Глава 31

– Вы что, с ума сошли? В смысле, я должен сказать, что у нас стоит четкий срок по завершению работы на следующей неделе? Это же нереально! – Николас от переизбытка эмоций вскочил со стука и запрыгал зайчиком по кабинету. Ну как зайчиком… Скорее бешеным тигром на привязи начал шарахаться из угла в угол.

– Так никто и не просит нас заканчивать работу к следующей неделе, – Рейстлин расположился в собственном кресле. Хотя попугай, сидящий за столом начальника, то еще зрелище, мне было не до смеха. – Нам нужно этого деятеля спровоцировать. Чтобы он понял, что во времени ограничен.

– Вот только как мы его выслеживать будем? Из-за угла? – не удержалась от ехидного вопроса я, прекрасно понимая, что сейчас мне начнут говорить, что лично я нигде и ни за кем следить не буду, и вообще, мое дело сопровождать попугая и помалкивать. Но тут меня приятно удивили.

– Прицепим к нему магический маячок, – спокойно ответил Рейстлин, не пускаясь в пространные нотации. Неужели понял, что со мной это бесполезно? Хотелось бы верить.

– А у тебя есть? – восторженно поинтересовалась я. Магические маячки были огромной редкостью, чтобы их создать требовалась огромная магическая сила, мастерство. Что уж говорить о том, что у магов такого уровня, которые могли бы создать маячки, находилось и без этого множество важных дел.

– У меня нет, но я могу создать, – как что-то само собой разумеющееся сообщил Рейстлин. Если бы я стояла, то так и села бы. Нет, я подозревала, что он силен. История с концентратом на это намекала. Но чтобы настолько? Господи, с кем я связалась? И кого я временно лишила магических сил?

– Ты действительно можешь? – прошептала я. Рейстлина, кажется, моя реакция позабавила.

– Да, – без лишнего бахвальства заявил попугай. – Как раз сегодня этим займусь.

– А можно я посмотрю? – глупый, почти детский вопрос слетел с моих губ быстрее, чем я успела его осознать. Я поджала губы – не дело взрослой приличной ведьме так себя вести. Но это же так интересно! Плюс я никогда не видела, как Рейстлин колдует. А ведь он один из самых сильнейших, о нем даже в учебнике магии писали, я вчера случайно нашла. Но создатели, видимо, не знали, насколько поганый характер у этого выдающегося ученого. Потому что этот гад попугаистый поинтересовался:

– А что мне за это будет?

Вот почему каждый раз, когда я начинаю им почти восхищаться, он выдает что-то, от чего хочется только одного – взять ближайшую вазу и шарахнуть ею со всей дури наглеца.

– Жить будешь, вот что, – рявкнула я и смутилась, поймав насмешливый взгляд Николаса. Он даже не попытался скрыть улыбки от нашего диалога.

– Долго и счастливо? – уточнил птичий смертник.

– Это зависит уже от того, как ты остальных достанешь, – логично ответила я. Но такой вариант этого гада, похоже, не устроил. Он предложил свой:

– Я покажу, как я делаю маячки. Более того, раскрою свои секреты. Но с тебя желание, Касси.

– Откуда я знаю, чего ты попросишь! – возмутилась я. Тьма, вот как же мешает Монтегю! Что-то мне подсказывает, останься мы наедине, сказать можно было бы гораздо больше. А так ради приличий приходится контролировать каждое слово. Вот только как при этом справиться с опаляющим щеки жаром? У-у-у-у, попугай! Ничего, животных я люблю, а вот тебе этой же ночью такое устрою, мало не покажется!

– Касси, соглашайся, – непочтительно влез в нашу беседу Николас. – Этот гад даже со мной секретами не делится. Пользуйся возможностью.

– Да ну вас, – отмахнулась от них я. – Мы с тобой потом поговорим, Рейстлин. Нам сейчас главное, чтобы Бонне не пошел и сегодня кому-то информацию не слил. Сегодня ведь за ним слежки не будет?

– Ну почему же? – снисходительно улыбнулся Николас. – Сегодня он будет под моим наблюдением. Завтра уже прикрепим маячок. А пока… Уже вечер, Кассандра. Можете быть свободны.

На том и порешили. Я подождала еще минут пять, пока Рейстлин и Николас утрясут вопросы с бумагами, потом граф вызвал мне экипаж, и мы покинули кабинет. Вот только я все время думала о том, что произошло прошлой ночью. И никак не могла отделаться от вопроса, что же попросит Рейстлин. И насколько в действительности я против его просьб?