Глава 9

Демьян

Пахнет она так, что хочется прямо здесь разложить малышку и вогнать в неё до упора. Правда, я не люблю зашуганных, но здесь случай особенный, так что, перетерплю.

— Кровь все еще идёт? — вернулся на свое место.

— Идёт, — тотчас оживилась.

А по глазам читается, что врет.

— И болит наверно нестерпимо? — произнес сквозь ухмылку.

— Болит, — поспешила опустить взгляд.

— Значит, сегодня будем развлекаться иначе.

— Вы же сказали, что дадите мне время, — снова побледнела.

— Я дам время твоей киске — ткнул ножом в желток, отчего тот растекся по тарелке, после чего я макнул в него тост, — остальное у тебя вполне рабочее.

— Можно мне обратно в каюту? — резко убрала руки под стол.

— Пока не поешь, нет, нельзя. Не заставляй меня заставлять тебя есть, — всмотрелся в её личико. При свете дня оно еще обворожительнее. Ярко-серые глаза особенно выделяются на фоне загорелой кожи и взгляд такой чистый, незамутненный, а еще у нее очень красивые губы. И очень-очень густые волосы.

Яна нехотя, но взяла в руки приборы. Ничего, ничего, пусть привыкает правильно себя вести. Да и голодных обмороков мне здесь не нужно. Я смотрел, как она ест крошечными кусочками, как со злостью надавливает зубцами вилки себе на нижнюю губу. Была бы ее воля, эта вилка уже торчала бы у меня из глаза. Маленькая мегера. Кажется, я не дотерплю до вечера.

Кое-как, но крошка справилась с яичницей, запила ее чаем и в момент, когда вытирала губы салфеткой, я понял, что хочу девчонку немедленно.

— Теперь идем, — поднялся.

— Куда? — вжалась в диван.

— В каюту.

— Пожалуйста, Демьян Олегович, — прошептала с трудом.

— В каюту, Яна.

Тогда подошел к ней, взял за руку. Да она ледяная! Неужели так боится? Я вроде зверем с ней не был, да и она не божий одуванчик, девчонка с характером, это видно. Но крошка все-таки встала и пошла за мной.

В каюте к этому времени уже, и постельное белье сменили, и в целом навели порядок.

— Сначала сходим в ванную, хочу посмотреть, насколько у тебя все «сложно» после первого раза.

В тот же миг она вырвалась, отбежала к кровати.

— Прошу, дай мне побыть одной… уйди!

— Яна, ты явно нарываешься, — сложил руки на груди. — Там наверху я тебе все объяснил.

— Да кто ты такой вообще?! Что ты за нелюдь?!

— Стрельцов Демьян Олегович. Только моя фамилия вряд ли тебе о чем-то поведает. Тебе достаточно знать, что эта яхта моя, как и ты тоже моя. А сейчас прекрати этот цирк и подойди ко мне. Не вынуждай, милая.

Боже мой, сколько труда ей составило сделать эти несколько шагов в моем направлении.

— Вот так, — положил руки на тонкую талию, — молодец, — и, схватившись за край футболки, скорее снял лишний предмет гардероба, после смахнул бретельки лифчика. Грудь у нее заслуживает отдельных восторгов. Нежная, мягкая, небольшая, соски врозь. Эта девочка само изящество, а главное, вся натуральная. Ни нарощенных волос, ни когтей, ни надутых губ и никаких стальных мужицких ягодиц, только естественная красота. Но стоило дотронуться до пуговицы на джинсах, как куколка снова попыталась отойти. — Нет, нет, нет, даже не думай, — подтянул ее к себе. — Ты зря меня боишься, — и расстегнул пуговицу, затем молнию.

— Ты меня вчера, — просипела, — изнасиловал.

— Правда? Прямо изнасиловал? — нарочито вскинул брови. — А оргазм ты вчера почувствовала видимо от дикого возмущения, — склонился к ее шее, коснулся кожи губами. — Или как?

На это она лишь зло засопела. Да, малышка, все так и есть. В этом ты похожа на остальных, вы говорите нет, а на деле хотите, чтобы вас трахнули да пожестче. В этот момент стянул ее джинсы до колен и сейчас же запустил руку в трусики. Твою ж сука мать… Влажная и горячая.

— М-м, — зажмурилась, — больно.

— Вижу, — обнаружил на пальцах кровь.

Я снял с девчонки всё и отвел в ванную. Думаю, теплая ванна пойдет ей на пользу. И пока вода набиралась, Яна сидела на бортике с опущенной головой. На меня смотреть или боялась, или не хотела, я же наоборот, разглядывал ее.

— Как ты познакомилась с Шаховым?

— Какая разница, — произнесла тихо.

— Ты права, разницы никакой, просто мне интересно, как ты умудрилась так вляпаться.

— Потому что наивная дура, — и подняла на меня взгляд полный ненависти, — такой ответ устроит?

— Все дерзишь, — положил ладонь ей на затылок, — зачем? Чего добиваешься? Я ведь пытаюсь быть с тобой милым, — и, не дождавшись ответа, накрыл губы девчонки своими. Ей пришлось впустить меня, пришлось вторить моим движениям.