Глава девятая. Вопросы в моей голове

Хлопая ртом, как рыба, я наблюдала, как Алиссу уводили под конвоем. – Не переживай за меня, – проговорила она на прощание. – И помни, что я тебе сказала. Кириан встал рядом со мной. – Довольна встречей? – поинтересовался он. Я бы ему высказала, что из-за него Алиссе теперь предстоит ужасное. Как она переживет поползновения лорда Гексли? Конечно, она говорила про то, что надо выжить любой ценой. Но справится ли она? На душе щемило, но, помня вспышку лорда сегодня утром, я лишь смиренно опустила голову: – Да, благодарю. Если Кириан и услышал в моем голосе неискренность, виду не подал. – Тогда по коням. Переход предстоит долгий. Когда мы вернулись к шатру, все уже было погружено в телегу. Меня не переставало удивлять, как быстро и ловко ангорцы собирали и разбирали лагерь. Наверное, только так и можно переместить огромную массу людей на такое расстояние. Моя Снежинка тоже была готова. Кириан помог мне забраться в седло, и мы тронулись в путь. Ехали молча, и я могла остаться наедине со своими мыслями. То, что Алисса сказала про Люка, как ни странно, подарило мне чувство облегчения. Это было очень похоже на правду. Если всё, что он испытывал ко мне, – это желание не упустить своего, то и мне можно было не считать себя виноватой за ту сумятицу, которую вызвал во мне Алтимор. Но вот о том, что чуть не случилось в пещере, мне очень хотелось хоть с кем-нибудь поговорить. Раньше я всегда приходила со своим душевным раздраем к Алиссе, и она умела вернуть меня на землю. Ну или хотя бы попытаться, как все эти годы с Люком. Только сейчас было иначе. Алисса бы меня не поняла. Да и я сама себя не понимаю. Алтимор – мой враг в куда большей степени, чем Кириан. И всё же я не могла перестать о нем думать. Долина горной реки, вдоль которой мы следовали, становилась уже. Под копытами теперь хрустел снег. Небо над головой заволокло беленой пеленой, и стало так холодно, что хотелось спрятать и лицо под меховым плащом. На следующий день после нашего разговора я увидела Алиссу рядом с лордом Гексли. На ней был теплый меховой тулуп с барского плеча, и выглядела она куда свежее и жизнерадостнее. Они ехали рядышком, и лорд с довольным видом что-то рассказывал. А сестра заливисто хохотала. Сколько лет я знаю Алиссу, никогда не слышала настолько фальшивого смеха. Лорда Гексли, впрочем, это ничуть не смущало, а наоборот, воодушевляло продолжать травить байки. – У тебя умная сестра, – заметил Кириан, тоже глядя на них. – Но я предпочитаю честных. Честных… Была ли я с ним честной? Лорд не просил рассказать, что было в пещере. О том, как именно мы выбрались, он узнал от принца. А вот что было до того… Я глубоко вдохнула, надеясь, что мое лицо меня не выдало. Пора уже прекращать об этом думать, а не то Кириан непременно заподозрит неладное. Между тем сам Алтимор, как обычно, ехал во главе процессии. С ним не было спутницы, и он предпочитал общаться с генералами. Разок я даже видела его беседующим с полковником Ханниганом, от которого у меня до сих пор бежали мурашки. К нам с Кирианом принц почти не обращался, а если и случалось, то меня игнорировал. Смотрел исключительно на лорда или, на худой конец, куда-то в сторону. А меня для него словно не существовало. От обиды на душе ныло. Хотя я и пыталась убедить себя, что Алтимор прав. Он не хочет давать даже повода для ссоры с дядей. Может, и сам жалеет о том, что делал в пещере. Да, вероятно, жалеет. Но всё же мне так хотелось поймать его взгляд. Не смотри на него, напоминала я себе. Кириан мог заметить. Не смотри. Не знаю, насколько хорошо у меня получалось, потому что нет-нет, а я все-таки поглядывала. Ничего не могла поделать. Чтобы отвлечься, рассматривала горы. Некогда широкая долина ужалась в тонкую полоску, а река