Глава 18

Осознать это было непросто.

Я беременна.

Беременна!

Несколько дней ушло у меня смириться с этим фактом. И с тем, что ситуацию необходимо принять как можно быстрее.

Зато теперь… вопреки навалившимся сложностям и потрясениям мне хочется кричать от счастья на весь мир!

Даже если у нас с Акрамом и не вышло, а он никогда по-настоящему не был моим, я все равно сохраню частичку любимого. Потрясение и растерянность быстро сменились радостью: у меня будет малыш. От Акрама. И я смогу прижимать наше маленькое продолжение к себе, чувствовать его сладкий запах, тискать до умопомрачения и умиляться беззубой улыбкой. Он будет меня любить просто потому, что я есть. А я смогу дарить ему свою любовь и заботу.

Да, возможно, это немного не вовремя, и без посторонней помощи мне придется тяжело, но… даже помышлять об аборте – настоящее кощунство и предательство. Предательство моего будущего ребенка. Я от него никогда не отвернусь. Уже представляю крохотные ручки, пальчики, пяточки, коленки. Представляю себе искреннее детское доверие в любопытном взгляде. Нет. Пусть беременность наступила и не в самый подходящий момент, но я не откажусь от сына или доченьки.

Я задумывалась о детях, но как-то… несерьезно, расплывчато, лишь в отдаленном будущем. Не сейчас уж точно. А судьба распорядилась иначе: подарила мне шанс стать мамой уже сейчас и родить ребенка от горячо любимого мужчины. Пусть у нас с ним нет будущего. Зато будущее есть у нашего крохи.

Моя ладонь согревает живот. Я настолько взбудоражена, что покалывает кончики пальцев.

Конечно, беременность еще не заметна, зато меня уже пронзает сладостная дрожь предвкушения и трепетного томления.

Я пытаюсь придумать что-то с работой, нужно будет предложить начальству адекватный вариант изменения графика после рождения малютки. Естественно, мне необходимо будет выйти на работу после восстановления.

Если честно меня страшит финансовый вопрос. Я знаю, что должна прийти с этим к Акраму, но…

Внутри все противится такому шагу. Будто внутренний голос настойчиво шепчет: не говори, молчи, молчи… Предостерегает от чего-то. Мне наплевать на мнение остальных. На осуждение, неприятие, сарказм. Но открыться Акраму я даже не представляю как.

Ушла от него сама, твердо и решительно, а теперь прибежать и, поджав хвост, просить поддержку, все также настаивая на разрыве. И внутри меня при каждой встрече что-то будет умирать заново.

– Ну что, ты сегодня бодрячком! – веселится Оля.

Она недавно вернулась от мамы. Мама Оли не замужем, когда единственная дочь объявила о скором отъезде, Валентина Михайловна лишь всплеснула руками и стала неторопливо готовиться к переезду.

– Конечно! – с задором отзываюсь я.

Оля знает, что я сегодня была у врача.

Нареканий нет, все в порядке. Самочувствие прекрасное, правда я быстро устаю и меня часто клонит в сон, но я рада, что еще до отъезда смогла договориться с начальством, и они позволили мне поработать на удаленке какое-то время. Вместе с отпуском длиною в месяц подобное совмещение это мечта!

– Срок-то какой? – улыбается подруга.

– Девять.

– Оу, так ты уже, можно сказать, опытная, больше двух месяцев!

– Сама удивляюсь, как так не заметила.

– Значит, ты счастливая, симптомы тебя не коснулись. А я знаешь как страдала!

Запахи остро чувствую уже давно, это да, но никакого дискомфорта я не ощущала. Лишь только спать хотелось больше. Тошноты не было, слегка мутило по утрам и то, редко, но у меня такое бывало и раньше, особенно если чистить зубы на голодный желудок.

– Я договорилась с врачом, скрининг сделаю здесь. Со всем остальным буду уже разбираться дома.

– Зорь, а ты уточнила, что недавно тебе было совсем плохо? Говорила врачу?

– Сказала. Она ответила, что подобное состояние имеет место быть и, если такое случилось раз или два, то ничего ужасного в этом нет. Так организм реагирует, перестраивается.

– В девять недель? Ну… Тогда ладно. Акрам больше не приезжал? – осторожно интересуется подруга.

– Нет, – мгновенно тускнеет мой голос. – Он звонил. Мы еще раз обсудили, что между нами все кончено. Я повторила, что нам больше не стоит видеться, и попросила со мной не контактировать.

– А ты ему все-все рассказала?

– Конечно нет! – брыкаюсь я.

– Ты уверена, что поступаешь правильно? Зорь, он же отец и имеет право знать. А решение остаться рядом или забить на всех принимать только ему.

– Ты издеваешься?! – тут же реагирую я. – Он давно уже принял решение, на кого по-настоящему забить!

– А-аа, то есть он поэтому примчался? Потому что ему наплевать? Я правильно понимаю? – не отстает Леля.

– Оля! Это называется подстрекательство!

– Это называется «Я просто задала вопрос».

– Чего ты от меня ждешь? Мне нужно время. Я расскажу. Позже. Сейчас пусть катится к своим бабам.

Как назло начинает трезвонить телефон. У Акрама сегодня самолет. Я специально с утра уехала, чтобы не пересекаться: он пытался меня дождаться. У меня сердце болит и протестует решению разума, когда я вижу Акрама. Поэтому мне как воздух необходимо держаться от него подальше.

Не дрогнув сбрасываю.

– Тебе витамины выписали? – уточняет Оля примирительно.

– Да. Целую гору. А еще я, пожалуй, скоро возьму билеты обратно, чтобы они у меня точно были на руках.

– Насчет полетов уточнила?

– А как же. Все нормально. Но мне нужно пройти специалистов. А пока… врач сказала противопоказаний нет. Ну отлично же?

– Шикарно, – почему-то с сомнением выдает Оля. – Главное что летать можно.