Глава 32

– Поверить не могу, что дед действительно доверил тебе свою лабораторию! – удивленно воскликнула я, оглядывая огромное помещение практически под чердаком. Герцог ее холил и лелеял, и внучек в святая святых не допускал. Даже в кабинет пробраться гораздо легче, чем сюда. Даже курсовая Мелли по охранным заклятьям не помогла, нас отловили у самой двери, когда сестра снимала пятую по счету охранку. Только позже мы узнали, что сработали оповещающие заклятья, которые дед так замаскировал, что обнаружить их мы не смогли. И ждал нас тогда долгий и нудный разговор в дедушкином кабинете.

А тут… Стоило Рейстлину заикнуться за ужином, что ему нужно вернуться в свой особняк (вместе со мной, естественно), как дед предложил собственную лаборатории. Сказать, что меня это удивило – не сказать ничего. Даже меня согласился пустить внутрь! При условии, конечно, что Рейстлин проследит, чтобы я ничего не натворила. И последнее безумно обидно. То есть какому-то левому мужику он доверяет, а родной внучке нет?

– А что здесь такого? – не понял Рейстлин, сидя на подоконнике и ожидая, когда наступит закат. Приступать к приготовлению маячка до превращения в человека он не собирался. И даже мое предложение помочь все подготовить не оценили. Мрачно посмотрели на меня и посоветовали ждать. А мне не сиделось. Я бродила по лаборатории, суя свой любопытный нос в шкафы и пробирки. С одной стороны, здесь все напоминало бабушкину лабораторию, а с другой, все совсем иначе. Никакого котла и в помине не было. Огромное количество приборов, работающих на магии. Много увеличительных стекол, пробирок, порошков. И куда как меньше трав.

– Ну как же! – я чихнула, понюхав угольную пыль. – Нас дед сюда в принципе не допускает.

– Я его понимаю, – мрачно отозвался Рейстлин. – Будь любезна, поставь кислоту на место и не вздумай ее открывать. Если хотя бы капля упадет тебе на руку, ты получишь как минимум ожог.

– Рейстлин! – возмущенно воскликнула я. – Не считай меня полной дурой, пожалуйста. Я даже не собиралась ее открывать. Мне просто показалась, что крышка неплотно закрыта и… Ай, – скользкая пробирка выскользнула из рук, но, на мое счастье, была перехвачена стремительно спикировавшим попугаем. Удерживая ее в клюве, он перелетел на стол, поставил пробирку и резко скомандовал:

– Сядь! И больше ничего не лапай. Иначе отправишься спать. Расстояние нам позволяет.

Надувшись, я опустилась на кресло. Вот почему со мной вечно как с ребенком? А как целовать, так я сразу достаточно взрослая. Кстати, о поцелуях…

– Рейст, а, Рейст, – позвала попугая я.

– Что тебе, чудо? – вздохнул чернокнижник. Заметно, что он чуть ли не секунды до заката считает.

– А что за желание я тебе должна? Рассказывай уже. Николас точно не подслушает, – потребовала я.

– А твой дедушка? – ехидно поинтересовался Кинстер.

– А что дедушка? – я машинально оглянулась, словно рассчитывая найти деда где-нибудь за стеллажом с приборами. Или вон там, у окна возле личных архивов.

– Ты всерьез полагаешь, что он пустил нас в лабораторию и никаких подслушивающих заклятий не поставил? Я бы на его месте не был так опрометчив, – невозмутимо отозвался попугай.

– Ты слишком подозрителен, – упрекнула я. – Дедушка мне доверяет, и ни в коем случае не…

Последний луч солнца коснулся оконного стекла, и на меня с каким-то умиленным выражением лица посмотрел Рейстлин в мужском обличье. Его черты смягчились, и я невольно улыбнулась в ответ.

