Глава 2. Бойся своих желаний

Открыв указанную дверь, вхожу и столбенею. Это никакой не выход, не черный ход, а всего лишь просторная гостевая спальня. От неожиданности отпускаю дверную ручку и делаю пару шагов вперед, осматриваюсь. Огромная кровать у дальней стены, платяной шкаф, диван и кресла, журнальный столик, электрический камин и дверь слева, скорее всего, ведущая в ванную. И никакого двора, свежего воздуха и желанной свободы.

Ну и что за шутки такие? Стало скучно и решил поиграть, посмеявшись над дурочкой, пялившейся на него в зале? Не успеваю возмутиться, как слышу звук закрывающейся двери и тройной оборот ключа в замочной скважине. А вот это мне не понравилось от слова совсем. Сердце камнем рухнуло вниз, а тело прошиб холодный пот. Так, кажется, это совсем не шутки. Меня накрыло ощущением приближающегося кошмара.

Оборачиваюсь и вижу, что парень двигается прямо ко мне. В глазах горит хищный огонек. На губах застыла странная, предвкушающая улыбка. Чем-то напомнившая облизывающегося кота, вымогающего мясо на кухне. Вот черт. А с виду казался таким нормальным, адекватным, не норовил облапать, не обводил сальным взглядом, не отпускал похабных шутеек. Упоминание Золушки ведь не в счет, в упор не вижу в этой глуповатой фразе никакого интимного подтекста… И пьяным не выглядит. С чего вдруг такая перемена? Ну не маньяк же он, в самом деле. Или я просто плохо смотрела? Нет, не может быть. Наверняка, это какое-то недоразумение. Может, с кем перепутал? Мало ли какие у них тут развлечения, интим-свидания вслепую, например? Фу, гадость какая..

И тут сердце еще раз делает остановку, ибо закрадывается нехорошее предчувствие, что пока я там стояла и откровенно им любовалась, особенно этими волш… бесстыжими глазами, сама же его на этот интимный лад и настроила. Наверное, решил, что нашел очередную на все готовую девицу, которая стоит и видит, как лучше его удовлетворить. Нет, я не отрицаю, он мне правда понравился, даже слишком, но это же не значит, что нужно сразу же тащить меня в уголок и приступать… собственно, к самому процессу удовлетворения. Он ведь не спросил, хочу ли чего то подобного, а просто затащил обманом, а я повелась, как последняя идиотка.

Лихорадочно собирая мысли вместе, пытаюсь исправить ситуацию, параллельно продолжая отступать.

— Послушай, как тебя зовут? Ты, кажется, меня неправильно понял, я правда хочу покинуть эту вечеринку. Мне нужно знать где выход.

— Я — Дэн, и давай опустим эти сценарные прелюдии, они уже малость приелись, — хватает меня за руку и притягивает к себе. Ухо обжигает горячее дыхание, а от резкого рывка клатч слетает с плеча и отлетает в сторону. — Красивая… и пахнешь вкусно…

Касается губами моей шеи, вызывая непонятную дрожь в коленях, а тело будто током бьет. Вторая рука зарывается в волосы, а я поначалу не могу даже двинуться, настолько ошеломлена происходящим и своими ответными эмоциями, никак не вяжущимися с абсурдностью ситуации. Наконец ощущение опасности доходит до одурманенного мозга, я вырываюсь и отбегаю в сторону, потом еще раз, но увы, оказываюсь в ловушке у стены, зажатая между креслом и камином. Господи, нет, только не это.

— Дэн, я не знаю, о чем ты говоришь, я просто хочу уйти, — он надвигается, идет неспешно, играя как кот с мышью. А след от поцелуя горит, словно там выжгли клеймо, ужасно отвлекает. — Отпусти меня и устраивай прелюдии, с кем пожелаешь. Тут большой выбор, я видела, — мой голос дрожит и срывается, все это действительно похоже на кошмарный сон.

