Глава 25. Маленькая ошибка приведет к большой беде

Глава 25. Маленькая ошибка приведет к большой беде

Демид

Болела каждая мышца. Все тело словно отбивная, и мне дико нравилось это состояние. Чем больше процент износа меня, тем меньше мыслей в голове, больше уверенности.

Я сидел в пустой полутемной раздевалке, после бесконечного дня тренировок и спаррингов. Процент повреждения тела составлял около тридцати процентов. В последний спарринг с Илаем я жестко потянул плечо, пришлось Остапу колоть анальгетик, иначе работать я не мог. И сейчас, спустя три часа, я чувствовал отголоски той ноющей боли, и думал о том, что мне чертовски это нравится. Чувствовать, терпеть, знать, куда я иду.

Я понимаю, что впереди у меня много работы, и что мое тело давно уже не в том состоянии, чтобы я мог быть уверен в победе. Но я знаю, что она будет моей.

Протянул ладонь и посмотрел на перетянутую бинтами кисть. Улыбнулся, вспоминая, как Белка старательно наматывала их перед боем. Маленькая, шустрая заноза... Кто бы мог подумать, что меня так повернет на ней? Кто бы мог сказать, что та самая девчонка из моего детства, что вечно вилась за мной хвостом, станет той, кто вытянет меня со дна. Кто даст сил подняться и начать жить, после того, как я все потерял?

Я давно уже потерялся. Намного раньше маминой смерти. После предательства Миры, думал, сдохну. Казалось, никогда не отпустит, никогда не прощу. Ненавидел все, что чувствовал, ненавидел себя, считая гребаным слабаком. Решил, что мне это нахрен не надо: отошения, верность и любовь. Был уверен, что без этого я стану сильнее, и никто не сможет сделать мне больно.

Так, бл*ть, и жил. Опускался все ниже, в бессмысленной веренице случайного секса и женских тел. А когда оказался на самом дне, то ее запах — первое, что выдернуло меня, вернуло к жизни.

Маленькая запуганная девчонка, та с которой я вел себя как мудак. Пришла в пустую квартиру и отдала мне все. Все, что у нее было. Та ночь, когда Белка пришла ко мне, чтобы вылечить, изменила меня.

Она делала все с такой легкостью и незатейливостью. Так просто забралась под одеяло и обняла, отдавая свое тепло... именно в тот момент меня словно обухом по башке шарахнуло.

Она уснула, а я долго смотрел на нее в темноте. Лежал, и сам себя не понимал, не верил собственным чувствам.

Девчонка, бегающая хвостиком за старшей сестрой. Мелкая, серая мышка, превратившаяся в прекрасного лебедя. В ту ночь, я словно впервые видел ее, смотрел другими глазами.

Странное чувство поразило меня. Словно не знал ее, и в то же время, она ведь совсем не изменилась. Тот же немного курносый носик, те же веснушки, и губы, улыбку которых я помню как свою. Раньше казалось, что она похожа на Миру. Когда нас обстреляли в магазине, и я сорвал с нее майку, увидел родинку на спине. Точно такую, как у Миры. Взбесился тогда, думал, снова по ней накрыло. Херово так стало... Злился на Белку. А потом понял, что накрыло меня не поэтому. В тот момент, когда собой ее закрыл от пуль, уже тогда понял, насколько она мне нужна. Да и всегда была важна она, Белка, а не Мира. Ее смех, ее вечная забота по бездомным животным и постоянное желание защитить слабых. Умилялся всегда ее нескончаемой доброте и жизнерадостности. Лию никогда особо не баловали родные. Мира – была центром вселенной, а Белка, так, на вторых ролях. Точно Золушка из сказки – убрать, приготовить, решить все проблемы сестры. И ведь дурак, в упор не замечал самого очевидного. Мира всегда была холодной стервой, и я думал, что любил ее. На самом деле, в сердце всегда была мелкая заноза. Всегда была она. А я воспринимал ее как младшую сестренку.

В ту ночь я лежал рядом с ней, после недавнего жара, смотрел на спящую Белку и чувствовал, как под ребрами щемит. Давно забытое чувство, заставляющее ощущать себя живым...

Я вдруг понял, что эта девчонка дороже вселенной. Она стала той, на кого я готов смотреть вечность. Кого хочу оберегать, хочу чувствовать рядом. Слышать ее смех звонкий, кутать ее в объятия, потому что она мерзлячка, и греть ее ледяные ладони, растирая в своих.

В раздевалке зажегся свет, заставляя поморщиться. Протянув руку, поймал бутылку с водой, которую в меня бросил Варламов.

Лука стер полотенцем пот с лица, опустился рядом.

