Глава 3. Утро после

Просыпаюсь от яркого света, бьющего прямо в глаза. Поворачиваюсь на спину, моргаю и сладко потягиваюсь. Сначала не могу понять, где я: и постель слишком большая и мягкая, и ощущения в теле странные, приятно-тянущие, но такое чувство, что на мне вчера пахали. Так, а что вчера было? Ах да, вечеринка эта. И чего я на нее поперлась?

И тут осознание прошивает как ножом — вспоминаю все! Роскошный дом, навязчивую музыку, кучу пьяных людей, парня, с которым столкнулась и который предложил провести до выхода. А потом начался какой-то сюр: его напор — мое сопротивление, его движения — мои стоны, слезы и слова утешения, смена мест и поз, и зашкаливающая волна эмоций…

Потрясенно открываю глаза, сажусь и оглядываюсь.

Да, все так, это та самая комната и, судя по падающему свету, сейчас уже позднее утро. Блин, надо уходить, остальные гости, наверное, давно разошлись. На краю кровати вижу свою аккуратно сложенную одежду, сумочка лежит на журнальном столике. И еще пара полотенец рядом с одеждой, значит, можно сходить в душ. Интересно, это Дэн положил? Но зачем ему это, неужели чувство вины? Не верится что-то. И где он сейчас, кстати?

При мысли о нем тело отозвалось сладким томлением, а пальчики на ногах подогнулись… Внезапно захотелось увидеть его, вдохнуть запах, ощутить руки на своем теле… На этом моменте отвесила себе пощечину и встряхнула головой. Как можно хотеть продолжения? И зачем оно нужно вообще?

Быстро хватаю полотенце и иду в ванную. Она под стать дому, конечно: дорогой мрамор, подвесной унитаз, зеркало во всю стену, душевая кабина и… комната с джакузи, на полу которой я вчера и отключилась после… всего пережитого.

Ощущая как к щекам приливает краска, рвусь в душевую и под тропическим дождем смываю с себя чужие прикосновения, поцелуи, чужой запах. Жаль, воспоминания так просто не смыть, их надо принять и пережить. В конце концов, со мной могло случиться гораздо худшее, чем спонтанный, нежеланный, но такой умопомрачительный секс. Быстро вымывшись, выхожу, вытираюсь полотенцем, которое потом вешаю на крючок, сушу волосы. Перед тем как покинуть комнату, подхожу к зеркалу и рассматриваю себя. Да уж, своих меток на моем теле он оставил достаточно. Припухшие, искусанные губы, следы засосов на шее и груди, следы пальцев на бедрах…

Отворачиваюсь, выхожу из ванной, поспешно надеваю белье и платье, стараюсь не думать при этом, как накануне его с меня срывали. Хорошо, хоть ткань платья не помялась, выгляжу вполне нормально. Беру сумочку, достаю телефон. К счастью, заряда осталось больше половины. На дисплее вижу время. Девять — тридцать шесть. И ни одного пропущенного… Дайна меня даже не хватилась. И случись со мной что, даже не почесалась бы. Да, с такими друзьями и врагов не надо. Тяжело вздыхаю и вздрагиваю от звука открывающейся двери. Лихорадочно соображая, что буду говорить незнакомому визитеру, быстро поворачиваюсь и вижу…

— Дэн? — спрашиваю удивленно.

Он, кстати, нагружен тяжелым подносом. Похоже, что это завтрак… на двоих.

— А ты ждала кого-то другого? — взгляд моментально темнеет, становится цепким, жадным. Непроизвольно сжимаю бедра и отвожу глаза.

— Никого, просто не думала, что ты придешь снова.

Он ставит поднос на стол и подходит ко мне. Поднимает мое лицо и всматривается. Встречаюсь взором с синими глазами и будто тону, не в силах оторваться. Тяжело вздыхает и притягивает меня к себе, крепко обнимая. Не понимая почему, утыкаюсь ему в грудь лицом, обнимаю в ответ и издаю вздох облегчения. В ответ меня сжимают еще крепче.

— Испугалась, крошка, когда проснулась одна? — поцелуй в висок. — Рассчитывал вернуться до того, как проснешься, а ты как-то совсем рано поднялась.

— Ну, не совсем испугалась. Скорее, было неприятно. Не привыкла, знаешь ли, просыпаться где-попало после… — закусываю губу, обрывая фразу. И так смысл ясен.

Дэн хмыкает, отстраняется, берет за руку и подводит к дивану, пытаясь усадить. Я торможу, невольно вспоминая то, чем мы вчера тут занимались, густо краснею и сажусь, уставившись на поднос. На нем стоят две кружки с кофе, два стакана с соком и пару тарелок с омлетом и блинчиками. Живот на запахи реагирует громким бурчанием.

— Ешь ты уже, хватит краснеть, — и шутливо пихает локтем в бок.

А сам вроде улыбается, но смотрит так оценивающе. Затем берет свой кофе и отпивает.

Следую его примеру, отпиваю пару глотков, чувствуя бодрящий эффект, потихоньку уминаю блинчики с творогом и блаженно вздыхаю. Слизываю с кончиков пальцев остатки джема и вдруг натыкаюсь на потяжелевший взгляд ставших почти черными глаз.

— Умеешь ты провоцировать детка, вот прям на ровном месте, — шипит, отодвигая поднос.