превратилась в ручей. По обе стороны ледяными стенами стояли скалы. Теперь в один ряд могли ехать лишь двое-трое человек или одна телега. У телег заменили колеса на полозья, это помогало ехать по снегу, но я всё равно не представляла, как будет дальше. Оставалось благодарить богов и Кириана за то, что я была верхом на лошади. Мне было куда легче, чем даже имперским солдатам. Что уж там говорить о пленных. Впереди была особенно высокая гора, и мне не виделось просвета между ней и соседней. Вероятно, там был исток реки. А значит, и прохода дальше не было. – Как мы переберемся? – спросила я, вспомнив, что принц упоминал некий секрет. – А вон смотри, – Кириан указал рукой на темное пятно у подножья горы. Когда мы подъехали ближе, я не поверила своим глазам. Прямо в склоне была проделана дыра. Туннель, укрепленный деревянными балками. Он пронзал гору напрямую, словно был проделан гигантским магическим копьем. – Мы здесь сделаем привал, – сообщил мне Кириан еще до того, как об этом объявил принц. – Вон там есть небольшой водопад, пополним запасы воды. Но если тебе любопытно – покажу, что с другой стороны туннеля. – Да, очень любопытно, – я улыбнулась вполне искренне. Кириан пришпорил своего коня и махнул мне, чтобы следовала за ним. Обогнав процессию, мы оставили лошадей перед входом в туннель и дальше пошли пешком. Внутри было сыро, с потолка капала вода, а под ногами собирались лужи. Находиться в замкнутом пространстве было неуютно, и мне казалось, что подпиравшие стены и потолок балки были не так уж надежны. Что, если, как в пещере, земля затрясется, и на нас упадет гора? – Тебе страшно, – заметил Кириан и взял меня за руку. Его шершавая ладонь была теплой, несмотря на мороз. – Не волнуйся, этот туннель построен гением инженерной мысли. Он куда надежнее обычной пещеры. – Надеюсь, – я виновато улыбнулась. Когда мы оказались у выхода, от яркого света заслепило глаза. Я зажмурилась и несколько шагов просто прошла за Кирианом. – Можешь смотреть, – он чуть сжал пальцы. Я распахнула веки, и передо мной открылся невероятный вид. Заснеженные горы и холмы, укутанные хвойными лесами, простирались до самого горизонта. Величие просторов завораживало, заставляя задуматься о том, как ничтожны люди по сравнению с природой. Впрочем, смогли же люди пройти сквозь скалы. От туннеля вдоль склона горы шел наклонный уступ, резко сменявшийся еще на один, но уже уровнем ниже. Змейкой он уходил к самому подножью. – Это построили ангорцы? – спросила я. – Да, – Кириан закивал. – И скоро мы вымостим эту дорогу камнем. А потом построим еще один туннель, намного шире. – Но как? – Наши ученые изобрели волшебный порошок, с помощью которого можно взорвать что угодно, даже камень, – сообщил лорд не без гордости. – Сейчас они думают, как использовать его в бою так, чтобы не задевать своих. Внутри у меня похолодело. У империи была не только сталь лучше, но и наука, далеко ушедшая вперед. Линги были обречены с самого начала. Я поежилась. Кириан решил, что мне холодно, и обнял меня за плечи. – Поверь, Ниа, – говорил он, прижимая меня к себе. – Ты увидишь, что быть частью ангорского народа не так уж плохо. Я не знала, что на это сказать. Я не собиралась забывать, кто я, но такой ответ вряд ли бы его устроил. Не знаю, что лорд прочитал в моем молчании, но Кириан вдруг развернул меня к себе и, приподняв пальцами подбородок, коснулся моих губ своими. Поначалу он был сдержан, но быстро становился настойчивее. У Кириана были мягкие, суховатые от мороза губы и жесткий язык. И целовался он совсем иначе, чем Люк. Резче, грубее, словно сражался в поединке и хотел победить. Я стояла, замороженная, и едва могла пошевелиться. Понимала, что надо отвечать. Это произошло бы рано или поздно, тем более Алисса меня предупредила, но