Глава 8

Глава 8

— А я очень нехороший человек, милая Яна, с которым лучше не позволять себе лишнего.

— И что будет дальше?

— Дальше будет большое морское приключение, — откинулся на спинку дивана.

— Вы говорили, что…

— Хватит повторять одно и то же. Говорил, обещал, слово давал. Я одно лишь обещал, что ты покинешь яхту живой и невредимой с достойной компенсацией в кармане. И я сдержу свое слово, в этом можешь не сомневаться.

— Когда я смогу покинуть вашу яхту?

— Когда приключение подойдет к концу, — усмехнулся. — Может, через неделю, а скорее через две.

На что я закрыла глаза. За две недели от меня здесь ничего не останется.

— Ты уже выбрала, что будешь на завтрак?

— Яна Дмитриевна заказала воду, — откуда ни возьми справа от меня возникла Инесса с подносом, на котором стояла бутылка минералки и стакан. — Я взяла на себя смелость и принесла таблетки, они должны снять симптомы морской болезни.

— Мне кажется, у Яны не морская болезнь, а всего-навсего похмелье.

— От похмелья они тоже помогают, — опустила на стол поднос. — Чего желаете вы? — обратилась к мерзавцу.

— Принеси нам обоим по яичнице с беконом и по сырному тосту, — не спускал с меня глаз.

— Хорошо.

— Пей таблетки, Яна, — произнес таким голосом, что я не рискнула возмущаться. — Похмелье в море само по себе не пройдет.

Через минут пятнадцать перед нами стояли тарелки с завтраком, хлебная корзина и пузатый чайник. Но меня продолжало мутить.

— Я не хочу есть, — поспешила отвернуться.

— А придется, — взялся за приборы. — Давай-ка я тебе объясню, как все будет. Первое, что ты должна усвоить, так это то, что я не терплю отказов и пререканий. Если я говорю надо сделать, это надо сделать. Второе, путешествие по воде подразумевает следование определенным правилам, тогда морская болезнь обойдет стороной. Основные из них — это дробное частое питание, отдых, отвлечение. Иначе будешь кормить чаек до самого прибытия, а оно ни тебе, ни тем более мне, не нужно. Ну и третье, мы с тобой будем трахаться. Но я тебе дам сутки двое на восстановление после вчерашнего.

— Вы хоть понимаете, что это похищение человека?

— Все претензии ты сможешь потом высказать своему неудавшемуся жениху, если вам случится пересечься. В моем мире есть свои законы, Яна, один из них, или не высовывайся, а если высунулся, держи слово. Твой Шахов поставил тебя на кон и продул. Повторюсь, тебе просто не повезло оказаться не с тем человеком не в том месте не в то время. Прими уже как данность и смирись. Со мной тебе будет не хуже. Хотя бы потому, что я не ставлю на кон тех, с кем сплю. А теперь ешь.

Похоже, мне действительно имеет смысл закрыть рот. Я не знаю, кто этот человек, но глядя на него, ясно одно — лучше его не злить. Главное, добраться до берега, а там я постараюсь вырваться из когтей этого коршуна. И только сейчас вспомнила про сумочку. Там мой паспорт!

- Прошу прощения, — все-таки взяла в руку вилку, — у меня с собой была сумка с личными вещами.

— Она уже в твоей каюте, — ответил спокойнее некуда, — правда, паспорт и телефон я оставил себе. Сама понимаешь, у меня должны быть какие-то гарантии.

Услышав это, я не смогла сдержаться, слезы сами покатились по щекам. На что негодяй поднялся, подошел ко мне и, склонившись, взял за подбородок, заставил посмотреть на себя:

— Прими и смирись, крошка, — произнес чуть слышно, а я невольно вдохнула его запах и сейчас же вспомнила вчерашнее. — Как минимум четырнадцать дней и тринадцать ночей ты будешь принадлежать мне целиком и полностью, — после чего коснулся губами щеки, отчего меня словно током ударило. — Я уже жду не дождусь нашей второй ночи…