Может, если сделаю усилие, то смогу проснуться в своей комнате, утром, за часа полтора до начала лекций. Было бы просто чудесно, но увы… в этот раз проснуться не получится. Потому что это не сон.

— А я свой выбор уже сделал, причем очень интригующий выбор, — и подходит вплотную.

Ухмыляется. Упираюсь руками в твердую грудь, пытаясь оттолкнуть, но увы, даже на сантиметр не могу сдвинуть. Ощущаю его аромат — запах морских волн и чего-то древесного, чисто мужского. Голова идет кругом, мысли разбегаются. Он проводит руками по моим волосам, вытаскивая и отшвыривая заколки, я поднимаю руки, чтобы защититься, и увязаю окончательно. Дэн перехватывает мои запястья и поднимает над головой, жестко фиксируя у стены. Горло схватывает спазм, глаза расширяются от страха. Открываю рот, пытаясь протолкнуть через гортань слова, но вместо этого лишь провоцирую на поцелуй, его губы неожиданно приятные и мягкие, он целует напористо, дерзко, не давая вдохнуть. На долю секунды ловлю себя на том, что начала отвечать на это вторжение и тут же начинаю вырываться. Выгибаюсь, ерзаю, пытаясь освободить руки, но, кажется, распаляю парня еще больше. Отрывается от меня, его глаза, до этого ярко-синие, уже заволокло туманом. Нет, это совсем лишнее, надо успеть достучаться, пока похоть не взяла свое.

— Какая прыткая, надо же, — рука ложится на мою грудь, сжимает, находит сосок, явно проступивший сквозь ткань, тянет за него и сжимает, вызывая у меня длинный, протяжный стон. Сжимает еще раз, тело словно прошивает молния, а низ живота превращается в сплошной оголенный нерв.

— Ааа… Ах, не надо, пожалуйста, хватит, — извиваюсь, пытаясь отстраниться, но только сильнее прилипаю к моему мучителю. Он теперь лапает вторую грудь, наклоняется и прикусывает сосок. Резкая боль на грани удовольствия немного прочищает мозги. — Дэн, остановись, отпусти меня. Дай мне пять минут и ты поймешь, что ошибся, — в ответ я слышу лишь смешок и новый натиск на мой сосок, вызвавший болезненный стон. Ноги становятся ватными, по телу разливается странное тепло. Как? Как это вообще возможно, ловить такой кайф, ведь это почти насилие.

— Поздно, детка, поздно, — ухмыляется и тянется к воротнику-ошейнику платья, расстегивает пуговки, очень быстро, к слову, расстегивает, и начинает тянуть платье вниз. Самое обидное, что мои извивания ему в этом лишь помогают, от бесполезных дерганий платье само сползает с груди, выставляя напоказ красный бюстгальтер-бюстье.

— Какая прелесть, любишь вызывающие штучки, да? — дыхание парня учащается, голос становится хриплым, а взгляд почти безумным. — Даже снимать жалко, но надо.

Протягивает руку, одним пальцем расстегивает застежку и отбрасывает лиф в сторону. А моя грудь бесстыдно выставляется напоказ чужим глазам, обнаженная и абсолютно беззащитная. Чувствую, как под пронизывающим взглядом соски набухают еще сильнее, а грудь болезненно тянет вниз.

Нет, нет, нет. Это все неправильно, это не может происходить со мной, с кем-то другим, но не со мной. И реакция тоже неправильная, какая-то извращенная. Раньше со мной не было ничего похожего. Но у меня и опыта особого не было, только отношения с парнем из школы, в которого была влюблена, но тот испарился при первой подвернувшейся возможности. С ним не было и отдаленно ничего похожего, а наш первый раз оказался жутко болезненным, после чего у меня вообще отпало всякое желание заниматься сексом. Пыталась его избегать при любом удобном случае. Возможно, это и стало основной причиной разрыва.