всё равно Кириан застал меня врасплох. Мне не было противно, но я не могла расслабиться. Казалось, что сейчас мой жених переступал через прочерченную на снегу линию, за которую, как мне наивно верилось, он не переступит никогда. Этот поцелуй открывал новый этап наших отношений, и меня это ввергало в ужас. Заметив мою заторможенность, Кириан отстранился и вопросительно посмотрел мне в глаза. – Прости, – я виновато потупила взгляд. – Все в порядке, – он прижал меня к себе и поцеловал в макушку. – Бутон не заставишь распуститься раньше времени. А что, если он не распустится никогда? – Милорд, – к нам бежал один из слуг Кириана. – Его Высочество принц Алтимор просил вас найти. При упоминании его имени мое сердце пропустило удар, но я подумала лишь о том, как хорошо, что принц не отправился за Кирианом лично. Не хотелось, чтобы он нас видел. Впрочем, неужели Алтимор и так не знает? Всё он знает. А я вот-вот наступлю на те же грабли дважды и безответно влюблюсь в человека, который того не стоит. Нет, надо принять то, что есть. Иноземный бог Эор благословил меня на союз именно с Кирианом. И, вероятно, ему с небесной высоты виднее, что было бы для меня лучше. Утвердившись в этой мысли, я последовала за лордом. Но на мое счастье он отправил меня в сопровождении слуги обратно к лошади, и к принцу ушел один. Не знаю, что они обсуждали, но вскоре вся наша процессия потянулась сквозь туннель на другую сторону горы, и дальше вниз по вьющейся змейкой дороге через еще один туннель и еще. Лагерь разбили у подножья горы. Здесь нас окружал густой хвойный лес, сквозь который пролегала широкая просека. Чтобы напасть на нас, ангорцы не только прорыли туннели, но и прорубили к ним подступ. И почему у нас не было разведчиков, которые о таком доложили бы? Полагаться на одну лишь природу было наивно, это я сейчас понимала. Да высказать было некому. После ужина мы улеглись спать, и я все думала о поцелуе Кириана. Что, если он захочет повторить? Что за глупости, конечно захочет! Беспокойная я вздрагивала от каждого шороха и все ждала, что темный силуэт моего жениха вот-вот покажется из-за перегородки. Может, я к нему просто не привыкла? То есть как к человеку да, а вот как к мужчине… Может, поцелуй он меня еще раз, и мне понравится? Хорошо бы я смогла в него влюбиться. Так было бы намного легче. Или наоборот? Ведь, как и принц, Кириан оставался моим врагом. И если я влюблюсь, то потеряю себя. Что же делать? Я обхватила голову руками. – Ниа? – раздался из-за перегородки голос моего жениха. – Все в порядке? – Д-да, – поспешно пролепетала я. – Ты тяжело дышишь. – Устала, может. – Следующая стоянка тебя порадует, обещаю. Наутро мы двинулись по просеке через лес. Я знала, что мы держим путь ровно на юг, потому что солнце светило прямо над головой. От него даже стало жарко. Зато вечер принес не только спасительную прохладу, но и неожиданно открывшуюся картину. На холме впереди высился двухэтажный особняк, а внизу был целый городок из домиков и избушек. – Мы уже в империи? – удивилась я. – Всё теперь империя, – отозвался Кириан. Между утопавших в елках холмов петляла дорога. Настоящая, выложенная оттесанным камнем. Над ней трудились сотни рабочих. Одни добывали камень в карьере неподалеку, другие обрабатывали его, а третьи укладывали прямо к нашим ногам. Стук кирок и молотков так и звенел в ушах. А когда мы подъехали ближе, к нему прибавился и цокот копыт. В сторону нашей процессии то и дело поворачивались угрюмые лица. – Не останавливаться! – кричали надсмотрщики, и воздух разрезал свист хлыстов. Они не рабочие, а рабы, поняла я. Что Кириан и подтвердил. – Часть пленных останется здесь, – сообщил он. – Возможно, однажды они вернутся домой вместе с дорогой. – И их отпустят, а не отправят строить что-то