Глава 12

В голове все перепуталось. Голоса становились все громче, вот уже слышно зычный смех, какие-то шуточки.

Прижав ладони к груди, я застыла и выпучилась на дверь душевой кабины. Что они тут делают? Разве душевые не раздельные? Или я чего-то не поняла?

Вода продолжала течь по коже, но уже не приносила такого удовольствия, как пару минут назад. Не знаю почему, но сам факт того, что я одна, голая, в душевой с парнями, повергла в панику, а спина, несмотря на теплую воду, покрылась мурашками.

И что теперь делать?

Голоса теперь совсем громкие, кажется, парни возле одного из бассейнов. Столько их? Трое? Нет, кажется четверо. Я закусила губу — вот же попала. Как можно было перепутать душевые? Видимо, где-то свернула не там. Еще подумала, куда поворачивать в конце коридора — направо или налево. По логике повернула направо, в ту же сторону, куда и вел коридор женского хостелия.

Видимо, это был поворот не туда.

— Ты еще к драконице подкати, Ио, — заржал один из парней так гулко, что у меня задрожали внутренности. — Она тебя согреет. Так согреет, одни угольки останутся.

— Гюрзе? Сам подкатывай, — отозвался видимо тот, кого назвали Ио. — Я конечно классный, но с драконицами… Нет, спасибо. Это может наш пиромант рискнет. Да, пиромант?

Шумный всплеск разбавил очередное гоготание, очевидно пиромант, ответил:

— Я бы рискнул, но к драконицам на дареном кабане не подъедешь. Нет, я пас.

— Струхнул? — засмеялся кто-то.

По голосу пиромант вроде не обиделся.

— А ты бы не струхнул? — спросил он. — Эта огнедышащая ящерица хоть и красотка, но если не подожжет, так сожрет в порыве страсти. Не, друг, я не готов.

Все снова заржали, опять раздался плеск. Кажется, парни решили сперва поплавать, прежде, чем принять душ. Я поморщилась и сделала себе пометку — в эти бассейны ни ногой. Во всяком случае, пока не разберусь, как у них тут с гигиеной. Даже в фитнес-клубах перед входом требуют смыть с себя грязь. А эти прямо так плюхнулись.

Хотя возможно, у них тут какая-то магическая система очистки. Но, пока не буду знать наверняка — ни-ни.

Но сейчас интересовал вопрос поважнее — как выбраться из душевой незамеченной.

Я покосилась на крючок, где висит одежда. Она все еще мокрая. И если блузку еще можно застегнуть, то натягивать мокрые джинсы — то еще развлечение. Оставался только махровый халат, который захватила с собой.

Может, если закутаюсь в него посильнее, они не заметят, что я девушка?

Вариантов не много. Поэтому, выключив воду, влезла в халат и, накинув капюшон, прижала к груди скомканную мокрую одежду. Давай. Тиффани. Вариантов ноль.

Дверь кабины открыла осторожно и стараясь не поднимать головы, пошла босиком в сторону выхода (обуться, конечно же не подумала, и ботинки тоже в руках).

Из-под края капюшона вижу, как парни ныряют в бассейнах. Кажется, они не люди, в смысле если и люди, то не совсем — у одного кожа покрыта сверкающей зеленой чешуей, другой какой-то слишком волосатый, третий вроде человек, но от него пар валит, как от горячей сковородки. А четвертый такой громадный и загорелый, что точно человеком быть не может. Но отметила себе, парни очень хорошо сложены — все мускулистые, крепкие. Нежели в Бикелови все такие?

И тут же мысленно себя одернула — не о том мысли. Совсем не о том.

Я двигалась, изо всех сил, стараясь быть незаметной. И все шло хорошо, пока один из них, тот что с чешуйчатой кожей, не окликнул:

— Эй! Новенький? Да, ты щуплый. Кинь полотенце.

Меня окатило ознобом. Вот же блин. Приспичило ему это полотенце. Что делать? Откажусь, точно полезет разбираться. Лучше согласиться и поскорее отсюда убраться.