От прикосновения горячей руки к обнаженной коже груди чуть не теряю сознание, настолько остры ощущения.

— Эй, крошка, отключаться не вздумай, — и следом укус в мочку уха. Я распахнула глаза и немного вернулась в реальность. — Вот так лучше, — заглядывает мне в глаза, проводит пальцами по губам, засовывает пару в мой приоткрытый рот. Не сознавая что делаю, машинально их облизываю.

— Вот так, хорошая девочка, — вытаскивает пальцы и проводит ими по соскам, обводя ареолу груди.

— МММ… нет, не хочу, остановись, пожалуйста, — я его буквально умоляю, но мой истязатель не знает жалости.

Снова накрывает грудь, одновременно кусая до боли сосок второй. Вскрикиваю и изгибаюсь, и тут понимаю, что у меня остался лишь один шанс — двинуть коленом в пах и попытаться сбежать. Собираюсь с силами, резко сгибаю ногу в колене, но ее перехватывают и отводят в сторону. Дэн коленом вклинивается между моими ногами, лишая последней возможности к сопротивлению. Обреченно закрываю глаза, ну что ж, я хотя бы попыталась.

— Что, детка, настолько не терпится? — ухмыляется и окончательно стаскивает с меня платье, которое летит следом за лифом. — Сейчас, потерпи пару минут…

Тут меня начинает охватывать паника, прорвавшаяся сквозь возбуждение, сердце несется галопом, наверное, его стук слышно и в коридоре. Дэн закидывает мою ногу на бедро, резко отпускает мои руки и тянется к трусикам. Таким же красным, как бюст, тонким, с красивым гипюром. Получив свободу, пытаюсь ударить его в грудь что есть мочи, но не успеваю. Пальцы отодвигают края трусиков и резко проникают внутрь, практически сразу начав бешено двигаться. Теперь уже я не отталкиваю, а хватаю его за плечи, пытаясь не упасть. Внутри все переворачивается, паника забилась куда то в нору, осталось лишь удовольствие, накрывающее волнами. Пока судорожно дергаюсь под его пальцами, обнимая за шею, теряясь в абсолютно новых ощущениях, успеваю мельком подумать о том, что кажется поняла истинное значение фразы «бойся своих желаний». Мое желание вернулось ко мне очень быстро, но в какой-то дико извращенной форме. И вместо танцев, разговоров, прогулок под луной и походов в кино я сейчас получу дикий, быстрый и необузданный трах, а после пинок под зад. Схватил-поимел-выбросил. Р-р-р-романтика.

Это осознание наполняет душу горечью, которая, впрочем, почти сразу растворяется, сменившись ярким наслаждением.

Больше думать ни о чем не могу, лишь отстраненно подмечаю, как руки слабеют и опускаются, как тело начинает сползать по стене, как Дэн, подхватывает на руки, несет и опускает на кровать, очень большую кровать. Смотрю замутненным взором, как он стаскивает с меня трусики, раздвигает ноги пошире и снова входит пальцами. Начинаю стонать громко и протяжно, движения внутри становятся более быстрыми, слух улавливает постыдные хлюпающие звуки, заставляя тело гореть еще сильнее. Наконец пружина внутри разворачивается и я содрогаюсь в конвульсиях оргазма…

Постепенно прихожу в себя, ощущаю прохладу простыней под спиной, чувствую соленую пленку пота на теле, дрожь и слабость в широко разведенных ногах, да я даже сдвинуть их не могу. Приподнимаю голову и вижу, что Дэн начал раздеваться. Под футболкой оказалось красивое спортивное тело, с отчетливо выделяющимися кубиками пресса. С хорошо развитыми мышцами, но не перекачанное. Как завороженная, но уже приняв более приличную позу, смотрю как он снимает джинсы, а затем и трусы. Щеки обжигает огнем при виде его… хм… достоинства. Вовсю готового к бою, между прочим. И только когда парень начал идти к кровати, с меня спал транс, я перевернулась на спину и попыталась уползти, но была поймана за шею и прижата сильным телом к постели.

