я столь великую честь видела. Не потому что он не оценил бы. Просто приличные ведьмочки таких слов вслух не произносят.

– Что это меня к тебе швыряет, а не наоборот. Признаюсь честно, удовольствие ниже среднего, – в голосе Рейстлина слышалась насмешка.

– Просто если бы меня к тебе переносило, я бы тебя придавила. Ты сейчас тако-ой мелкий, – протянула я, безжалостно наступая на мужское самолюбие. Нет, попугай был далеко не мелкий. Если, конечно, не сравнивать с взрослым мужиком, который был выше меня почти на голову.

– Что? – кажется, маг от моего нахальства даже дар речи потерял. Но что, собственно говоря, он может мне сделать? Клюнуть? Вряд ли, джентльмен все-таки. Прочитать мне долгую и нудную нотацию? Так это он и так сделает, без малейших нападок с моей стороны. Так что…

– Говорю, что ты пострадать можешь, если меня вдруг с воздуха на тебя выбросит, – с улыбкой повторила я.

Меня одарили таким взглядом, что я даже на мгновение пожалела, что повторила это вслух. Но маг, удивительное дело, промолчал. Вместо этого он заглянул в талмуд.

– Хоть что-нибудь полезное нашла?

Правильно, мелкий. Нечего заострять внимание на твоей мужской несостоятельности. Демоны, это, вроде, совсем о другом. Как хорошо, что мне достался чернокнижник, а не менталист. А то страдай тут потом.

– Здесь все выглядит легко и красиво, – фыркнула я, отгоняя непрошенные мысли и возвращаясь к прочитанному. – Словно кто-то никогда не сталкивался с подобными проблемами. А если и сталкивались, легко могли решить.

– Вечером зайдет Николас, я попрошу его связаться со знакомым и надежным магом трансформации. Посмотрим, что он скажет, – устало предложил Рейстлин, а я удивленно на него посмотрела. Да, это, наверное, был бы самый легкий способ. Но у меня в голове не укладывалось, что он так легко и просто признается своему коллеге в том, что одна ведьмочка сделала из него попугая, да так качественно, что сам он ничего не смог с этим поделать.

– Ты уверен?

Глупый вопрос, признаю. Не был бы уверен, не делал бы. Но как со всем этим смирится его самолюбие? Одно дело, когда я его подкалываю. Другое – его коллеги, с которыми он на одном уровне. Еще большой вопрос, сможет ли этот маг сохранить секрет. Как же все запуталось.

– Я не могу позволить себе терять время, – глухо ответил Рейстлин, а я невольно опустила глаза. Все-таки я перед ним виновата и довольно сильно. Помимо этого мое желание докопаться до истины стало еще сильнее. Ничего, придет граф, я уж найду способ их подслушать.

– Я вот думаю, – тихо проговорила вслух. – Отчего возникла локальная привязка? Она к магии трансформации не имеет ни малейшего отношения. Возможно, стоит поискать информацию еще и в этом направлении.

– Предполагаешь, что заклятья не связаны между собой? – уточнил Рейстлин.

– Все равно это два разных составляющих. Даже если заклятье одно. И если про попугая я что-то вслух и говорила, то про то, что жажду видеть тебя сутки напролет я даже не думала!

Меня окинули насмешливым взглядом, а после этого снисходительно так поинтересовались:

– Точно, Кассандра?

Я резко вскочила со стула и захлопнула талмуд.

– Естественно! И называй меня Касси. Бесит, честное слово. Сразу возникает ощущение, что я тебе экзамен сдаю.

– Мне бы ты экзамен точно не сдала, – хмыкнул Рейстлин, а я тем временем подошла к большому стеллажу с книгами и отыскала небольшую брошюрку по магии связи. Ее-то я и подсунула чернокнижнику под клюв:

– Читай! Ты же умный, разберешься.

ЕСтьв Рейстлине Кинстере одна черта, которую нельзя найти в его младшем брате. А именно, терпение. Проявлялось оно далеко не всегда, и его теперешний облик является тому подтверждением. Но в этот раз попугай просто вздохнул, кинул на меня усталый взгляд и уткнулся в книгу. Спустя пару минут он протянул лапку в попытке перевернуть страницу, но что-то явно пошло не так.

