Глава 38. Лунное отчаяние
Я лечу!
Не могу понять — это во сне или я действительно на деле летаю. Надеюсь, это не видно со стороны…
Так-таааак, интересно: а что видно со стороны???
…
Если думать на лунатизм — то это исключительно мое психическое состояние. и в таком случае я бы не перелетела бы реку, а я перелетаю и…
Значит, я на деле умею летать!
Просто не могу понять одного — я правда летаю или…
Или…
В голосе тревожно щелкает:
или я все-таки сошла с ума.
.***
— Нинель! Ленни!
Но детей нет.
— Нинееель...
Ору уже не стесняясь:
— Леееннииии...
Тихо.
— Дееетиии...
В ответ тишина.
…
Выхожу к воде, бреду вдоль полосы…
Детей нигде нет. Я даже не узнаю местность — не могу найти той дороги, которой мы шли к домику и обратно к реке.
И я не могу найти дорогу в дом. Я совершенно не знаю где он… как мы тогда его нашли…
Помню, шли вглубь леса, но в тот день я летала, так что…
Кричу, напрягаю горло так, что вот-вот связки сорвутся. Кричу как можно громче:
— Леееннииии!!!! Ниинеееель!!!
Но в ответ тишина.
Ни шороха, только скрип веток — на миг он обнадеживает, а потом… потом наступает черная полоса.
…
Моих детей нет.
Нигде. Как бы я ни кричала…
А вдруг все то, что было… речка-объятия-домик… ведь я в тот день летала…
Вдруг все это — просто мой бред???
…
… меня скручивает такой истошный вопль, что я обнимаю себя за бока, сгибаюсь и громко вою, глядя в реку.
Меня выворачивает.
Сгибает в бараний рог.
Я ору… Так истошно, так больно, как, наверное, могу только душевнобольные. Ну или мать, которая… потеряла своих детей.
***
В мозгу прокручиваю еще и еще — я их видела наяву, точно, неоспоримо!
Касалась, трогала, обнимала…
А вдруг мне это все показалось...
А с детьми….
…. слова встают в горле комом…
…. что-то не то?
Хватаю себя за бока, кусаю до крови губы и шепчу себе упрямое. Громкое, до лопания барабанной перепонки:
Нет, нет и нет!!!
!!!
Я найду детей, я…
В голову приходит — все считают меня сумасшедшей! А вдруг и правда с детьми что-то случилось, и я на этом пункте сошла с ума???
О, нет.
Губы немеют.
Немеет челюсть.
Я…
Я… действительно… схожу… с ума…
.***
Если бы увидеть хотя бы дядю... Спросить у него что происходит. Он единственный в этом мире может дать мне честный прямой ответ.
Оглядываюсь по сторонам в надежде, что он где-то рядом. Он должен быть рядом…
Ведь был же в прошлый раз!!!
…
Смотрю вправо, влево. Захожу в воду… Иду в лес…
И все не то!
Мне кажется, даже лес другой…
Я не узнаю тут ничего!!!
Как будто все… искусственное?
Как будто я попала в мультик или не в свое кино!!!
Кричу, выжигая из легких горячий воздух — он плавится в ночной прохладе. Губы меня не слушаются, челюсть едва двигается, крик получается натужным:
— Дяяяядяяяя….
Ору во всю глотку.
Были бы дети в порядке — давно бы ко мне вышли.
Но берег пустой, вокруг непроглядная тьма.
Оба раза я перелетала речку. Но... разве на деле такое возможно?
Разве можно на деле — ЛЕТАТЬ?
***
Медленно до меня начинает доходить...
Дядя, лунный свет...
Детей после побега я видела только ночью.
Слова Хелены и... лепет дочурки…
Меня бросает в пот.
Потом в дрожь.
Потом... скручивает так, что ноет живот и начинает казаться, что я сейчас просто сдохну. Упаду замертво…
И это будет наградой, чем жить без детей.
…
Но нет. Меня пробивает понос и я срочно лечу в кусты и... понимаю: значит, я — на деле существую, если хожу в туалет и у меня болит настоящий живот.
Но мозг тут же опровергает надежду на счастье: я-то есть, а вот дети...
— Лееенниии...
Кричу, выходя на берег.
— Доооочь...
Сажусь на бережок, обнимаю колени и до того становится жалко себя... прошлую и нынешнюю...
— Ну почему... почему у меня отбираешь самое ценное... в прошлой жизни не дал, а в этой — отобрал...
Отползаю к высокому дереву, ложусь на бок и решаю остаться тут. Никуда больше не уходить, не улетать — просто остаться тут на целую вечность.
А сложные подростки...
Они не пропадут.