– Я слишком подозрителен? – переспросил маг, щелкая пальцами и к чему-то словно прислушиваясь. После чего указал в сторону стеллажа со стеклянной посудой. – Вот там посматривающее заклятье. Вот это вот перо, – поднял со стола упомянутый предмет он, – подслушивающее. Мне продолжать?

– Тьма! – выругалась я, совсем не ожидая от родственника подобной подставы. Это что же, мне теперь с Рейстлином и поговорить откровенно не удастся? Ну дедуля, удружил.

– Спокойствие! – поднял ладонь маг, а я обратила внимание на его пальцы. Длинные, ровные, тонкие. Такие пальцы еще называют музыкальными, но я знала, что сильные маги с детства разрабатывают суставы, чтобы пальцы были длинными и гибкими. Так они при применении магической силы могли еще пользоваться жестами, что уменьшало расход энергии. – Я все дезактивировал. Думаю, твой дед этого ожидал, но решил меня проверить.

Хотелось расспросить, зачем это герцогу, но я себя остановила. Зачем, если есть более интересные вопросы? А с дедом я потом и сама разберусь. Бабушке пожалуюсь и все! Если, конечно, леди Мелисандра сейчас не подсматривала с дедом за компанию, что вполне вероятно.

– Так какое желание ты с меня хочешь? – нетерпеливо поинтересовалась я. Ну а что? Надо же все обсудить до того, как он покажет процесс изготовления маячка. Тем более, без этого он вполне может меня выставить. А я не хочу! Мне же интересно!

– Все просто, – по губам мага скользнула хищная улыбка, и я поняла, что просто точно не будет. Во всяком случае, мне. – Мое условие. Я буду тебя целовать, когда захочу, и ты не станешь возражать. Согласна?

Потрясающая способность! Нет, я не про его умение целоваться. Я про наглость одного конкретного чернокнижника. И что ему меня целовать приспичило? Я же его раздражаю, бешу, и вообще…

– А на метле ты полетать не мечтаешь? – съехидничала я. Ну, а чего он? Самый властный, что ли? Так извините, я на послушную серую мышь в принципе никогда не претендовала. Я ведьма, и забывать об этом точно не стоит. Пусть даже в последние дни я и вела себя неплохо.

– А я уже полетал, – широко улыбнулся этот бессмертный (не иначе) маг. – Так что больше не хочу, мне и так нормально.

– Да, точно, – хмыкнула я. – Я и забыла, что пришлось тебя за шкирку поддерживать, чтобы ты землю носом не пропахал.

Умная девушка никогда бы про такую оплошность не сказала. Но я не умная девушка. Я ведьма, и внутри меня все клокочет от возмущения и предвкушения. Вот как, как ему вообще пришло такое в голову? Знает же, что с ведьмами так нельзя. Слишком рискованно. Мы, даже если и будем за, свой протест высказать обязаны. И не только протест.

– Будем считать, что ты побывала моей героиней, – заявил этот гад, делая шаг в мою сторону. – Так что ты скажешь на мое предложение?

– А что, это предложение? – съехидничала я, судорожно пытаясь сообразить, что же мне делать. Соглашаться не хотелось. Упускать возможность узнать, как создаются маячки – тоже. – Мне показалось, что ты выдвинул условие. Очень сильно напоминающее шантаж.

– Я дал тебе выбор, – Рейстлин остановился буквально в полуметре от меня. Нет, даже ближе. Так, что я даже ощущала тепло его кожи. Темные глаза прожигали меня огнем.

– Ты считаешь, он честный? – приподняла бровь я. И, поймав себя на этом жесте, невольно смутилась. Вот вроде и нечасто я общаюсь с чернокнижником в его человеческом облике, но как же при этом я умудрилась перенять у него эту дурацкую привычку?

– Я считаю, он справедливый, – уверенно заявил Рейстлин. – Сама подумай. Наша связь могла возникнуть по совершенно различным причинам, мы с тобой это неоднократно обсуждали. И исключать истинную пару нельзя. Так что… Нам стоит начинать привыкать друг к другу.

