Глава 13

Я бежала по улицам, не разбирая дороги. Слёзы застилали глаза, превращая неоновые вывески в размытые пятна. В висках стучала одна мысль, острая как осколок стекла: “Как он мог? Как я могла потерять голову?”

Телефон в сумке не умолкал — назойливая вибрация, словно пульс умирающей надежды. Марина, коллеги, незнакомые номера — весь мир, казалось, жаждал урвать кусок от моего позора. Я выключила его к чертям, чувствуя злое удовлетворение от этого маленького акта неповиновения судьбе.

Ноги сами принесли меня в какой-то парк. Я рухнула на скамейку, хватая ртом октябрьский воздух. Реальность обрушилась как цунами — беспощадная, сметающая всё на своём пути.

— Моя карьера… репутация… жизнь, — шептала в пустоту. — Всё разрушено.

— Надо же, какая встреча, Алисочка!

Знакомый голос, похожий на скрежет ржавых гвоздей по стеклу, заставил меня вздрогнуть.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с кошмаром из прошлого — Виктором Романовичем.

Мой бывший босс стоял, засунув руки в карманы дорогого пальто, и улыбался той самой улыбкой, от которой у меня всегда сводило желудок в рвотных позывах.

Что этот хрыч тут делает?!

— Какого дьявола вам нужно? — процедила я, вскакивая со скамейки. Адреналин прогнал остатки слабости.

Он рассмеялся — сухим, каркающим смехом:

— О, просто мимо проезжал, случайно увидел, и… захотел поздравить с успехом. Ты действительно пошла вверх по карьерной лестнице, милая. Или, точнее, по постелям?

— Пошёл к чёрту! — я развернулась, чтобы уйти, но его следующие слова пригвоздили меня к месту.

— Ну-ну, не стоит грубить тому, кто может тебе помочь, — сделал шаг ближе, и я почувствовала тошнотворный запах его одеколона. — Особенно в твоём… деликатном положении.

Я медленно повернулась:

— О чём ты?

— Я могу всё исправить, дорогуша, — его глаза блеснули как у хищника, почуявшего добычу. — Сделать так, чтобы этот неприятный скандал просто… испарился. У меня есть связи в прессе, знаешь ли.

— И что ты хочешь взамен?

Я уже знала ответ, но какая-то часть меня хотела услышать это вслух.

Улыбка Виктора стала шире, обнажая идеально белые зубы — акулья ухмылка в человеческом обличье:

— То, что ты мне задолжала, Алисочка. Одна ночь — и все проблемы испарятся как дым. Как тебе такая сделка?

Желчь подступила к горлу. В голове промелькнули воспоминания — его руки на моём бедре, липкий шёпот, унизительное бегство…

— Ты омерзителен, — выплюнула я.

— А ты в отчаянном положении, — пожал плечами с деланным равнодушием. — Кто знает, может, в этот раз ты будешь умнее? Подумай об этом, деточка. У тебя есть мой номер.

Развернувшись, он ушёл, оставив меня в полном смятении.

Взгляд упал на газетный киоск, и реальность снова ударила под дых. Моё лицо пестрело на каждой обложке — крупные планы, размытые снимки через окно, интимные кадры с яхты:

"Новая игрушка Дорохова", "Сколько стоит секс тур с миллиардером?", "Эскортница под видом секретарши" — заголовки кричали о моём позоре, смакуя каждую деталь.

Я пулей скупила все газеты, какие смогла найти. Продавщица смотрела на меня со смесью жалости и презрения — узнала. Теперь меня будут узнавать все, чёрт побери!

В своей квартире заперлась в ванной — единственном месте, где чувствовала себя в безопасности. Включила воду на полную мощность, пытаясь заглушить всхлипы. Листала страницы, вчитываясь в каждое слово, каждый намёк.

И вдруг замерла.

На одном из снимков, где мы с Максимом целовались на палубе, на заднем плане мелькнула деталь — татуировка на руке фотографа. Морской узел, переплетённый с якорем…

— Боже мой, — ощутила, как по спине пробегает ледяной холодок. — Сергей…

Капитан. Предатель. Он не просто пытался потопить яхту — он следил за нами, документировал каждый момент.

Быстро выключила включила телефон.

Сотни уведомлений обрушились лавиной — пропущенные звонки, сообщения, письма. Игнорируя всё, набрала номер Максима.

Ответил спустя две секунды.

— Алиса?!!! — прокричал в динамик надломлено, с нотками отчаянной надежды.

— Это был Сергей! Он сделал эти фотографии. Я узнала его татуировку на снимке.

— Ты уверена?

— Абсолютно. Морской узел с якорем — такая же, как у него на правом предплечье. Помнишь, мы ещё обсуждали её значение?

В трубке повисла тяжёлая пауза.

— Он знает больше, чем мы думаем.

— Чёрт, — выдохнул шумно. — Всё складывается. Встретимся в моём офисе через час. Только… будь осторожна. За тобой могут следить.

Я приняла обжигающий душ, смывая слёзы и остатки утреннего макияжа. Быстро оделась, выбрав самый неприметный костюм. В такси сердце колотилось как сумасшедшее — каждый встречный автомобиль казался слежкой, каждый прохожий — потенциальной угрозой.

Офис Максима напоминал осаждённую крепость. У входа толпились журналисты с камерами, как стервятники в ожидании свежего мяса. Я проскользнула через служебный вход, благодаря небеса за то, что они, вроде бы, меня не заметили.

Максим ждал в кабинете. Он выглядел измождённым — галстук съехал набок, на лице — застывшая тревога.