Стараясь все так же не поднимать головы, я нашарила взглядом лавочку, на которой кучей валяются их вещи. Быстро просеменила, вытащила из вороха белое полотенце и протянула, еще больше прячась под капюшоном.

Следующее движение парня испугало — он, как рыба, выпрыгнул из вод и ухватил полотенце. Я отшатнулась, а все хором заржали.

— Ты че нервный такой, брат? — спросил чешуйчатый, садясь на края бассейна и вытирая лицо, которого мне не видно, поскольку стараюсь не поднимать головы. — Только поступил? Не видел ихтиосов что ли?

— Ио, да брось его, — фыркнул волосатый, растрепав по-собачьи волосы. — Не видишь, тощий, хилый. С нами не по пути.

Мне с ними по пути совсем не хотелось, внутри все дрожало, а я только и думала, как побыстрее и не вызывая подозрений смыться отсюда. Давай, как тебя там, Ио, отправь меня подальше, и я с удовольствием пойду.

К моему ужасу и разочарованию, чешуйчатому приспичило поболтать.

— Да подожди ты, — отмахнулся он от волосатого. — Может парень быстрый. Будет отвлекающим в команде. Или водоносом.

Очередной приступ смеха прокатился по душевым, а я мысленно вознесла мольбу небесам и всем, кому можно молиться, лишь бы они побыстрее от меня отстали.

Ио отложил полотенце и попытался заглянуть мне под капюшон, я опасливо отошла — дело пахнет жареным.

— Обидчивый? — спросил он усмехаясь. — Отмалчиваешься? Не, брат, так не пойдет. Надо отвечать, когда спрашивают старшие.

В один момент он оказался на ногах, а в потом, прежде, чем я успела что-то осознать, его локоть оказался у меня на шее, а я — прижатой к стене всей массой ихтиоса. Дыхание перехватило, вещи из рук выпали, а я вцепилась ему в руку, пытаясь отодвинуть и выбраться из захвата.

— Посмотрим, кто ты. Какой-нибудь фей… — проговорил он глухо над самой моей головой и скинул капюшон.

И тут же ослабил давление на шею, на секунду замерев. Я вытаращилась на него, закашлялась. Сердце в груди от страха трепыхается быстро и пугающе, а я сама — в каком-то оцепенении ужаса. Даже не знаю, почему меня все это так напугало. Хотя кого не напугает банда здоровенных парней-магов, с которыми остаешься один на один в душевой.

Надо было просто выскочить из кабины и побежать…

Впрочем, где гарантия, что меня бы не догнали.

Чешуйчатый смотрел на меня со смесью удивления, которое медленно сменялось интересом, губы неспешно растягивались в улыбке. Обтекаемые, гладкие черты лица, аккуратные и плавные, должны располагать к себе — это ведь красиво. Но от этой улыбки меня почему-то еще больше бросило в дрожь.

Наконец он сказал, не сводя с меня водянистых глаз с невозможно огромными серыми радужками и зрачками:

— Вот это сюрприз. Ребят, у нас тут гостья.

Остальные, как по команде, повыбирались из бассейна, и в следующий момент я с замиранием сердца оказалась окруженной четырьмя здоровенными парнями в одних плавках, причем тот, который Ио, плавок не имеет. Все, что должно быть между ног, какими-то анатомическим образом скрыто под чешуей.

Меня окатило паникой, голос прозвучал хрипло и слабо.

— Я ошиблась душевой…

Ио усмехнулся, наклонив голову в право, его рука продолжала прижимать меня к стене, только теперь мягче, а вторая ладонь, к ужасу, оказалась на талии.

— Это ты хорошо, ошиблась, — согласился он и стал теребить пояс халата, будто решает, дернуть или нет.

Колени мои задрожали.

— Пусти, — попыталась сопротивляться я.

— А если нет? — улыбнулся ихтиос острыми рядами зубов.

— Я закричу.

— А мы тебе ротик закроем, — мирно предложил он. — Хочешь?