— В такой позе хочешь, значит? — кусает за шею, одновременно заставляя подняться на четвереньки.

— Вообще ни в какой не хочу, — огрызаюсь, в то время как тело уже застыло в предвкушении удовольствия. Оно уже все для себя решило, сдавшись на милость победителя, и лишь упрямый мозг лелеял надежду на спасение.

В ответ получаю лишь шлепок по заднице.

— Необъезженная лошадка, это здорово. Удовольствия больше. Как тебя зовут, детка? — спрашивает, устраиваясь меж моих ног и надевая резинку.

— Элейн, — отвечаю машинально.

— Ну вот и познакомились, Элейн, — одновременно с моим ответом он вошел в меня, вошел сразу и до упора, вызвав сладко-болезненные спазмы. Мой вырвавшийся крик был прерван ладонью, зажавшей рот.

— Тшш, больновато, да? Ты такая узкая там, детка. Но хоть не девственница, уже хорошо.

Подождав пару секунд, он начал фрикции, двигаясь медленно и осторожно, заполняя и растягивая меня изнутри, сжимая ягодицы. Болезненные ощущения вскоре прошли, сменившись острым удовольствием. Я уже ни о чем не думала, полностью растворяясь в происходящем. Постанывала, дергалась, но все сильнее подавалась навстречу Дэну, вульгарно оттопыривая попу и стараясь вобрать в себя его член как можно глубже. Схватив за волосы, он аккуратно поднял меня вверх, заставляя откинуться на его грудь, одновременно обхватывая руками мою, ни на секунду не прекращая своих движений внутри. Затем слегка подтолкнул к спинке кровати, заставив взяться за нее руками. И словно сорвался в галоп, все наращивая и наращивая темп. Это было почти на грани возможного и я, не выдержав, отчаянно выкрикнула:

— ДЭН! — и в следующую секунду кончила, обмякнув.

— ДА, Эли, вот так! — и после нескольких рывков пришел к финишу.

Перевернулся на бок, подтянул меня к себе и прижал, так и не выйдя. Довольно странное ощущение.

— Ну и как, детка, понравилось? — и куснул за плечо.

— Нет, — голос выдался на удивление ровным, в то время как тело еще дрожало от отголосков пережитого.

— А вот вранья я не люблю, за это следует наказывать, — и снова шлепок по заднице, на этот раз довольно болезненный, и несколько рывков внутри. — А наказание, оно разным бывает, — и слегка отодвинувшись, раздвинул мне ягодицы и провел пальцем по несколько другому месту, слегка надавливая.

Мои глаза широко распахнулись и, будто в ответ на мой испуг, над ухом раздался смех.

Затем Дэн отодвинулся, встал и, заявив, что сейчас вернется, вышел в ванную. Я дала себе пару минут на то, чтобы собраться с силами. Затем торопливо сползла с кровати, на негнущихся ногах кое-как добрела до дивана, отыскивая свою разбросанную одежду. Так, надо побыстрее одеваться и сваливать отсюда, хватит с меня на сегодня приключений. Да и вообще, на всю жизнь хватит. Дернул же черт потащиться с Дайной на эту элитную, мать его, тусовку. Гори оно все синим пламенем…

— Ну и куда ты намылилась, крошка? — от звука этого томного, с хрипотцой, голоса, неожиданно раздавшегося за спиной, я выронила только что собранные вещи.

Обернулась и встретилась взглядом с пронзительно синими глазами мужчины, мокрого и одетого в одно лишь… полотенце. Инстинктивно попыталась прикрыть свою наготу руками, на что тот лишь ехидно ухмыльнулся.

— Я с тобой еще не закончил, рано сбегать собралась, — от такого заявления у меня ком встал в горле.