Коготки царапали по тонкой бумаге, но упорно не хотели подхватывать страницу и переворачивать. О помощи маг не просил, пытаясь поддеть бумагу еще и клювом. Но ничего не выходило. Вот упертый болван! Со вздохом я протянула руку и перевернула страницу. Чернокнижник пробормотал что-то, отдаленно напоминающее «спасибо». Удивительное все-таки дело, но в попугайном облике его магия просто не действовала. Разве что оставалась все та же тягучая, давящая аура, да тьма в его глазах. А так… В таком виде тянуло потискать птичку.

Так и прошли следующие несколько часов. Маг читал, я тоже, периодически подрабатывая страничкоперевертышем. Не знаю, как сам Рейстлин, но я пока ничего важного и нужного не вычитала. А вот чернокнижник не отрывал взгляд от строчек, пока, наконец, не позвал меня:

– Касси.

Я от неожиданности вздрогнула, услышав сокращенный вариант своего имени – настолько непривычным он был в его исполнении. Но состроила невозмутимую мину, не желая показывать слабости.

– Да? – еще и бровь вопросительно вздернула, подражая матушке.

– Я тут вычитал кое-что про привязки, – тихо и мрачно проговорил маг. И что-то в его тоне мне совсем не понравилось.

– И что же? – деловито поинтересовалась я, пряча свой страх куда-то на глубину.

– Есть несколько вариантов, – попугай, увлекшись будущей лекцией, начал важно разгуливать по столу. – Вариант первый. Подобные связи могут возникнуть при активации могущественного артефакта, связывающего души. Собственно, поэтому и может происходить телепортация.

– Но в нашем случае никакого артефакта не было, – возразила я. – Не считать же артефактом рога твоего братца. Тем более, они благополучно исчезли. Ну… Почти благополучно, – поправилась, увидев насмешливый взгляд.

– Я пока перечисляю тебе все варианты, – притормозил меня Рейстлин. – Второй вариант – кровная связь, братание. Тогда в случае, если побратиму угрожает опасность, может быть осуществлен перенос.

– Не помню, чтобы мы с тобой менялись кровью, – отмела и эту возможность я. – Ты меня даже не клевал.

– Предлагаешь это исправить? – нарочито невозмутимым тоном поинтересовался маг, и я ни на мгновение не усомнилась, что в случае чего он тут же это исполнит. И с большим удовольствием. Да и вообще явно отомстит мне, как только закончит счастливое пребывание в перьях.

– Давай обойдемся без крайностей, – с мягкой улыбкой попросила я, в душе испытывая преступное желание поднять на птичку руку. Ну а что он меня бесит? – Это, я так понимаю, не все типы связей.

– Здесь упоминается еще одна, – попугай как-то подозрительно отвел глаза, и мне стало не по себе. – И эта связь возникает без малейшего участия самих магов.

– Как это? – удивилась я. – Опять артефакт?

– Бери выше. Боги. Их связывает божественная воля. В момент высочайшей концентрации эмоций, – как-то крайне туманно и пафосно разъяснял Рейстлин. И эти вербальные кружева мне совсем не нравились.

– Но зачем это богам? И по какому принципу они выбирают, кого связать? И в какой момент? Звучит откровенно бредово, – недоумевала я.

– Видишь ли, – пустился в очередную лекцию Рейстлин. Да, ему определенно надо преподавать в академии. – В момент эмоционального напряжения маг выбрасывает энергию. В случае если собеседник испытывает схожие эмоции, и их энергии совместимы, грубо говоря, это ощущают боги. И связывают этих людей.

По описанию вполне состыковывалось с нашей ситуации. Эмоции у нас были схожи, мы оба злились, значит, вполне могла быть совместимость. Но смысл в такой связи?

– Но зачем? – задала вслух главный вопрос я.

– Показать и доказать магам их совместимость, – мрачно отозвался чернокнижник.

Нет, я, наверное, ослышалась. Неправильно все поняла. Нужно уточнить, я точно глупость подумала.

– В каком смысле? – переспросила я.

– Боги обычно связывают истинные пары.