– Не боишься, что вот-вот привыкнешь ко мне, а потом выяснится, что никакая мы не истинная, и даже не пара? – мой голос звучал насмешливо, я не хотела показывать, насколько меня волнует этот вопрос. Привыкнуть? Ха! Этот мужчина и так непостижимым образом так пролез в мои мысли, что я его откровенно побаиваюсь. Точнее не его. Себя рядом с ним. Нет уж, спасибо.

– Не боюсь, – уверенно заявил этот… чурбан бесчувственный. Ну ладно, Рейстлин! Ты сам напросился! Так соглашусь, что сам пожалеешь, что предложил. Вот буквально через пару минут уже начнешь!

– Ну хорошо, – спокойно и решительно заявила я. – Я согласна. Я не буду возражать, когда ты меня будешь целовать.

Маг посмотрел на меня с подозрением. Видимо, ничего хорошего от такого смирения от не ожидал. Конечно, он же не совсем глупый. Но это неважно. На попятный он точно не пойдет. Да и я тоже.

– Ну что, мы договорились? – как можно невиннее произнесла я. – Я не протестую, а ты мне показываешь, как делать маячки.

Он молчал, чувствуя подвох. Вот только я уже знала, что победа все равно будет за мной.

– Договорились, – наконец кивнул Рейстлин. Я усмехнулась уголками губ и в следующий момент оказалась в его объятиях. Почему-то в первое мгновение появилась крамольная мысль, а действительно ли маг отключил все следилки деда? А то страшновато. Мне вовсе не улыбается сию минуту увидеть герцога, который потребует жениться на опозоренной внучке.

Тьма, Касси, о чем ты только думаешь? Тебе сейчас совсем другое надо делать! Я прикрыла глаза, собирая энергию, настраиваясь. Теплые губы коснулись моего рта, дразня, лаская, испытывая мое терпение. Маг прекрасно знал, что быть мраморной статуей – это не мое. Вот и сейчас я довольно быстро поддалась его напору, отвечая на поцелуй, растворяясь в нем, стремясь стать равным соперником-партнером для Рейстлина.

Поцелуй оборвался так резко, что я от неожиданности распахнула глаза и увидела горящий темный взгляд. А затем маг безапелляционным тоном поинтересовался:

– Кассандра, что ты сделала?

Мне оставалось лишь скромно улыбнуться в ответ.

От моей улыбки взгляд чернокнижника потемнел. Он злился. Впрочем, я понимала. На его месте я бы уже закатила скандал. Рейстлин же просто молчит. А я в свою очередь с тайным торжеством наблюдаю, как он невзначай почесал руку, подбородок, щеку. На бледной коже уже начинала расцветать красная сыпь.

– Касси! – почти прорычал маг.

– Что? – невинно хлопнула я ресницами. – Я же не возражала. Ты поцеловал меня, когда захотел. Я даже мраморную статую из себя не строила. Но я не обещала, что твое условие сойдет тебе с рук.

– Может, и мне какой-то хитрый нюанс придумать и отстранить тебя от процесса создания маячка? – уточнил почесывающийся маркиз. Он вроде и злился, но довольно вяло. На рога собственного брата раздражения было куда больше. Неужели действительно ждал подвоха и готовился к последствиям? Но смысл? Что за мазохизм? Почесывающееся заклятье, конечно, само по себе ерунда, оно несложное, большого затрата сил не требует. Но неприятное до жути. Я бы за такое прибила. А он… Чешется себе и злится.

– Ну знаешь ли! – взвилась возмущенная я. – Ты сам виноват!

– Согласен, – неожиданно услышала я и замерла с приоткрытым ртом.