— Но… Но как же… Ты ведь получил свое, что еще тебе от меня нужно?

— Пха, детка, — хохотнул он. — Что за слабаки у тебя были, что не могли потянуть больше одного раза? Это же как аперитив вместо обеда. — при этих словах он двинулся ко мне, я попыталась отступить, но наткнулась спиной на диван.

— Попалась, — Дэн прижал меня к дивану, отвел руки, словно рассматривая. Сжал ладонью правую грудь, ущипнул за сосок, вызвав непроизвольный стон. Грудь словно налилась тяжестью, а низ живота стянуло тянущей болью. — Поэтому такая отзывчивая? Голодная девочка…

Продолжая сминать правую грудь, он втянул в рот сосок левой. Начал тянуть, слегка прикусывая и посылая тысячи крошечных электрических разрядов по телу. Я уперлась руками ему в плечи, пытаясь отстраниться и прекратить мучительную пытку. Изогнулась, стремясь высвободиться, но тем самым только удобнее подставив груди на растерзание. Теперь я судорожно хваталась руками за диван, пытаясь обрести точку опоры.

Не прекращая тискать грудь, коленом раздвинул мои бедра, удобно устроившись между ними. Я начала плыть, сдаваясь под натиском ярких, почти болезненных ощущений. Горячие губы прошлись по шее, слегка покусывая и оставляя отметины, ключицам, груди, животу, вызывая стоны и невнятное мычание. Затем Дэн резко закинул мою ногу к себе на бедро, сжал ладонью холмик и начал играть со складочками. На секунду опять мелькнула и исчезла глупая мысль, что Прекрасные Принцы так с Золушками не поступают, а если и поступают, то лишь после свадьбы. Видимо, мне либо Принц совсем багованный попался, либо это мечты у меня такие… такие аморальные.

— АААххх, — против воли вырвалось у меня, напряжение внизу живота усилилось, как будто что-то грозило разорвать меня изнутри.

Я вцепилась в диван сильнее, усилием воли разгоняя туман перед глазами, но как только он ввел пальцы внутрь и начал двигать ими, мои заслоны снесло окончательно. Резкие, рваные движения, казалось, прошивали меня насквозь, заставляя дергаться в сладостных судорогах снова и снова.

— Какая мокрая вся, — прохрипел Дэн, усиливая напор движений и получая в ответ громкий вскрик. — Хочешь, да? Хочешь больше?

— ВСЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ХВАТИТ! — надо же, я где-то откопала силы для сопротивления. Но в ответ получила лишь смешок и шлепок по ягодицам.

— Ну-ну, это я уже слышал, — он рывком поднял меня под ягодицы, заставляя обвить его ногами.

Руки, лишившись опоры, схватились за сильные плечи. Хорошо подкачанные, с крепкими мускулами, неудивительно, что я не могла с ним справиться — это все равно, что двигать гору. Дэн уселся на диван, по пути сбросив полотенце, и посадил меня сверху так, чтобы его орудие упиралось прямо в желанный вход. Мои глаза широко распахнулись, и в момент, когда его орган входил в меня, заполняя до предела, мы соединились и взглядами, словно полностью растворяясь друг в друге.

Я не выдержала первая, закрыв глаза, запрокинув голову и застонав.

— Двигайся, — и резкий побудительный толчок снизу, выбивший из меня весь воздух.

Я начала двигаться, медленно и неумело, но постепенно наращивая темп, вцепившись в плечи парня как в спасательный круг. Мысли исчезли, остались лишь ощущения, дикие, почти первобытные, разрывающие тело и душу. Удовольствие накатывало волнами, изматывая, опустошая. Я вскрикивала, стонала, а под конец могла лишь издавать какие-то невнятные звуки полусевшим голосом. Наконец наступила развязка, мир завертелся и взорвался осколками, тело замерло, подрагивая.

