Глава 54. Экстренные меры

У эгоизма и героизма общие корни, но разная крона.

С Хаванским решаю быстро. Когда-то у нас был похожий разговор. В тот раз каждый получил то, чего хотел больше всего. Сейчас Клим даже не спорит.

Я назначаю время и место, оговариваю срок. И забываю хотя бы об одной горящей задаче.

Теперь нужно отвезти Лизу обратно и засесть над планом. В теории все хорошо, на практике — через одно место.

— Кирилл уже освободился. Он сможет поехать с тобой домой, — говорю я Лизе. — С клиникой свяжусь. Свойский что-нибудь придумает.

— У меня на сегодня запись. Три пациентки. Я не могу перенести приемы. У одной через неделю ЭКО, двум другим нужно назначить гормональные препараты. — Она трет виски.

— Давай договоримся. — Присаживаюсь на сиденье рядом. — Ты лучший врач клиники, все твои дела важные и срочные. С этим никто не спорит. Но на ближайшие пару дней ты вычеркиваешь себя из списка незаменимых.

— Марк, ты не понимаешь... — Лиза осекается и поднимает на меня покрасневшие глаза.

— Ты. Заменима, — произношу медленно, с паузами между словами.

Знаю, что неприятно. Совсем не комплимент. Однако без этой горькой пилюли нам не обойтись.

Во-первых, работать Лиза все равно не сможет. Чтобы понять это, не нужно быть экстрасенсом или мозгоправом. Такой растерянной и несчастной я не видел ее даже в злополучный вечер, когда люди Рогова устроили налет на квартиру.

Во-вторых, пока не решу все вопросы, Лизе и Глебу лучше быть вместе. И не на работе или в школе, а дома, под круглосуточной охраной.

— Я рехнусь от ожидания, — дрожащим голосом произносит Лиза. — Но ты прав. Из меня сейчас плохой врач.

— Это временно. — Хочется расцеловать ее за признание. — Скоро все будет, как и прежде.

Возможно, нужно сказать что-то еще. Оптимистичное, подбадривающее. К сожалению, времени на разговоры нет совсем. Как только Лиза переходит в машину Злотникова, я срываюсь за Глебом. Лишь когда привожу растерянного сына домой и закрываю все замки, берусь за дела.

Чтобы исключить очередную утечку информации, мы со Злотниковым запираемся прямо в домашнем кабинете.

По старой параноидальной привычке я включаю глушилку — нехитрую штуковину, которую девять лет назад подарил один майор. Вместе с Кириллом, в четыре глаза, мы перечитываем отчеты охраны за последний месяц. Сверяем телефонные звонки из офиса и номера Рогова. Договариваемся с местными чиновниками из архитектуры о планах земельных участков и зданий, принадлежащих его компании.

На все про все уходит не меньше пяти часов. К финалу от непривычки начинают болеть глаза. Цифры сливаются в ровные ряды крючков и палок. А после того как архитектура высылает планы, распечаток на столе становится так много, что лишние приходится скидывать на пол.

— Как я и говорил, работы минимум дней на десять. — Кирилл раскладывает на столе чертежи.

Три склада, два офисных здания, небольшие гаражи в разных районах города и одна фабрика. Он склоняется над столешницей и звонко цокает языком.

— И не думай, — качаю я головой. — Ты не успеешь проверить все объекты за два дня.

— Офисы можно исключить сразу. Места слишком людные, почти центр города. К тому же много камер. — Злотников убирает со стола ненужные планы и кучнее сдвигает листы с гаражами.

— Зато здесь не людно. — Кошусь на склады и фабрику.

— Есть у меня один человечек. Специалист по аэрофотосъемке. Везде полетать не успеет, но фабрику сможет взять на себя.

— Если девчонка уже там, съемка нам мало поможет.

— Хоть поймем, функционирует фабрика или нет. Работающая, она не сильно отличается от офиса. Хреновое место, чтобы прятать заложника. Кто-нибудь обязательно что-то услышит или увидит.

— Тогда склады и гаражи? — Я указываю на оставшиеся страницы.

После того как мы исключили офисы и фабрику, чертежей должно было стать меньше. Только стол все такой же — ни одного свободного места.

— Это неделя, — ставит новый срок Кирилл. — При самом лучшем раскладе, — невесело добавляет.

— Думаешь, у нас есть шанс на хороший расклад? — Я больше не смотрю на планы.

— Нет его. — Кирилл тоже отрывается от бумаг. — Я бы вообще не стал рассчитывать на обмен. Рогов не из тех, кто будет играть по правилам.

— Если со мной что-нибудь случится, девчонке тоже не жить.

Хреновая логическая цепочка, но, учитывая, с кем мы имеем дело, альтернатив нет.

— Да, живой заложник — это тюрьма. Вряд ли этот урод решится пойти по пути отца.

— Придется разделиться, — озвучиваю вывод, который напрашивался с самого начала. — Одна группа будет искать девчонку. Другая — со мной.

— Если мы не сможем вычислить крота, обе рискуют провалить свои задания.

— Тогда изолируй их. Пусть каждая думает, что она единственная. Никакой связи. Подписки о неразглашении. Разные локации для инструктажа.

— Предлагаете сыграть в наперстки живыми людьми? — мрачно хмыкает Кирилл.

— А у тебя есть идеи получше?

Бросаю взгляд на часы. С минуты на минуту должен прийти мой гость.

— Тогда два плана. Две группы. И начинать готовиться нужно прямо сейчас, — с явной неохотой соглашается Злотников.

— Лучше всего в офисе, — подтверждаю я.

«Подальше от Лизы и моего мальчика», — мысленно дополняю себя.

И словно знак, что нам действительно пора сворачиваться, на одном из экранов системы видеонаблюдения появляется хмурая рожа Хаванского.