Глава 20

В этот момент к нам подошёл врач — немолодой мужчина в робе:

— Нам нужно доставить вас в больницу. Необходимо провести полное обследование.

Я вцепилась в руку Максима:

— Я не хочу одна…

— Мы поедем вместе, — он поцеловал мои пальцы. — Я больше никуда тебя не отпущу.

В машине скорой помощи, под мерное гудение мотора и писк медицинского оборудования, реальность начала казаться более осязаемой. Максим держал мою руку, его большой палец выводил успокаивающие круги на моей ладони.

— Расскажи мне, — попросила я. — Всё с самого начала. Как давно ты знал, что Игорь жив?

Максим тяжело вздохнул:

— Первые подозрения появились полгода назад. Странные движения по счетам, утечки информации, которые мог организовать только человек, знающий компанию изнутри…

— А видео? То, где ты… — я не могла заставить себя произнести те жестокие слова.

— Игорь прислал письмо, — его пальцы сжались сильнее. — С фотографиями. Тебя, выходящей из дома, идущей на работу… Он угрожал убить тебя, если я не соглашусь на его условия.

— Какие условия?

— Публично отказаться от тебя. Заставить тебя возненавидеть меня настолько, чтобы ты сбежала. Он хотел… — Максим сглотнул, — хотел, чтобы ты была уязвима. Одинока. Чтобы стала лёгкой добычей.

— И ты согласился разыграть этот спектакль? — горечь снова подступила к горлу.

— Это было единственным способом тебя защитить. Я знал, что если откажусь, он убьёт тебя просто назло мне. А так… так у нас был шанс поймать его.

— Но почему ты не рассказал мне?

— Потому что ты ужасная актриса, малыш, — он слабо улыбнулся. — Твои глаза всегда выдают твои чувства. Игорь следил за каждым твоим движением. Один неверный взгляд, одна фальшивая нота — и весь план рухнул бы.

Я хотела ответить, но в этот момент машина остановилась у приёмного покоя больницы.

Мысль о том, чтобы снова оказаться одной, вызывала у меня приступ паники.

В больничной палате, лежа на соседних кроватях, мы наконец-то смогли немного расслабиться. Я повернула голову, чтобы посмотреть на Максима. Он уже спал, измученный событиями дня.

Я изучала его лицо, каждую черточку, каждый синяк и царапину. Мое сердце переполнялось любовью и благодарностью.

Закрывая глаза, я знала, что кошмары еще долго будут преследовать меня. Образы Игоря, звук выстрелов, запах горящей машины — всё это останется со мной на долгие годы.

Но глядя на спящего Максима, я чувствовала странное спокойствие.

С этой мыслью я наконец-то позволила себе заснуть, зная, что когда проснусь, Максим будет рядом. И это было все, что мне нужно.

* * *

Больничный свет резал глаза неестественной белизной. Я моргала, пытаясь сфокусировать взгляд, но реальность всё ещё казалась размытой по краям. Каждый вдох отдавался болью в рёбрах — память о нашем безумном побеге.

Максим сидел рядом, не отпуская мою руку. Его лицо представляло собой живописную карту синяков и ссадин, но глаза… Боже, его глаза светились такой нежностью, что перехватывало дыхание.

— Как ты? — он наклонился ближе, заметив, что я очнулась.

— Как будто станцевала танго с бетономешалкой, — попыталась пошутить я, но разбитые губы тут же отозвались острой болью.

— А я чувствую себя так, словно проиграл бой Майку Тайсону, — его пальцы нежно поглаживали мою ладонь. — Но мы живы. Благодаря тебе, между прочим.

— Максим… — я сглотнула комок в горле. — Я думала, что потеряла тебя. Когда машина взорвалась, когда я увидела это пламя… — голос сорвался.

— Эй, — он прервал мой поток паники, нежно касаясь щеки. — Я здесь. Мы оба здесь. И теперь всё будет хорошо.

Я хотела верить ему. Всем сердцем хотела. Но страх, поселившийся где-то под рёбрами, никак не хотел отпускать:

— А Игорь?

Лицо Максима помрачнело:

— Он мёртв. Скончался в реанимации, так и не придя в сознание…

Волна облегчения накрыла меня с головой, а следом — острый укол стыда. Когда я успела стать человеком, который радуется чужой смерти? Кем я стала за эти безумные дни? Впрочем, Игорь это заслужил.

— Что теперь? — спросила я, пытаясь отогнать мрачные мысли.

Максим вздохнул, проводя рукой по взъерошенным волосам:

— Полиция, пресса, журналисты — все хотят комментариев. Но это подождёт. Сейчас главное — твоё здоровье.

— Нет, — я сжала его руку крепче. — Нам нужно поговорить. О нас. О том, что между нами происходит.

Тревога мелькнула в его глазах:

— Я слушаю.

Собрав всю свою храбрость, я выдохнула:

— Максим, я люблю тебя. И это чувство… оно пугает меня до чёртиков. Пугает своей силой, своей неотвратимостью.

— Алиса… — начал он, но я покачала головой.

— Дай мне договорить. Пожалуйста. Ты ворвался в мою жизнь как ураган, перевернул всё с ног на голову. До тебя всё было просто — работа, карьера, планы на будущее. А теперь… Теперь я не знаю, смогу ли снова быть прежней. И смогу ли я вписаться в твой мир — мир яхт, частных самолётов и смертельных интриг.

Слёзы предательски защипали глаза:

— Я боюсь, что однажды проснусь и пойму — это была ошибка. Что мы слишком разные. Что я просто девочка из среднего класса, возомнившая себя Золушкой…

Максим молчал так долго, что моё сердце начало сжиматься от паники. А потом… он рассмеялся. Тихо, хрипло, но искренне.

— Ты невероятная, — прошептал он, глядя на меня с таким восхищением, что перехватило дыхание. — Самая храбрая, самая удивительная женщина из всех, кого я встречал. Ты не просто создана для моего мира, Алиса. Ты и есть мой мир.

— Что ты… — начала я, но замерла, увидев, как он достаёт из кармана маленькую бархатную коробочку.

— Я бы хотел сделать это на закате, на яхте, с шампанским и цветами… Но к чёрту пафос. Мы чуть не умерли сегодня, и я больше не хочу тратить ни минуты.

В свете больничных ламп бриллиант вспыхнул тысячей искр.

— Ты выйдешь за меня замуж?