еще? – я усомнилась. – Не ищи в мире справедливость, Ниа, – проговорил Кириан. – Иначе будешь сильно разочарована. Пока солдаты разворачивали лагерь, командование направилось прямо к особняку. У крыльца нас встретил упитанный мужчина невысокого роста с круглым лицом, лоснящимися щеками и блестящей лысиной, обрамленной жидкими волосами. Их у него было еще меньше, чем у лорда Гексли. – Ваше Высочество, – первым делом он отвесил низкий поклон принцу. – Разрешите поздравить вас с ошеломляющей победой! Интересно, откуда он узнал, что там именно победа? Наверное, к нему отправили гонца, чтобы подготовился к нашему прибытию. После принца мужчина принялся отвешивать поклоны лордам. – Ниада, познакомься, – представил меня Кириан, – это сэр Донован, наместник этих земель и главный ответственный за строительство дороги на север. Сэр Донован, это Ниада, принцесса лингов и моя невеста. Следом за мной лорд Гексли представил Алиссу. Про принцессу тоже упомянул, но невестой ее называть не стал. Мужичок раскланялся, после чего представил свою супругу. Женщина лет сорока чуть выше его ростом в строгом коричневом платье и собранными под чепчик темными волосами. Чем-то она напоминала тетю Розу, только худее. Ее звали Жозефина. – Давайте я покажу девушкам комнаты, – предложила она. – А потом спустимся к ужину. Ройс и пара солдат остались у входа в дом, принц и лорды ушли с Донованом в гостиную, а мы с Алиссой последовали за радушной хозяйкой. Мне хотелось расспросить сестру, как она, но в присутствии Жозефины я не решилась. Первой она показала комнату мне. – Зимой не найти цветов, но я взяла на себя смелость украсить вашу комнату еловыми ветками, – сообщила Жозефина, распахивая дверь. – Надеюсь, вам с лордом понравится. Изнутри повеяло хвоей, и мне этот запах даже понравился. Комната оказалась просторной, с высоким окном и широкой кроватью с резной спинкой. На такой я точно никогда в жизни не спала. Беда лишь в том, что кровать в комнате была одна. ***По дому Жозефине помогали кухарка и горничная. Последняя была хорошенькой девушкой чуть старше меня. По словам хозяйки, она была на удивление расторопной и толковой. Но, к сожалению, спуталась с конюхом и забеременела. – Мы бы купили одну из ваших пленниц, – сэр Донован подвел итог рассказу жены. Мы сидели за широким столом, уставленным разносолами и яствами. Я по левую руку от Кириана и рядом с лордом Гексли. Напротив нас Алтимор с генералом, чье имя я никак не могла запомнить. Принц по-прежнему избегал смотреть на меня. – Все добытое в бою принадлежит императору, – возразил лорд Гексли. Сэр Донован приторно улыбнулся: – Вероятно, мы сможем договориться. Я не очень понимала, с кем именно из этих господ он будет договариваться. Самым главным человеком среди нас был принц. Но я не представляла, чтобы Алтимор лично заключал какие-то сделки. Хотя если кому-то из девушек повезет остаться здесь, может, это будет и не так плохо? – Как продвигается строительство? – спросил принц. Донован принялся торопливо отчитываться. Но чем дольше он говорил, тем больше я понимала, что тему Алтимору перевести не удалось. Потому что в итоге все снова свелось к покупке рабов. Слушать это было тяжело. И на помощь нам неожиданно пришла Жозефина. – Принцессы, вероятно, устали с дороги, – заметила она. – Предлагаю оставить мужчин с их разговорами. На это, как ни странно, никто не возразил. – Простите, мой муж трудится без отдыха, – проговорила она уже в коридоре. – Вот и болтает о делах без умолку. Вы не хотели бы принять ванну? Интересно, как же Донован трудится, если и камень добывают, и дорогу строят другие? Задумавшись, я замедлила шаг, но Алисса слегка подтолкнула меня в спину. – Это было бы замечательно! – откликнулась она. Ванну мы с сестрой решили принять вместе, чего