Хорошо хоть, что я сидела. Иначе точно бы пол со стулом перепутала. Истинные пары? Вы серьезно? Это настолько редкое явление, что практически превратилось в миф. Истинные пары не встречались давно. Или это просто не афишировали сейчас? По преданию, истинные пары могли чувствовать друг друга на расстоянии, меняться магической энергией и еще много-много разных плюшек. А еще истинная пара – это любовь, одна-единственная, на всю жизнь. Человек, ради которого сделаешь все, и который все сделает ради тебя.

Звучало красиво. Когда-то давно, еще в детстве, мы с Мелли мечтали найти свои истинные пары. Потом стали чуть постарше, и папа мягко донес до нас, что это явление такая редкость, которую можно прождать всю жизнь, а потом очнуться в глубокой старости и сообразить, что все прошло мимо.

В общем, истинные пары – это сказка. Красивая сказка для идеалистов о неземной и всепоглощающей любви. В общем, не про нас с Рейстлином, явно.

– Что, будем искать артефакт? – угрюмо поинтересовалась я, не поднимая глаза на попугая.

– А как же истинная пара и любовь? – в голосе чернокнижника слышалась насмешка. Видимо, сам он и мысли подобной не допускал, но был уверен, что я на это куплюсь.

– Предпочитаю рассмотреть сначала более вероятные варианты, – сухо отрезала я. – Но ты, на всякий случай, начинай себе сочувствовать. Как раз еще одно развлечение найдешь.

– И по какому поводу я должен себе сочувствовать? – вкрадчиво поинтересовался маг.

– Если предыдущие вероятности отпадают, и я действительно, – на последнем слове я сделала ударение голосом, – твоя истинная пара… То тебе, мужик, крупно не повезло.

– Хоть в чем-то мы солидарны, – невозмутимо отозвался Рейстлин.

Ах так! Я будто бы случайно уронила на стол книгу, заставив птицу резко взлететь в воздух. И не то чтобы он мне был нужен. Да тьма упаси от такого истинного! Но слышать подобное мне было откровенно обидно. Да и спускать не хотелось. Кем он себя вообще считает? Принцем из сказки, о котором мечтает каждая вторая девочка? Да при столкновении с такой реальностью каждый корабль мечты обязательно утонет.

– Еще варианты есть? – сделала вид, что не услышала его реплику я.

– Нет. Во всяком случае, в этой брошюре, – отозвался маг, постукивая коготком по столу. Всю его веселость сдуло, как при ударе со всей дури моей ненаглядной метелочкой.

– Значит, ищем артефакт, – уже утверждающе повторила я. – Кровниками мы с тобой явно не являемся. Относительно истинных пар у нас тоже сложилось четкое мнение. Поэтому будем рассматривать наиболее реальный вариант. Скажи, на каком примерно расстоянии должен находиться артефакт? Что это может быть? И как его вообще можно активировать?

Я говорила и говорила, стараясь заполнить тишину в помещении. А сама боялась поднять на чернокнижника глаза. А что, если это правда не артефакт? Что, если мы действительно истинная пара? Ну так, в порядке общего бреда. Ведь в какие-то крайне редкие моменты он меня практически не бесит. Браво, Касси! Шикарный аргумент в пользу истинности – потенциальный партнер и возлюбленный тебя почти не бесит. С таким же успехом твоим истинным может являться почти все мужское население королевства, а, возможно, и зарубежья.

Да и вообще, зачем сейчас нужны эти предания об истинных парах, указания и знаки богов? Неужели мы сами не можем распознать того, кого сможем полюбить? Я лично ни по чьей указке любить не собираюсь! Так что идите вы все к демонам со своими истинными парами!

Рейстлин вдруг изобразил звук, напоминающий кашель, а я сообразила, что так рьяно прошлась перьевой ручкой по бумаге, на которой конспектировала важные моменты, что превратила ее в обрывки. Выпрямившись на стуле, я посмотрела на попугая, напоминая о своих вопросах по поводу артефакта.

– Здесь практически нет информации, – с сожалением отозвался маг, а я, вдруг поймав на себе его взгляд, сообразила, что он тоже меня изучает. Как какую-то диковинку, словно тоже прикидывая, насколько правдивыми могут быть рассуждения об истинности. Нет уж, увольте. Я не собираюсь быть лошадью, у которой рассматривают зубы в размышлениях, стоит приобрести или нет. И только я открыла рот, чтобы высказать все, что думаю, как раздался стук в дверь, и служанка сообщила, что прибыл Николас Монтегю.