Глава 17

– А это не он стоит? – растерянно моргает подруга. Мы, не сговариваясь, синхронно замедляем ход и останавливаемся.

Взгляд мой сам собой мчится вперед и, почти обезумев, обнимает Акрама. Сердце болит о нем. О нас. О том, чего уже никогда не будет.

Акрам как всегда выглядит величаво: достойно, благородно. Статус и превосходство чувствуются за версту.

Гордый разворот плеч, крепкая фигура, уверенная походка. Акрам, завидев нас с Олей, медленно, но решительно направляется к нам, впиваясь глазами в мое лицо. Ловит мой страдающий взор, держит крепко и не отпускает.

В его руках небольшая кожаная дорожная сумка.

Нас с Олей не было целый день. Мы умчались в город еще с утра. Неужто все это время он прождал меня у ворот?

Чувство совестливости не дает покоя, кроша остатки испаряющегося самообладания. Мне очень сложно сдержаться и не броситься в его объятия. Как раньше… но нашему «раньше» пришел конец, и мне приходится приложить титанические усилия, чтобы внешне остаться холодной.

– Я не могу… – шепчу я в панике. Его взгляд, до краев наполненный виной и раскаянием, полосует душу, бросает меня в пучину отчаяния. На глаза наворачиваются слезы. Потому что в памяти предательски встают моменты, когда я ждала его дома, а он был с другими, принося домой шлейф чужих приторных духов. Это невозможно вытерпеть. Да и собрать себя по осколкам после всего оказалось непросто. – Можно я развернусь и уйду? Я не хочу его видеть… – тихо всхлипываю, качая головой.

– Надо. Хотя бы раз спокойно обсудите, – сочувственно вздыхает подруга. – Если хочешь – прогони его. Но только не убегай.

Я ощущаю себя жалкой под его молчаливым давлением. Все, на что меня хватает, – это вымолвить сухое:

– Ты зря прилетел.

Он не отвечает, упрямо всматриваясь в мои глаза. Долго. Слезы я уже успела смахнуть. Вроде бы держусь.

– Акрам, – вдруг выдает он, обращаясь к Лельке, и протягивает ей руку.

– Оля, – в смятении отзывается подруга и озадаченно отвечает на рукопожатие.

– Рад знакомству. Вы не против, если я украду Зорину… на полчаса-час?

У меня отвисает челюсть.

– Я могу пригласить в дом. Поговорите там… – смущенно предлагает Оля.

– Благодарю. Если выпадет такая возможность, то я воспользуюсь вашим предложением в другой раз, – твердо отказывается Акрам, оставляя себе лазейку на будущее, и переводит на меня серьезный взор.

Оля без лишних слов уходит, оставляя меня наедине с моим прошлым.

– Я тоже хочу уйти. И ни о чем с тобой не разговаривать, – без обиняков заявляю я и пытаюсь обойти его. Но, конечно же, у меня ничего не выходит. Акрам приехал не для того, чтобы закрыли дверь перед его носом.

– Я вижу.

Его пальцы тут же смыкаются вокруг моего запястья, он осторожно, но вплотную притягивает меня к себе. Прикасается не как победитель, а как проигравший: повержено, побеждено.

Я его таким мрачным никогда не видела.

– Зорина…

– Отойди, – удручено вырываю руку я и опускаю взгляд, выдавливая из себя неприятные слова: – Ты наверняка даже руки после своих женщин не помыл.

Смотреть на него нет сил. Я не желаю видеть в его глазах ответ. Никакой!

Акрам больше до меня не дотрагивается.

– Я приехал извиниться.

Я неосознанно вскидываю голову. Извиниться? А на кой черт мне нужны его извинения?! Мне нужно было от него не это! Не сожаление! Не раскаяние! А чувства! Привязанность! Уважение! Но ничего из этого и близко не было! Так какой смысл в его «прости»? Наши последние полгода превратились для меня в ад!

– Ну тогда ладно. Это полностью меняет дело, – я слегка иронизирую. – Если ты уже до конца извинился, я тогда пойду.