— У тебя партер хромает. Как только он уложит тебя, считай, проиграл.

Отхлебнул пару глотков, улыбнулся.

— Ты думаешь, я позволю какому-то мудаку уложить себя? Чувак, я из этого зала не выйду до самого боя. Лягу на татами, но в воскресенье, бой будет моим.

Варламов посмотрел на меня исподлобья.

— Не знаю, что за муха тебя укусила, но, оставайся таким, Огинский, и мы с тобой мир свернем.

Улыбнулся, пожав ему руку, попрощался с ним. Завтра к шести снова в зал, а сейчас домой. Увидеть ее хочу, соскучился, до трясучки.

Весь день без связи с ней. Оставил на Мирона снова, теперь дергаюсь... Не могу спокойно сидеть, пока Белка не со мной.

Достал из сумки телефон. Ни одного пропущенного. Напрягся. Обычно она звонит или пишет, а тут тишина. Набрал ее номер... вне зоны доступа.

Что за херня? Вены скрутило тревогой.

Нашел в справочнике номер Мирона. Тот взял трубку с третьего гудка.

— Мир, где Белка? Ты отвез ее домой?

В ответ тишина. И с каждой пройденной секундой удавка на моей шее затягивалась все туже.

— Слушай, брат... тут такое дело...

* * *

Я не верил ни единому его слову. Я послал его к черту, когда Мир заявил, что Белка у Исая дома. Этого просто не может быть! Не позвонила, ничего не сказала. Знает ведь, что это значит для меня...

Гнал под двести. Выжимал из тачки все до капли. Внутри столько злости, что разрывало на куски. Пока не увижу ее, не прижму к себе, не успокоюсь. Нахуй весь мир, а тем более Гессов. Если слова Мира окажутся правдой, я ему глотку вырву. Просто нахрен раздавлю, чтобы больше не смел тянуть к ней свои грязные руки.

Я ни хрена не понял из того, что сказал Мир. Какая—то подстава в клубе с камнями. Злился, потому что ни он, ни Белка даже не позвонили. Пока ее там щемили, я ни черта не знал!

Твою мать! Понимал же, что нужно заканчивать с клубом. Не зря утягивал ее подальше от Гессов. Не место ей там! Знал ведь, что эти стервы не успокоятся, продолжат портить Белке жизнь. Что Вика, что Тая – наглые сучки, готовые разорвать на куски девчонку. Просто за то, что перешла им дорогу.

— Бл*ть! – саданул по рулю. И зачем слушал Белку? Нужно было сразу Исая послать. Бабки он ей занял? Знаю я его дела добрые. На крючок сажает, превращая в свою собачонку.

Внутри все спиралью скрутило, так что не выдохнуть. Зачем Исай забрал ее к себе? Есть пара догадок, и от каждой из них вены крутит злостью. Неужели он воспользовался ситуацией, чтобы меня нагнуть?! Черт, знал же, что не чисто тут. Удивился еще, когда Исай так быстро отпустил меня. Всего одно совместное дело и свобода.

Засмеялся горько, растирая устало ладонью лицо. Понадеялся на его совесть. Зря надеялся. У таких, как Гесс только жажда наживы и собственный эгоизм.

Подъехав к дому, резко затормозил у ворот. Выбежал из тачки, даже не заглушив мотор. Ворота закрыты наглухо. Толкнул дверь, она поддалась. Прошел внутрь и тут же навстречу со стороны дома вышел Исай. По движению его руки за спиной, понял, что он взял с собой ствол.

— Где она? — взрываюсь, буквально подлетая к нему.

Он смотрит на меня свысока. Уверенный в своем превосходстве. Будто уже знает, что сделал меня.

— Мне казалось, ты вернулся в спорт, закончив наше общение. Что-то случилось? — ухмыляется, изучая меня скучающим взглядом.

Внутри гудит все. Из последних сил держу себя в руках.

— Я спрашиваю, где она?

— Не понимаю о чем ты, Огинский...

Замечаю мелькнувшую за его спиной темную фигурку. Из дверей дома выходит Белка. Смотрит на меня испуганно, обнимая себя за плечи. Ст о ит увидеть ее, срываюсь навстречу. И только когда сгребаю в объятия, и зарываюсь носом в волосы, немного попускает. Наконец-то чувствую, вижу, знаю, она в порядке. Все хорошо. Что бы ни случилось, мы разберемся с этим, но потом. Сейчас я хочу забрать ее отсюда. Увезти как можно дальше от этого места. Спрятать ее от всех посторонних глаз.

— Поехали, — схватив за руку, веду к калитке. Передо мной вдруг появляется Исай. Гесс перегораживает нам путь.