Через секунду Дэн подмял меня под себя, закинув ноги на плечи, начав двигаться резко, быстро, вызывая у меня новую порцию криков. Он проникал глубже и глубже, и казалось этому не будет конца. Что тело вот-вот развалится на куски, не выдержав напора. Дэн впился в мои губы жестким поцелуем, выпивая крики и само дыхание, оставляя кровавые отметины на губах. Кончили мы почти одновременно, я распласталась безвольной куклой, еле дыша, а Дэн пару секунд спустя навалился на меня, почти погребя под собой.

Спустя пару минут он поднялся и, усевшись на диване, рассматривал меня, как будто до этого не видел и пытался найти что-то новое. Смутившись, я быстро села, но разорвать дистанцию мне не дали.

— Элейн, да ты тот еще фрукт, — произнес, взяв меня за подбородок. — Не помню, чтобы так раньше накрывало, вон какие отметины оставил, — и нежно прикоснулся к губам, провел языком, словно зализывая ранки, нанесенные в порыве страсти. Предательское тело отреагировало немедленно, попытавшись растечься безвольной лужицей. — И откуда ты такая взялась на мою голову?

Я все же сумела выбраться, метнулась к кровати и схватив простыню, завернулась в нее. Вот так лучше, чем сидеть голышом под пронизывающим взглядом, который, несмотря на два сеанса умопомрачительного секса, не стал менее хищным и заинтересованным.

— Так как тебя сюда занесло? Такие чистенькие девочки не шляются по траходром-тусовкам.

Я обернулась и увидела, что парень вальяжно устроился на диване, ожидая моего ответа. Ну хоть трусы надел, и на том спасибо, хотя лучше бы оделся полностью. Поймав себя на мысли, что шарю глазами по его телу, отвесила себе мысленную затрещину. Да уж. Хорошее слово подобрал для своей пати, именно что траходром. Жаль, меня оповестить об этом забыли. А со стороны Дайны это вообще подстава. Не думаю, что она не знала, как обычно это все происходит. Но при этом притащила, убедив в обратном, да еще и исчезла, не предупредив.

— Я и не ходила никогда, сегодня впервые притащила подруга, забыв упомянуть про то, что это… траходром… — цежу отрывисто и зло, в голосе проскальзывают нотки горечи и обиды. — Не знаю, как там ваши обычные гостьи, но для меня секс с незнакомцем никогда не был пределом мечтаний. Я как раз собралась уходить из вашего хм… элитного общества, когда ты вызвался показать мне выход.

Надеюсь, сарказм слышится в моем голосе по полной.

Пытаюсь обойти диван по широкой дуге, чтобы добраться до одежды, но мне на плечо опускается рука, заставляя обернуться.

— Погоди, так ты тогда и правда просто искала выход? — Спрашивает неверяще, почти шокированно.

— А до тебя только сейчас дошло? Не пробовал слушать, когда просят отпустить? — шиплю разъяренно, чувствую как покраснело лицо. В этот момент с удовольствием выцарапала бы этому альфа самцу глаза.

— Знаешь ли, я привык к разным играм. Тут любят такое. И твое поведение воспринял как еще одну игру, правда, довольно необычную. Показать выход и правда никто раньше не просил, — в этот момент готова сделать фейспалм, но он меня добивает. — Я признаю, накосячил, но и ты что-то не особо сопротивлялась, — подходит вплотную, хватает за плечи, слегка встряхивает и смотрит в глаза. — Жертвы так не стонут от минимальных прикосновений, и не текут как… самки собаки в течке, — кажется, он тоже зол, каждое слово бьет не хуже пощечины. — Возможно, подсознание твое именно этого хотело, того, что не позволяет сознание, замкнутое в рамках правильного воспитания? Хотела страстного траха — ты его получила. Как и уйму оргазмов в придачу, не так ли? Так что нечего строить из себя невинную жертву, которую оприходовали на алтаре, — отходит от меня, не глядя натягивает брюки, футболку, рубашку и выходит, громко хлопнув дверью.