не делали, наверное, с тех пор, как мне было пять. Жозефина суетилась вокруг нас почти как тетя Роза. И на мгновение, если закрыть глаза, можно было представить, что мы дома. Ничего этого не случилось. Просто кошмар, от которого всего лишь нужно проснуться. Я залезла в воду первой и так и сделала. Представила, что я дома. Подарила себе эту минуту, забыв обо всем. Когда же открыла глаза, то увидела, что сестра рассталась с сарафаном и теперь стягивала сорочку. На ее шее и груди виднелись продолговатые синяки. – Что это? – спросила я, разом напрягшись. Сестра лишь поднесла палец к губам и тоже залезла в воду. Мне стало жутко. Что за пристрастия у лорда Гексли? А что, если Кириан такой же? – Вам, наверное, непривычно в империи, – заметила Жозефина, поливая мои волосы водой из кувшина. – Тяжело быть далеко от дома, – ответила я. – Вы еще не видели Фортундейла. Этот город огромен, как свое собственное государство. Правда, первое время во дворце вам вряд ли будет легко, – неожиданно заключила хозяйка. – Почему? – поинтересовалась я. – Вам все будут завидовать, – Жозефина улыбнулась. – Уж сколько женщин пыталось покорить лорда Кириана! Даже ходили слухи, что он дал обет Эору, что никогда не женится. А вот же как бывает! Встретил свою судьбу на диком севере. – Не таком уж и диком, – вполголоса проговорила я. – Но вы не волнуйтесь, – продолжала Жозефина, намыливая мою голову. – Впрочем, что я говорю? Волноваться для юной девы очень даже естественно. Не знаю, поможет ли, если скажу. Но брак – это не всегда про любовь. Даже иногда лучше, если он по расчету. – Почему это? – я дернула плечами. – Брак – это совместное дело. Как предприятие, где двое заключают между собой договор. У каждого есть свои обязанности, которые надо выполнять, иначе все развалится. А чувства… Там, где есть место для любви, найдется место и для обид. Только сейчас я заметила, что всё это время Алисса молчала, погруженная в свои мысли. Она-то была замужем. И своего мужа любила, это я знала точно. А его у нее отняли. – Ваша горничная, – проговорила сестра, заметив, что я на нее смотрю. – Вы уверены, что ребенок от конюха? – Вот об этом я и говорю, – Жозефина снова улыбнулась. – Когда нет чувств, нет и обид. В ее голосе мне послышалась скрытая боль. А есть ли у Кириана чувства ко мне? Наш брак тоже станет таким? Он будет развлекаться с какой-нибудь Паулиной, а я делать вид, что все в порядке? Закончив со мной, Жозефина предложила помощь Алиссе. Про синяки она не спрашивала, хотя не могла их не заметить. Это тоже входит в брачный договор? Впрочем, Гексли своего желания жениться на Алиссе не высказывал. Не знаю, было ли сестре от этого легче. Хотелось ее расспросить, но кто знает, не перескажет ли Жозефина наш разговор? Выкупавшись, мы обернулись в чистые полотенца и переоделись. После чего хозяйка повела нас к комнатам. За окном окончательно стемнело, и коридор освещало всего несколько заплывших свечей. Одинаковые двери шли рядами, и я не представляла, какая из них вела ко мне. Зато Жозефина знала отлично. – Вам сюда, – она распахнула дверь перед Алиссой. Сестра неожиданно подалась ко мне и заключила меня в объятья. – Спокойной ночи, Ниа, – проговорила она и еле слышно добавила: – Я за тобой вернусь. Я открыла было рот, чтобы спросить, что это значит, но Алисса уже исчезла за дверью. Наша с Кирианом комната располагалась дальше по коридору. С первого этажа сюда доносились голоса и смех. Похоже, мужчины хорошо проводили время. Жозефина зажгла в моей комнате свечи и уже на выходе сказала: – Моя комната в том конце рядом с ванной. Если что-то понадобится – стучите. – Постараюсь вас не беспокоить, – ответила я. Женщина пожелала мне доброй ночи и была такова. Я же осталась наедине с собой. И широкой двуспальной кроватью.