— Съ*бись, по-хорошему прошу.

Его наглая улыбка срывает последние клеммы. Сжимаю ладонь Белки, цепляясь за остатки разумного. Не хочу пугать ее.

— Она не уйдет, — заявляет уверенно. — А ты можешь идти, Демид. Я же отпустил тебя на свободу, и держу слово. Ты теперь законопослушный гражданин, так иди, тренируйся, кушай по расписанию. Лия останется здесь.

С губ рвется смешок.

— С хера ли ты так решил?

Исай опускает на нее взгляд, и мне не нравится послушное молчание Белки.

— Потому что она в деле, Демид. И ты знаешь правила, новички до дела остаются в этом доме. Мне утечка не нужна...

Его слова как гребаный удар под дых.

— Что бл*ть?!

Резко дергаю ее за руку, пряча за спиной. Приближаюсь к нему вплотную. Если он хоть слово еще ляпнет, я его на куски разорву.

— Че ты сейчас сказал?! Что ты имел в виду?!

Смотрит на меня так лениво, сукин сын.

— А ты у нее спроси. Она взрослая девочка, сама приняла решение. Кончай истерить, Огинский, я начинаю терять терпение.

И в этот момент до меня наконец доходит. Внутри все полыхает огнем. Я знаю уже сейчас, что бы там ни было, я не дам втянуть Белку в это дерьмо. Я не позволю им и пальцем ее тронуть. Я пойду против них, и не важно, что будет дальше. Мне просто нужно знать, что я не один. Важно понимать, что она со мной. Всего один теплый взгляд от нее или тихое: «Помоги. Дема, я с тобой». И, видит Бог, ради этой фразы я мир переверну вверх дном.

Но когда я оборачиваюсь к ней, внутри меня что—то ломается. Словно удар под колено, в момент лишающий меня равновесия. Ее глаза пусты. Лия смотрит на меня так, словно я тут лишний, будто вдруг стал чужим. Холодная, красивая, чужая девочка. Она вырывает свою ладонь из моей, отходя на несколько шагов назад.

— Прости, Демид. Я потом тебе все объясню, но сейчас я останусь с Исаем.

Лия

Каждое слово наждачкой по горлу. Ненавижу себя за боль, что вспыхивает в его глазах. Разочарован, ведь я только что предала его. Также как когда—то это сделала Мира.

Стоит, словно вкопанный. Губы в тонкую линию сжаты, брови насуплены, а скулы напряженные, будто камень. И ведь знаю, что не простит мне, что отвернется сейчас и уйдет. И я все сделаю, чтобы так и было.

— Раз мы разобрались, выход найдешь сам, — раздается голос Исая. Поднимаю глаза к Гессу. Ненавижу его за эту жестокость и эгоизм. Победил ведь уже, обыграл всех, так к чему продолжает измываться над ним?

Дема оборачивается резко. Исай замирает, и, судя по его напряженному взгляду, чувствует опасность от Огинского.

— Нах*й ты это делаешь, Исай? — Дема наступает на него. А когда приближается вплотную, упирается лбом в его. Я слышу рычание, срывающееся с губ Огинского, и мне страшно представить, что сейчас может произойти.

— Делаю что?

Исай остается абсолютно спокойным. И это злит Демида еще больше.

— Не делай вид, что ты не вкуриваешь! Ты прекрасно знаешь мое отношение к этой девчонке. Зачем ты это сделал?! Указать мне мое место?!

С губ Исая срывается смешок.

— Я не понимаю, о чем ты, Дема. У девчонки проблемы, я решил помочь. Или ты будешь ругать меня за то, что я дал ей бабла на смертельно больную сестру?

Я не верю своим ушам! По спине пробегает омерзительный, липкий панический ужас. Я буквально чувствую, как он пересчитывает каждый мой позвонок, пробираясь в нервную систему, парализуя, лишая возможности дышать.

Демид оборачивается ко мне, и от его взгляда мороз по коже.

— Смертельно больную, что?

В глазах слезы, и я понимаю, что это конец. Он обещал! Он давал слово, что Демид не узнает!

— Исай! — вскрикиваю испуганно.

Гесс делает вид, будто и не слышит меня.

— А ты не знал? Ну так может стоит покопаться в себе, Дем, и понять почему девочка так и не смогла довериться тебе?

— Сука! – рычит Дема, срываясь к Гессу.

Не помня себя от ужаса, мчусь к нему. Схватившись за его плечи, пытаюсь оттащить.

— Нет, Дем, пожалуйста, не делай это!

