Глава 29

– Кхе… Кхе.

Кашель прерывает момент, и я вздрагиваю. Понимаю, что наслаждалась объятиями Зураба. Искренне наслаждалась. Забыв обо всем на свете и даже о собственном сыне. Где он? Лихорадочно оглядываюсь и быстро нахожу Митю, качающегося на качелях. Здесь и правда огромная детская площадка. В этом особняке живет многодетная семья? Всего так много.

– Простите, что помешал.

Высокий красивый мужчина приковывает к себе внимание. У него темные очень теплые глаза, небольшая небритость и выражения лица, будто он прямо сейчас решает какую-то очень сложную математическую задачку. Но она, похоже, никак не решается.

– Это ты прости. Мы немного решили подышать свежим воздухом.

– Твоя невеста? – кивает на меня, а я чувствую, как рука Зураба сильнее впивается в талию, – не знал, что у нее ребенок.

Отслеживает взглядом лихие кульбиты Мити. Ребенок наконец-то дорвался до безумной свободы, свежего воздуха и огромного пространства, по которому можно носиться. Мы ведь с ним во дворе даже редко вместе гуляем. Времени совсем нет. А в садике им вряд ли разрешают подобное.

Все эти мысли фоном проносятся в голове, но отвечаю я на главное.

– Я не невеста. Секретарь, – руку протягиваю, одновременно вырываясь из захвата Зураба, – а это мой сын. Простите, что приехали, вот так, все вместе. Мне совершенно не с кем его оставить. Если он вам мешает…

– Мне дети никогда не мешали, – мужчина мягко улыбается и берет мою руку, – у самого дочь. Примерно ровесница вашего. И, представьте, та же проблема. От нас сбежала очередная няня. А вы, простите, няней не хотите поработать? Плачу я много. Какая у вас сейчас зарплата? Я удвою. Нет! Даже утрою.

Предложение столь неожиданное, что я теряюсь. Уволиться от Зураба и работать няней? Идея не такая уж и безумная. По крайней мере детей я люблю. Еще со времен юности, когда подрабатывала аниматором на детских праздниках.

– У нее контракт, – рывок и меня оттягивают от мужчины, – Захаров, я сюда по делу приехал, а не для того, чтобы ты моих сотрудниц уводил. Любимых сотрудниц.

Взгляд мужчины на секунду с заинтересованностью останавливается на мне. Но тут же возвращается к Зурабу.

– Прости. Я просто в отчаяние. Нас бросила очередная няня. Это кошмар!

– Если хочешь, я дам тебе контакты. У меня сестра постоянно пользуется услугами одной. Говорит, ей очень нравится.

– Выручишь меня. Но сегодня день, похоже, потерян. Как заниматься делами, когда по дому носится настоящее исчадие ада. Вы согласны со мной? Маленькие дети – чистое безумие. – ко мне поворачивается. – Простите, как вас зовут?

– Для тебя, Вероника Сергеевна, – слова не дает вставить Зураб, но мужчина на него даже не смотрит.

Все свое внимание щедро дарит мне.

– Кстати, я отец-одиночка.

Ума не приложу, как эта информация должна мне помочь. Но Зураб говорил, что клиент важный. Поэтому улыбаемся и машем.

– Очень приятно.

– Боже, Глеб, хватит валять дурака! – Зураб, шутя, но увесисто бьет мужчину в плечо. – А ты, Ника, не смотри на него. Он тот еще сердцеед.

Все звучит как шутка, но напряженная фигура Зураба, его широкие плечи, потихоньку оттесняющие меня назад, будто закрывающие собой, дают мне ложные надежды. Позволяют думать, что все происходящее похоже на ревность. Глеб провоцирует, а мой начальник ведется как двадцатилетний пацан. Только этого не может быть.

– Давайте пройдем внутрь. На улице очень холодно.

Хозяин дома наконец переводит свой взгляд, и я выдыхаю. Все-таки быть в центре внимания такого мужчины – тяжело. Странно. Зураб ни капли ему не уступает ни во внешности, ни в харизме, но рядом с ним мне легко и спокойно.

Я подзываю сына и иду вслед за мужчинами. Держу Митю за руку и тихо пытаюсь ему объяснить правила поведения. Мы в гостях, наверно, впервые, а по дороге сюда толком поговорить не получилось.

– Папа! Папа! Где ты так долго был?

Нам навстречу выбегает маленький ангел и бросается в объятия к Глебу. Он подхватывает девочку в пышном платьице на руки и пару раз кружит. Его строгость и милота ребенка дикий контраст, который завораживает.

– Не смотри на него так, – Зураб неожиданно притягивает к себе и шепчет на ухо, – это сводит меня с ума.

Поворачиваю голову, встречаясь со взглядом голубых глаз, но ответить не успеваю. Внимание снова привлекают отец и дочь.

– Мия, я встречал гостей. А ты должна вести себя вежливо и поздороваться с ними.

– Не хочу!

– Мия, не заставляй меня лишать тебя планшета на целый день.

Девочка дует губки, но все равно спрыгивает на пол. Подходит к нам. Осматривает внимательно сначала Зураба. Видно, как загораются ее глаза. Этот мужчина способен очаровать даже капризную пятилетку. Митю почти не замечает и сразу переключает свое внимание на меня. На мордашке застывает необъяснимое выражение, и она делает шаг вперед.

– Ты не моя мама! Я тебе своего папу не отдам!

На секунду в комнате повисает тишина.

– Это я тебе свою маму не отдам!

Митя тоже делает шаг вперед. Загораживает меня насколько вообще позволяет его маленький рост и возраст. А я не знаю, что делать, смеяться или оставаться серьезной. Попытаться вмешаться и все объяснить. Но мою дилемму решает хозяин дома.

– Мия, прекращай себя так вести. Марш в комнату и не выходи оттуда, пока не научишься элементарной вежливости.

– Не хочу! – кричит ребенок и уносится в сторону входной двери.

Хватает курточку с вешалки. Выскакивает наружу.

– Не обращайте внимания, – машет рукой Глеб, другой потирая виски, будто его преследует тупая головная боль, – она погуляет и успокоится.

– Одна? – изумляюсь я.

– Конечно. Не волнуйтесь. Там охрана. За территорию она не выйдет.

Становится грустно и хочется спросить, где ее мама. И почему этот мужчина воспитывает дочь один. Он ведь сказал, что отец-одиночка. Невероятная редкость в наше время. Обычно с ребенком остается мать. Может быть, этот человек не так приятен, как кажется. Может быть, он с помощью денег и связей лишил настоящую мать родительских прав.

И страшно подумать, что однажды такое может случиться со мной.