Рывок, и я уже сижу на его коленях, мои ноги расставлены по бокам от его бедер. Замираю, размышляя над тем, что же я сделала не так.

— И что мне с тобой делать, а? — скалится, сжимая мои бедра ладонями.

Начинаю ерзать — в такой позе чувствую себя полностью раскрытой перед ним, несмотря на наличие платья и трусиков.

— Простить и продолжить завтрак? — пытаюсь обратить все в шутку, хлопаю глазками.

Упс, кажется, зря. Парень подтянул меня чуть выше, так что в промежность стало упираться кое-что твердое и очень горячее. Задрал платье до живота, облегчая доступ. Сдвинул трусики вбок и потерся о меня своим напряженным орудием. Я подавилась вздохом и слегка застонала.

— Как ощущения? Нравится? — спрашивает ехидно, не прекращая провоцирующих действий.

— Так нечестно, я ведь даже не знаю, что я такого сделала, — хныкаю и выгибаюсь в его руках.

— Господи, — из груди Дэна вырвался стон, а в следующий момент он расстегнул ширинку и насадил меня на себя, возбужденное тело приняло его легко и быстро, даже без подготовки пальцами. Я застонала и уткнулась ему в плечо.

— Всегда готова для меня, да? — рычит и начинает двигаться быстро и яростно, доводя меня до исступления.

Минут через пятнадцать он меня выпустил и ушел в ванную. Я быстро поправила одежду и взялась допивать остывший кофе, пытаясь успокоиться и остыть. Как такое возможно вообще? Раз за разом испытывать такое, да еще и на протяжении очень короткого времени.

Дэн вернулся и снова сел на диван. Выпил залпом стакан сока и посмотрел на меня. Я, не зная что сказать, просто смотрела на него. Он взял прядь моих волос, задумчиво повертел в руках, вдохнул запах.

— Элейн, вот что ты делаешь со мной, а? Чем чаще я тебя беру, тем больше мне хочется. Еще немного — и я ведь тебя не выпущу, запру здесь для своего личного круглосуточного пользования.

Я вздрагиваю и отшатываюсь, но он снова притягивает к себе, успокаивая.

— Да тише ты. Сейчас я тебя отвезу домой. Где живешь, кстати?

Называю адрес своего общежития и говорю, что вполне могу сама вызвать такси.

— Ни в какое такси ты не сядешь, особенно в таком платье…

— Каком таком? — недоуменно спрашиваю.

— Развратном, мля! Напомнить тебе, как его легко снять? Это не платье, а ходячая приманка! Неужели не видишь?!

Смотрю на себя и никак не могу понять, где же тут разврат.

— Именно платьем ты меня вчера зацепила. Расценил его как призыв к действию, — этими словами он меня просто добивает. Отворачиваюсь, отхожу к окну, вздрагиваю всем телом.

— Тшш, — меня обнимают и успокаивающе целуют в висок. — Все нормально, собирайся и поедем.

Молча выходим из дома, в котором сейчас идет тщательная уборка. И, судя по тому, что вижу, сей процесс грозит затянуться на большую часть дня. Славно гости покуролесили, ничего не скажешь. Дэн сажает меня в свой джип, сам падает на водительское сидение и выруливает на подъездную дорожку.

— Это твой дом? — спрашиваю просто так, чтобы прервать молчание.

— Неа, одного друга, часто с ним раньше тусили, а сейчас все реже и реже… А ты почему в общежитии-то живешь? Не местная?

— Нет, здесь я родилась. Просто сирота, — чувствую, как он напрягся, плотно сжал челюсти, руки крепче сжали руль. — Мама умерла в прошлом году, а на стипендию не проживешь. Вот и пришлось временно квартиру сдать. В принципе, комнаты в общежитии приличные, жить можно. Так что потерпеть еще три года до окончания — не проблема.

Некоторое время снова молчим, затем он просит мой телефон, берет его и вбивает свой номер.

— Если что-то будет нужно — звони, помогу. Твой номер я сохранил.

— Не стоит, справлюсь, — гордость не позволит мне звонить. И стыд. Еще чего не хватало, просить о чем-то. Хорошо, хоть денег не додумался предложить.

— Звони, — повторяет с нажимом. — А учишься ты где?

— В НИУ имени Адамса. На биологическом факультете. Потом пойду в преподавание, скорее всего.

Дэн невесело хмыкает и останавливает машину на стоянке перед общежитиями. Оглядывается.

— Да уж, выбрала ты себе специальность. И что это за общежития такие? Как-то все здесь мрачно.

Я внутренне хихикаю, представляя, что бы он сказал, если бы вошел внутрь. После позолоты и лепнины особняков, интерьер обычных зданий покажется сродни трущобам. Открываю дверь, чтобы выйти, но меня останавливает его голос.

— Погоди, — обхватывает руками мое лицо и целует быстро, жадно, словно торопясь украсть последние мгновения. Наконец выпускает и говорит: — Это на прощание, чтобы хорошо запомнить.

При этих словах в груди что-то екает, растет чувство невосполнимой потери. Хотя с чего бы это? Выхожу и захлопываю дверь. Дэн выезжает со стоянки, а я иду по дорожке к своему корпусу. Страстная ночь осталась в прошлом и теперь каждый из нас возвращается в свою жизнь, просто два человека, которые однажды пересеклись по нелепой случайности.