Меня начинает трясти мелкой дрожью, голова не соображает. Сползаю по стене на пол, обхватываю руками колени и утыкаюсь в них лбом. Кажется, по щекам бегут слезы, но не уверена, лицо онемевшее как после лидокаина. Неужели он прав? Неужели я такая… такая… готовая лечь под каждого встречного? Шлюха под маской непорочной девы? Может, поэтому Дайна меня сюда притащила? Учуяла этот, как он сказал, запах течки?

Нет, нет, не хочу так, не может быть это правдой. Эти слова шепчу про себя словно мантру. А внутри больно, так больно, что просто невыносимо. Наверное, так болит душа…

Не знаю, сколько я так просидела, пять минут или два часа, все едино. Не отреагировала даже на звук открываемой двери, лишь почувствовав чужую руку на теле дернулась и подняла голову.

— Элейн? Господи, ты чего? — усиленно промаргиваюсь, прогоняя пелену с глаз и вижу лицо Дэна, склонившегося надо мной. Дергаюсь, пытаюсь встать на ноги, но конечности не слушаются, они затекли и онемели.

— Иди ко мне, детка, — не дождавшись ответа, пересаживает меня к себе на колени, крепко прижав.

На попытку отстраниться только сжимает объятия сильнее. Он что-то говорит, но я не разбираю слов, в ушах сплошной шум. Лишь спустя некоторое время он стихает, а тело перестает бить дрожь. Боли тоже больше нет, лишь какая-то холодная отстраненность и равнодушие, будто тело стало совсем чужим. Наконец, до сознания доходят слова.

— Успокоилась немного? Элейн, прости… Я идиот. Наговорил со злости всякой чуши, прости меня. Не вздумай брать это в голову, слышишь?

— А может, как раз ты и был прав, — слова выходят с трудом, царапая горло.

— Нет, не прав, слышишь? — взял мое лицо в ладони, вытирая пальцами слезы, целуя глаза, щеки, губы, заставляя забыть злые и несправедливые слова.

— Не хочу быть суч… — не дает договорить, закрывая рот поцелуем, нежным, успокаивающим, но и требовательным одновременно. Ледяная корка начинает давать трещину, чувства возвращаются медленно, рывками. Чувствую нежность его рук и жар тела, мягкость губ, неосознанно тянусь навстречу, позволяя углубить поцелуй, растирать шею и плечи.

Оторвавшись от моих губ, целует шею и вздрагивает.

— Какая ты холодная, совсем ледышка, пойдем, будем отогреваться, — при этом не выпускает меня, несет сам, открывает внутреннюю дверь. Мы проходим через душевую и туалет, а за следующей дверью подходим к большой ванне с пузырьками.

— Джакузи? — в голосе проскальзывает интерес, никогда раньше не пользовалась им.

Дэн ставит меня на пол, аккуратно снимает простыню. Слыша за спиной шорох снимаемой одежды, тороплюсь войти в воду. Дэн идет следом, садится и увлекает меня за собой, устраивая между своими ногами. Притягивает к себе, заставляя откинуться ему на грудь, и обнимает обеими руками. Пытаюсь немного отодвинуться, но в ответ получаю лишь хриплый то ли стон, то ли рык.

— Расслабься, — голос напряженный, слегка охрипший, руки начинают танцевать по моему телу, гладят, растирают, согревают.

Тело начинает оттаивать, таять, пузырьки воды ласкают кожу почти интимно. Прикусывая губы, сдерживаю стон наслаждения… Закрываю глаза, пытаюсь уплыть в нирвану, но легкий поцелуй в висок возвращает в реальность, и в голове начинают появляться вопросы.

— Почему ты вернулся? — мне важно знать ответ, какой бы он ни был.

