Глава 22

Андрей

Я привык возвращаться в полный голосов дом.

Таська была шумной, любила включать музыку, танцевать под нее и петь, если никто не видит, но я видел. Урывками правда. Через не зашторенное окно, или стоя в двери, пока меня не заметят.

Прошла неделя и должны были приехать ее родители на траурные мероприятия.

Мы впервые поссорились, но даже это не могло повлиять на мое решение, быть с ней.

— Андрей… — Уже прогресс! Она перестала называть меня по имени отчеству и на “Вы”. — Что я скажу родителям?

— Правду.

— Как ты себе это представляешь?

— А ты им соврать хочешь? Что например? Если чужие люди знать не знают, была ты беременна сразу после выпускного или нет, то родная мать сто процентов в курсе! Единственное, чего ты добьешься, так это причинишь ей еще больше боли. Ей не сладко сейчас.

Да и я уже с ними разговаривал по телефону, обговаривая детали.

Мама Таськи плакала, отец пытался наехать и обвинить меня во всех смертных грехах, но потом понял всю серьезность моих намерений, проблем в которые ввязалась Татьяна и отступил.

Главное было — оградить их от возможного общения с Басалгиным. Мои люди следили за телефонными разговорами, передвижениями, да а всем подряд, но прямых попыток забрать тело Татьяны или присутствовать на похоронах криминальный авторитет не предпринимал.

Таська же, хоть и плакала по ночам, думая что я ничего не замечаю и не слышу, днем окуналась с головой в материнство, не замечая ничего другого вокруг. Девочка была её. Безоговорочно.

Даже родителям она не хотела до конца признаваться, что ребенка рожала не она, а старшая сестра.

В ней играли эмоции. Отчасти детские и наивные, но взрослеть всегда приходится резко. Наступает такой момент, когда жизнь бьет тебя мордой об асфальт, фигурально выражаясь, и хочешь — не хочешь, но нужно подстраиваться!

— Тася, это не обсуждается.

— Им от этого не легче будет.

— Я так не считаю.

— Да кто тебе дал право решать то?

— Ты. Когда подписала наше свидетельство о браке.

Я выпил кофе, позвонил водителю, уточнить встретят ли они родителей Таси, потом глянул на ребенка перед уходом из дома.

— И еще один вопрос остается не решенным…

— Мы вроде бы все подготовили…? — Девушка стояла в пижаме посреди кухни и складывала крошечные детские вещички аккуратной стопочкой.

— Имя. Ей нужно имя.

Тася села на стул и спрятала лицо в ладонях, опять разводя влажность.

Женщина есть женщина. В любом случае.

Пришлось опускаться на корточки, погладить по макушке и расцепить мертвую хватку, заглядывая в глаза.

— Ты не виновата в том, что произошло. Ты ничем не могла помочь, или изменить то, что случилось. Твоя сестра сама делала выбор с кем состоять в отношениях и рожать или нет ребенка, который в результате этих отношений появился.

— Она была бы лучшей матерью, чем я. — Всхлипнула девчонка.

— Мы этого уже не узнаем.

Поддаваясь порыву, я провел большим пальцем по мокрой щеке, наклонился и коснулся соленой кожи губами.

Даже если она и была ошеломлена, то не сказала ни слова, и не отстранилась в страхе или отвращении. Возможно, хоть самую малость, но я ей нравился.

— Андрей, подожди!

Я хотел встать, но она меня удержала. Закусила нижнюю губу, от чего та налилась ярко алым цветом.

— Что, Тась?

— Когда родители приедут… нам же. Ну это… ка бы…Понятно же?

— Ничего не понятно. — Честно ответил я.

— Спать! Нам же нужно вместе спать!

— Ах это… Было бы не плохо. Рад, что ты сама предложила.

И пока она, вся красная как рак, думала как опровергнуть мою догадку, я, смеясь, вышел из дома и поехал в Администрацию.

Впервые мне хотелось побыстрее расправиться с делами и вернуться.