Что делать я просто не представляла. Единственное, что приходило в голову — это кричать. Но он же может ударить…

Где моя хваленая магия, когда она так нужна?..

Я помотала головой, нужно срочно что-то придумать.

— Нет. Но лучше отпустите меня.

— Так мы тебя не держим, — снова усмехнулся Ио. — Просто разговариваем. Разве запрещено разговаривать с красивой девушкой. Расскажи нам, откуда т?

Его рука перестала прижимать меня к стене, но теперь его пальцы скользнули по моей щеке. Я отдернула голову, но стукнулась затылком о стену.

Парни ухмыльнулись, а чешуйчатый проговорил пугающе ласково:

— Осторожней. Такую красивую головку жалко поранить.

Положение мое все больше казалось безвыходным. В такую рань только я и вот эти придурки могли припереться в душевую. И только меня угораздило перепутать повороты. Теперь я дрожу от ужаса в лапах ихтиоса, что бы это ни значило, а остальные трое облизываются с голодными глазами.

Как же страшно…

Надо собраться, не поддаваться панике, хотя сделать это почти не реально.

Снова ощутила себя героиней плохого фильма, которая оказалась не в том месте и не в то время. Но нужно потянуть это самое время, задержать, что угодно, пока придумаю, как спастись. Все же не может обернуться так. Не может? Я же не для этого пересекла границу миров, попала в академию Бикелови.

За себя нужно сражаться. Всегда. До последнего. Кроме меня этого делать никто не будет.

Не знаю, что я сделала, как убедила свою психику действовать, особенно когда всю трясет, но сама не поняла, как вывернула шею и цапнула чешуйчатого за палец.

Кажется, в этот укус вложила весь свой страх, парень вскрикнул, а на губах остался солоноватый привкус.

— Ах ты маленькая дрянь!

В голосе Ио смешались изумление со злостью, он затряс рукой, я успела заметить пятна бледно-розовой крови на мраморном полу. Действовать надо сейчас или никогда.

Я кинулась в сторону, но путь перегородил парень с дымящейся кожей.

— Не так быстро, — угрожающе сказал он и потянулся ко мне.

Снова оказаться в чьих-то лапах я не могла — метнулась в другую сторону, но там тоже преграда в виде громилы. Я затравлено заозиралась — парни окружили меня, взяли в кольцо, как загнанную добычу. И даже думать не хочу, что они собираются делать.

Но сдаваться не собиралась. Если так, то буду драться пока не потеряю сознания.

Они не ожидали, что я кинусь в атаку, налечу на волосатого и начну колотить его кулаками. И даже не на долго расступились. Но уже через пару мгновений меня скрутили, вцепились в локти, больно заломив руки за спину. Куда мне против четырех лбов. Но все равно продолжала брыкаться и дергаться.

Никогда. Никогда и никто меня не сломает!

— Пусти, гад!

— Стерлядь! — выругался Ио, разглядывая окровавленный палец. — Ты мне чуть его не отгрызла!

Во мне все больше разгоралось бешенство, а страх отступал, хотя это совсем не умно. Абсолютно.

— Надо было отгрызть! — прошипела я.

— Вот гадючка, — огрызнулся Ио. — Тебе надо преподать урок. Вперед.

Подчиняясь его приказу, передо мной возник дымящийся, а в следующий момент щеку обожгло болью. В голове зазвенело, перед глазами поплыли цветные пятна. Лишь спустя вечность поняла — меня ударили. Ударили по лицу. Кажется, это пощечина. Профессиональная, с оттягом… Будто они целыми днями практикуются бить девушек.

— Урод… — выдавила я, роняя голову.

Это только разозлило чешуйчатого, он буквально выплюнул:

— Это только начало, гадючка. Эй, твоя очередь.

Сквозь цветные пятна увидела, что теперь передо мной громила, и поняла, что после его удара точно вырублюсь. Мне нужна помощь, но помощи нет, а как выпутываться самой — не представляю.

Но, видимо, заварушки мне было мало, потому что к своему ужасу ощутила, как начали гореть кости.

Приступ.

Он решил нагрянуть с утра.