Слышу в ответ тяжелый вздох:

— Потому что понял, что накосячил, обидел тебя почем зря. Хотел извиниться, хоть и не люблю это дело. Хотел помочь добраться домой. А нашел тебя чуть ли не в кататонии, — руки сжимают меня крепче, почти до боли. — Все еще не веришь? Какая ирония, что словам брошенным в запале верят охотнее и крепче, чем извинениям, — горько усмехается.

Мне нечего на это ответить, вздыхаю, ерзаю, пытаясь устроиться поудобнее. Чувствую легкий укус в шею, выгибаюсь, ловя волны удовольствия. Руки Дэна возобновили свои движения, но на этот раз они были скорее возбуждающими. Сжали грудь, погладили живот, правая рука слегка раздвинула ноги и приласкала сокровенное местечко. Я замерла, пытаясь не реагировать, но движения продолжились — манящие, бережные, проверяющие. Пальцы на ногах начали подгибаться, низ живота сладко ныл, как будто и не было до этого двух полноценных заходов.

— Не саднит? — спрашивает прямо в ухо, обдавая горячим дыханием, странно дергается, как будто не может найти себе места.

— Нет, только слегка щиплет от воды, — говорю еле слышно, стараясь подавить нарастающее возбуждение.

Слышу смешок, а в следующий момент он вставляет внутрь пальцы, продолжая свою игру.

— АААХХХ, — вырывается у меня то ли стон, то ли всхлип, пытаюсь судорожно свести ноги, отстраниться, но кто ж мне даст.

— Тшш, крошка, не закрывайся от меня, не надо, — шепчет в ухо, прикусив мочку, а пальцы продолжают сладкую пытку, вверх-вниз, и вращаясь внутри, надавливая на чувствительные точки.

— ММмммм, Дэээн, — я не выдерживаю, выгибаюсь и сама подаюсь навстречу настойчивым ласкам.

— Обхвати меня руками за шею, — из него тоже вырывается стон сдерживаемого желания, я подчиняюсь, обнимаю его за шею, моя грудь при этом приподнимается и становится провокационно доступной, вторая ладонь Дэна этим бесцеремонно пользуется, сжимая мягкие холмики, выкручивая набухшие сосочки, я перестаю что либо соображать, тело хочет лишь одного — получить удовольствие сполна.

— Дэн, пожалуйста, — я окончательно капитулирую и лишь жалобно всхлипываю в ответ на ласки.

Пальцы резко покидают мое лоно и грудь, перемещаясь на талию. Тело скручивает болью неутоленного желания, шумно дышу, не в силах что-либо сказать.

Не успеваю толком ничего понять, как оказываюсь прижатой к поручням. Он прогибает меня в пояснице, заставляя крепче вцепиться в металлические ступени. Раздвигает ноги, еще немного дразнит и резко врезается внутрь, вызвав чувство облегчения. На этот раз все происходит медленно и неспешно, мы словно растягиваем наслаждение. Теряюсь в ощущениях, все вдруг становится неважным, все кроме того, что происходит здесь и сейчас…

Дэн вдруг отстраняется, выводит из джакузи и укладывает на расстеленную на полу простыню.

— Ты моя девочка, да, Элейн? — спрашивает, вонзаясь в меня и наблюдая за моей реакцией. Не могу говорить, лишь постанываю и сминаю руками тонкую ткань. — Моя? — резкий толчок, мой стон, остановка. — Только моя, да? — дикий рывок, мой крик, снова остановка. Я же почти дошла до грани, еще немного и разум ко мне уже не вернется, затерявшись в пучине чувств и эмоций. — Отвечай, — Дэн уже натурально рычит, наваливается на меня и его следующее движение сливается с моим криком «да»…

Следом слышится удовлетворенный рык, быстрый поцелуй и через пару мгновений все закончено, остались лишь два опустошенных до изнеможения тела. Последнее, что я чувствую, перед тем как провалиться в сон, это отголоски пережитого шторма эмоций и тяжесть тела, опустившегося сверху. Дальше — темнота.