– То есть ты признаешься, что с твоей стороны это неимоверная наглость? – уточнила изумленная я. Рейстлин усмехнулся уголками губ и выдал:

– При чем здесь это? Просто надо было с тобой обговаривать каждую деталь нашего договора. В дальнейшем я это учту. Чувствую, это знание мне еще не раз пригодится. Спасибо за урок.

Тут дар речи потеряла уже я. Тьма, он не должен так реагировать! Что же это за пакость, когда жертва остается такой спокойной? Нет, я не согласна! Рейстлин, вот что ты делаешь? И вообще…

– В каком еще таком дальнейшем? – к собственному недовольству я различила в голосе истерические интонации. Вот что это такое? Я никогда подобным не страдала. Отомстила и забыла. Или вся проблема в том, что месть не удалась?

– Я так подозреваю, что в очень продолжительном, – невозмутимо заявил этот гад. – Так что, маячок будем делать или поговорим о будущем?

Метелочка! Ау! Ты где?! По тебе одно существо без инстинкта самосохранения соскучилось, очень тумака просит. Но за неимением лучшего пришлось треснуть мага по загребущим ладоням, которые ко мне потянулись.

– За что?! – возмутился Рейстлин.

– Маячок! – глядя ему прямо в глаза, напомнила я. Чернокнижник закатил глаза и пробормотал что-то нелицеприятное про ведьм. Но тут уже я спорить не собиралась. Мы не просто такие. Мы еще хуже! Ему вообще подарочный вариант достался. В смысле не достался, а… Так, лучше я подумаю о маячке.

Рейстлин тем временем подошел к лабораторному столу, достал сплавы серебра, обсидиан, агат, какие-то порошки неприглядного вида, узкую палку, которой, видимо, планировал наносить руны. И с каждой секундой количество составляющих на столе все увеличивалось и увеличивалось. Я даже не была уверена, что хотя бы половину из них могу назвать.

– А это что? – поинтересовалась я, – протягивая руку к небольшому флакону, в котором переливался перламутровый порошок. Да ведьмы даже половину этих составляющих не используют! А ведь, казалось бы, маги все своими силами могут творить. Вот только глядя на такое многообразие на столе, я этого сказать не могла.

– Толченный коготь дракона, – пояснил Рейстлин. – Крайне редкая штука. Смотри, сначала нам надо приготовить закрепляющую магию состав. Для этого мы берем… – и он перечислил около пятнадцати ингредиентов, которые буквально по крупинкам клал в небольшую чашу. Все это добро Рейстлин залил настоянной на платине лавандовой водой. Я невольно чихнула под насмешливым взглядом Рейстлина, почувствовав пронзительный противный запах. Может, кого-то лаванда и успокаивает, я наоборот от нее зверею. Но если это требуется для дела, так и быть, потерплю. Тем более, что чернокнижник комментировать мою аллергию не стремится. Закончив с составом, Рейстлин нагревает магией огня палочку и начинает выводить на малюсеньком сплаве серебра узоры и руны, подробно разъясняя мне смысл каждой из них.

У меня от информации уже начинает пухнуть голова. Я начинаю понимать, почему маячки готовят только архимаги. А вы попробуйте в точных пропорциях составить смесь, а потом еще выплавить на микроскопическом сплаве двадцать восемь рун, вливая в каждую из них силу. Это же требуется не только огромное количество энергии, но и сосредоточенность! А Рейстлин ведь еще и мне рассказывал!

Если бы я такое готовила, то напортачила бы, наверное, на восьмой руне. Хотя нет, это я себе еще польстила. Наконец чернокнижник выдал:

– Ну вот и все почти.

– Почти? – удивилась я. – А что еще? Какие-то еще секреты?

– Для активации маячка и его дальнейшего отслеживания в закрепляющий состав необходимо добавить кровь, – Рейстлин решительно полоснул свою руку, а я невольно вскрикнула. Тугие багровые капли скатились прямо в чашу. Состав вспыхнул алым светом, а потом засветился голубым.