Останавливается, замирая. Мои руки все еще на нем. Он такой напряженный, будто камень. Огинский оборачивается, скидывая с себя мою ладонь.

— О чем он говорит? – рычит, наступая на меня. В глазах тьма непроходимая. — Скажи, что это вранье! Скажи!

Я не могу. Теперь не могу врать. Подбородок дрожит, а в глазах слезы. Он читает все по глазам, ему даже отвечать не нужно. Демка кривится так, словно я ему только что нож в грудь вонзила.

— Мира больна? — голос хриплый такой, ломаный.

Хочу ответить. Но поперек горла ком, не дает и слова вымолвить. Вижу, как сжимаются желваки на его лице.

— Давно?

— Полгода...

И этот срок как приговор, как чертовое пожизненное для наших отношений. Читаю в его глазах разочарование. В его мыслях больше не будет места для меня... Теперь она нуждается в нем...

Он делает шаг, преодолевая расстояние между нами до нуля. В его карих глазах больше нет нежности и тепла. Холод. Такой, что зубы сводит.

— Что у нее?

— Рак желудка. Здесь отказались от нее, Мира сейчас в клинике в Германии, с мамой, идет на поправку...

Он кивает, сжимая ладонями виски. Отходит на шаг. Исай все еще рядом, а мне нет до него дела, ни до кого нет. Я смотрю на его высокую чуть сгорбленную спину, смотрю на то, как он убивает себя, как убивается по ней, а у самой душа плавится в огне.

— Демид..

Он оборачивается. Смотрит на меня словно я для него теперь никто.

— Ты сказала о ней всем.. всем бл*ть, кроме меня. Неужели я не заслужил знать правды?

Удавкой на шее его боль.

— Ты не понимаешь...

Не дает договорить .Резко приблизившись, замирает у лица.

— Не понимаю и не пойму, Белка! Никогда не пойму!

Скривившись, отстраняется.

— Дай мне обьяснить!

— Нахрен все! Просто не хочу даже говорить, — устало проводит ладонью по лицу. – Дай мне ее номер, на этом все. Больше я не хочу ничего слышать.

Внутри меня стянутая до предела спираль. От этой боли не могу вдохнуть. Просто киваю, и тянусь к телефону, который мне несколько минут назад вернул Исай. Дрожащими пальцами набираю номер ее телефона, и, то и дело смахивая с глаз упрямые слезы, отправляю сообщением Демиду.

— Все.

Кивает в ответ. И больше слова не промолвив, срывается к выходу. Исай перегораживает ему путь.

— Переживаешь за нее? Идем на дело вместе. За последний год ты стал незаменимой частью команды, и сейчас мы нуждаемся в тебе.

Демид осекает его взглядом.

— Пошел ты! – задев его плечом, продолжает идти.

Я смотрю ему в след, умирая с каждой пройденной секундой. Слезы застилают глаза, и теперь он лишь размытое темное пятно. Все, что осталось для меня...

— Вот поэтому и не сказала тебе, — шепчу, не сводя с него глаз. — Не потому что хранила ее тайну. Потому что боялась, Дем, в глубине души боялась и презирала себя за этот страх. Я знала, если узнаешь о ней, снова выберешь не меня. И ведь сейчас ты опять идешь к ней...

Почувствовала как на плечи опустилось что—то теплое. Исай накинул куртку.

—Ты сделала правильный выбор.

С губ сорвался смешок. Я задрожала от холода.

— Ты ужасный эгоист, Исай. Пользуешься людьми в своих целях.

Он молчит. Только взгляд ег задумчивый скользит по моему лицу. А у меня внутри пустота...

— А сейчас поняла, что я такая же... Я должна была сказать ему о болезни. Должна была признаться. А я наслаждалась тем, что он мой, — засмеялась. – И ведь знала, что нечестно с моей стороны... пока сестра борется за жизнь, я забрала ее парня...

Исай опустил ладонь на мое плечо.

— между нами намого больше общего, чем ты думаешь, крылышко, — проговорил с ухмылкой.

Я подняла на него глаза, и мне вдруг стало противно.

— Для меня больше нет ничего теплого к тебе. Как только я выполню свои условия, надеюсь, больше не увижу тебя.

Отворачиваюсь, но его ладонь вдруг ложится на мой затылок, крепко сжимая его. Исай заставляет снова посмотреть ему в глаза.

— Не давай невыполнимых обещаний, крылышко. Ты сама не захочешь уходить, поверь. Сейчас ты сделала верный выбор.

Выпустив меня, он направляется в дом. А я все стою, и смотрю на закрытые ворота. Он больше не придет, и я больше не увижу его. Я сама во всем виновата, нет смысла плакать и пенять на судьбу.

