Глава 70

Яна

Не знаю, как надо было повести себя с точки зрения правильности. Но услышав эти слова, я будто увидела перед собой другого Стрельцова. Возможно того самого, с которым мы могли бы просто встретиться, где-нибудь… случайно. Но что в этом человеке никогда не изменится, так это его нрав — нрав хищника. И у меня наверно только один способ выжить — приручить этого хищника.

— Я могу быть верной, — подняла на него взгляд.

— Специально для меня постараешься? — усмехнулся.

— Это, пожалуй, единственное, в чем мы похожи. Я тоже ценю в людях верность, — черт возьми, я в поле, полуголая и веду разговоры о верности.

— Не единственное, — навис надо мной, — вот тут, — накрыл рукой живот, — есть то, что нас связывает.

Тогда коснулась его медальона, затем бусины:

— Почему я?

— Глупый вопрос, — склонился еще ниже, из-за чего мне пришлось лечь, — потому что так случилось, Яна. Потому что так было суждено. Мне было суждено сесть за тот игровой стол, тебе — оказаться на кону. Я заметил тебя, как только зашел в казино. Девчонка в миленьком сарафанчике, с любопытством рассматривающая игровые автоматы. Ты так и не подошла ни к одному из них.

— Я не азартный человек.

— Да и я не особо, но в тот вечер делать было нечего, хотелось как-то расслабиться, попытать удачу. И фортуна оказалась на моей стороне, — повел пальцами по шее, потом груди, когда дотронулся до соска, я дернулась. — Видишь ли, я не сожалею о произошедшем. Если бы не та партия в покер, если бы не тупая самоуверенность Шахова, всего этого не было бы. Не было бы его, — осторожно погладил живот.

Я собралась очередной раз возразить, но не стала, ведь кто знает, как бы закончился мой отпуск с Шаховым. На самом деле, все могло бы быть гораздо хуже. Возможно, Демьян меня спас. Безусловно, на тот момент он поступил не лучше ублюдка Мишеньки, однако факт есть факт, я жива здорова. Тогда вместо слов обняла Стрельцова за шею и потянула к себе.

— До сих пор не могу поверить, что ты мой первый мужчина, — произнесла ему в губы. — Та ночь… она как в тумане сейчас, будто все произошло не со мной. Но я… я все еще боюсь тебя. Боюсь твоей одержимости, — и сейчас же поцеловала его.

И пока целовала, Демьян стащил с меня шорты, после расстегнул свои. Спустя еще несколько секунд он уже был во мне. Возбуждение от страха быть пойманными, от осознания, что мы занимаемся сексом в поле, накрыло с головой. Впервые я не думала ни о чем, кроме как о том, что происходит здесь и сейчас, впервые разрешила себе не стесняться чувств к этому мужчине. Хорошо это или плохо, но я на самом деле к нему неравнодушна. Стрельцов засел глубоко под кожу. Слушать его дыхание, целовать его, обнимать, с остервенением впиваться ногтями в крепкую задницу, ощущая, как она напрягается от быстрых движений, сжиматься под ним, твою мать, это восхитительно. Последний толчок довел до исступления, за которым последовала эйфория. Да, я все-таки впала от него в зависимость… все-таки сдалась…

— Яна, — прошептал сквозь тяжелое дыхание.

— Что?

— Прости меня… прости за то, что позволил тебе уйти в тот вечер.

— Ты неисправим, Стрельцов.

— Исправим, просто, наберись терпения. У нас все получится.

— Поживем, увидим.

Мы все-таки добрались до озера, все-таки искупались и провалялись на берегу до первых комаров. А когда вернулись, Демьян первым делом занялся ужином. Решил удивить омлетом собственного производства. Что ж, удивил. Омлет получился хрустящий. Надеюсь, все эти старания не разовая акция и дальше он будет так же заботлив, участлив, нежен, а главное, не будет давить и навязывать свое мнение.

На следующий день бабушка вернулась от родственницы, а значит, пора было и нам заканчивать этот непродолжительный отпуск. Я сказала ей, что приеду не одна, что у меня для нее очень важные новости, когда же убрала телефон в карман, ощутила дрожь во всем теле. Вот-вот моя жизнь снова изменится.

— Ну, что? Поехали? — взял в руку мою сумку.

— Угу, — и зажмурилась, что было сил, — еще минуту.

Одна часть меня по-прежнему противится, снова и снова возвращая в ту ночь, вторая тянет вперед навстречу новому. Я хочу верить Демьяну, хочу, чтобы все было не зря. Но мне сложно…