– Пойдешь! – Тон его твердеет. – Со мной и пойдешь.

– Ты просил пять минут. Я тебе их подарила.

– Как видишь, этого не хватило.

– Как обычно. Когда тебе всегда чего-то не хватает.

Пытаюсь вновь обойти его, но он обхватывает меня за талию и привлекает к себе. Лбом касается моего лба. Дыхание его дрожит. Его самого трясет – я только сейчас это понимаю.

– Не могу я без тебя. Никак. Ну прости ты меня, пожалуйста.

Он носом трется о мой висок, вдыхает мой запах, меня держит крепко, не позволяя вырваться. Движения его порывистые, нервные.

– Пожалуйста, – шепчет в исступлении. – Давай попробуем заново. Давай попробуем договориться. Давай попробуем…

Рвет меня на кусочки. Сминает мою душу. Чтобы затем вновь швырнуть об стенку…

Мне хочется кричать. Кричать и умолять оставить меня в покое. Убраться к своим… всем этим многочисленным…

Я всегда знала, что он такой. Любимчик слабого пола и дамский угодник. Что он меняет женщин как перчатки, и ни одной не удалось покорить его сердце. А я верила, что у меня получится. А я влюбилась в него. С первого взгляда. С первой встречи. И до сих пор люблю безудержно, и оттого еще больнее.

И не выйдет у меня простить. Как не вышло стать для него той самой.

– Зорь. Я очень виноват перед тобой. Я понимаю, что тебе тяжело и ты хочешь вычеркнуть меня из своей жизни. И что тебе лучше будет без меня. Я осознаю, что я фиговый, испорченный, и что тебе все это вообще ни во что не упало. Осознаю все. Но… – израненным взглядом он пронзает меня насквозь, говорит такие сокровенные вещи, которые просто невозможно не услышать или остаться равнодушной. – Пожалуйста, дай нам еще один шанс. Один, Зорь.

По щекам катятся слезы, Акрам исступленно целует меня, пока я безуспешно отворачиваюсь. Он собирает соленую влагу с моей кожи, пальцы его уже крепко фиксируют мой затылок, силой удерживая на месте.

Губы… его губы, твердые и теплые, впиваются в мой рот, Акрам обезумев, языком проникает глубже, не позволяя отвернуться. Заставляет принять себя. Отчаянно. Горько. Яростно. Это как бешеная скачка и никому нельзя упасть. Потому что вокруг ничего, кроме всепоглощающей бездны.

Я отвечаю неистово, схожу с ума от его близости, от его сожаления и безудержности.

Фанатично прокручиваю в голове его имя. Раз за разом, пока длится наш бесконечный, выпивающий силы поцелуй.

– Зорь, я обещаю, ты не пожалеешь. Я исправлюсь. Ты мне очень нужна. Очень…

Он ластится ко мне, как доверчивый котенок. Я лишь мотаю головой, уговаривая себя не разрыдаться окончательно. Я должна заставить себя сказать что-то, что положит конец сомнениям и разговорам. Потому что ничего у нас уже не будет настоящего. Я ему не верю. Он никогда не исправится.

– Нет, Акрам. У нас ничего не получится.

– Почему? – смотрит он на меня с яркой надеждой. Искренне.

– Я не люблю тебя. Прости.

Он меняется в лице, тяжело сглатывает. У него такой взгляд, словно ему тоже больно. На ответ ему требуется немного времени. Акрам недоверчиво на меня смотрит, прибито, подозрительно.

– А совсем недавно уверяла, что любишь, – хрипит он от отчаяния.

– Но ты ведь мне тоже лгал…

Я закусываю щеку изнутри. Чтобы не закричать.

– Зорь, не надо! – отчаянно машет он головой, пытаясь вновь удержать меня. – Не надо! Будет по-другому! Я обещаю!

– Уже не будет. Извини.

Отвожу в сторону взгляд. Чтобы Акрам не смог прочесть там правду.

Я расскажу ему о беременности. Когда-нибудь.