Несколькими часами ранее

События, происходящие в клубе

— Что я должна буду сделать, Исай?

Он неспешно наполнил бокалы виски, протянув один мне. Знала, что бесполезно отказываться. Пока не добьется своего, не отстанет. Сделала вид, словно пью спиртное, смочив в нем губы.

— Ты должна будешь отвлечь Олега.

Олег – наш постоянный клиент. Тот самый, что не дает мне прохода... Слова Исая удивили меня.

— Отвлечь, это значит?

— Значит сделать вид, будто хочешь развлечься с ним. Вывести в кабинет, и нажать комбинацию клавиш на панели у стола. Дальше говоришь, что тебе плохо, и сматываешься от него. Остальное делают парни.

Он выглядел таким расслабленным, словно просит меня о чем—то незначительном. К примеру, сходить в магазин за пачкой сигарет. Но даже представить себе не могу, как я это проверну. Соблазнять мужчин – точно не мое призвание. Да и все может пойти не по плану. А вдруг он доведет дело до конца?!

— Нет, я не смогу. Прости, Исай..— резко оставив бока, поднимаюсь из—за стола.

Как бы мне ни было жалко Соню, я не могу пойти на это. В конце концов, девушка готова была подставить меня.

— На прошлом деле мы подняли хорошую сумму, — останавливает меня голос Исая.

— Отвезти сумку в укромное место, было поручено Демиду. Он это сделал, положил ее в сейф, в клубе. Огинский должен был дождаться Мира и отдать ему ключ. Но Демид так куда-то спешил, что решил забить на правила и отдал его Тае. Именно тогда она воспользовалась моментом, чтобы забрать камни и подставить тебя. По сути, за Демидом косяк. Он должен мне, и должен ответить за свои поступки, чтобы никому из парней не пришло в голову, вести себя подобным образом.

По спине пробежал озноб.

— Что ты с ним сделаешь?

Исай задумчиво покрутил в руках бокал.

— Для начала подниму на нем бабки. Десять боев без правил, заставлю в последнем лечь, чтобы поднять хороший куш. А потом еще пару дел... может, тогда отпущу с миром.

Я смотрела на него, и понять не могла, что я находила в нем такого? Что заставило меня когда—то решить, будто Исай хороший человек?

— Ты ублюдок, — в глазах застыли слезы.

Исай сделал вид, словно не услышал моих слов.

— Через несколько дней нас ждет сложное дело. Я готовился к нему полгода, и из—за того что Демид так не вовремя слился, у меня могут быть проблемы. К тому же, Элис сейчас нездорова.. сестра не может взять на себя эту роль. А тебе я доверяю. Знаю, ты не подведешь, у тебя ведь есть мотивация, да?

Он мстил. За то, что выбрала Демку. Исай не умеет проигрывать. Он добивается своего любыми способами, и теперь я это поняла.

— Почему именно я? Тая была бы счастлива помочь тебе.

Исай скривился.

— Олегу похуй на Таю. Он хочет тебя. И сделает все, чтобы получить желаемое. Тебе придется просто подыграть, Лия.

Он поднимается из-за стола и подходит ко мне. Его пальцы касаются моих скул.

— Ты ведь не думаешь, что я позволю кому—то навредить тебе? Парни будут рядом, и если он только попробует сделать что—то, ему конец, Лия.

Его взгляд скользил по моему лицу. С жадностью, с каким—то одичавшим голодом.

— Я думала, нравлюсь тебе. Думала...

Исай улыбнулся. Провел подушечкой большого пальца по моим губам.

— Все так и есть, крылышко. Ты просто должна увидеть мир незамутненным взглядом, без розовых очков принцессы.

У меня не было другого выхода. Я не могла позволит Исаю сломать Демке жизнь. Не могла позволить ему лишить его будущего и мечты.

— Я сделаю это. Но у меня есть условие, Исай. Демид не должен ничего знать.

Исай пожал плечами.

— Как скажешь.

Конец первого тома

Продолжение следует...

П.С. От автора.

Дорогие девочки, наконец-то подошел к концу первый том истории! Как по мне, он оказался богатым на эмоции и события, несмотря на то, что сцен 18+ мы пока так и не увидели) Но, во втором, заключительном томе их будет много! И события станут развиваться еще стремительнее!

Второй том будет называться "Ты мой дом". Беру несколько дней в запас на подготовку, и в понедельник будем стартовать! Спасибо, что вы были со мной и с ребятами на протяжении истории! Спасибо, что остаетесь вместе с нами! Всех крепко обнимаю, и жду вас уже во втором томе=) Ваша Виолетта Р.=)