Глава 44

– Добрый вечер, – тяжелый мужской голос проникает в квартиру.

Гость делает шаг, и я сама подаюсь назад. Я никогда не видела отца Зураба, но каким-то внутренним чутьем понимаю – это он. Мужчина с суровым немного восточным лицом и очень черными глазами. Сулейманов старший.

– Здравствуйте… – пытаюсь быть вежливой, но голос дрожит.

Чего я боюсь? Отец просто пришел к сыну? Он ничего мне не сделает? Да и зачем? Он даже не знает кто я? Не знает ведь?

От него пахнет резким мужским парфюмом и дымом. А еще тяжелой обивкой кожаного салона. Черное пальто сидит идеально. Наверное, такой как он не носит смешных пуховиков, которые не раз надевал Зураб. Наверное даже, считает это зазорным.

Отец и сын они так похожи и не похожи одновременно. Значит цвет глаз ему достался от матери? Интересно, какая она?

Ловлю себя на мысли, что хочу больше узнать о родителях Зураба. О его семье. Брате и сестре. У них тоже есть дети? Торможу. Если так пойдет и дальше, смогу ли я отпустить его окончательно?

– Вы кто?

Он не раздевается. Проходит прямо так по коридору. Обувь оставляет мокрый грязный след. Погода в Питере – один из минусов этого города.

– Я секретарь, – пячусь к двери. – Зурабу Сергеевичу стало плохо на работе. Я помогала ему…

Сейчас самое время уйти. Не дожидаться сестру. Здесь ведь его отец, он позаботится и…

– Больше не помогай, Ве-ро-ни-ка, – разворачивается так резко, что я вздрагиваю. Замираю прямо на пороге с курткой в руках.

– Как вы…

Голос пропадает. Срывается, пока мужчина решительно идет ко мне. Такое чувство, что ударит. Или схватит за шкирку, как надоедливого провинившегося котенка, и выкинет за дверь. Страшно очень. И Зураб без сознания.

– Я был слеп, – рядом останавливается и я выдыхаю. Правда испугалась, что он меня ударит. Что за глупость. Он же не бандит. – Ведь видел, что этот вздорный мальчишка последнее время ведет себя подозрительно. Что ты ему наплела, дрянь?

Его слова обжигают мои щеки румянцем.

– Я ничего вашему сыну не говорила! И не смейте меня оскорблять.

Вздергиваю подбородок, но под его взглядом совсем пугаюсь. Он смотрит так страшно. У нас в детдоме был один мальчик, который точно также смотрел. Ничем хорошим он не закончил. Загремел в колонию по малолетке. Что с ним стало дальше, не знаю. Но поговаривали, что его пырнули ножом в одной из подворотен.

– Зачем ты явилась? Что хочешь от Зураба? Не смей путать моего сына. Как в прошлом у тебя не получится. Мой сын женится на достойной девушке, а не на такой как ты! Мне нужен настоящий наследник, а не безродный ребенок. Ты не понимаешь, куда пытаешься влезть. Зураб мой последний шанс. Все остальные дети полное разочарование.

– Как дети могут быть разочарованием? – не могу понять, зачем я вообще с ним разговариваю. Но его выпад насчет детей просто ужасен. – Дети никому ничего не должны. Они не могут быть игрушками в руках родителей. А Зураб выберет того, кого он действительно любит.

Пускай это буду даже не я. Горестно так думать. Но это правда. Зураб женится на той, кто ему нравится. И пускай мне Оля показалась ужасной пустышкой, но ведь я ее совершенное не знаю. Да и ревность не дает трезво оценить девушку, которую я почти сразу же после встречи люто возненавидела. Возненавидела потому, что у нее будет все, о чем я могу только мечтать.

– Любит?! – жесткая усмешка проходит по благородному лицу, подернутому морщинами, – не смеши меня, девочка! Это брак по расчету. И Зураб пойдет на сделку, что бы ты ему ни сказала. Иначе он пожалеет.

– Брак по расчету? – не могу поверить своим ушам.

Как он вообще согласился на подобное? Неужели он к Оле действительно ничего не испытывает? Нет. Я не должна ничего придумывать. Все же семья Зураба для меня потемки. Я просто не имею права вмешиваться. Но и промолчать не могу.

– Вы поступаете ужасно, заставляя своего сына поступать так, как хочется вам.

– Не учи меня, девчонка! – он делает еще один шаг ко мне. В глазах мужчины мелькает нечто неуловимо пугающее. – Лучше проваливай подобру-поздорову.

– Я уйду сейчас, но…

– Нет. Ты не поняла! – перебивает грубо, – уезжай из города. Уходи с работы. Никогда больше не смей появляться рядом с моим сыном. Или я превращу твою жизнь и жизнь твоего ребенка в ад.

Сердце мое пропускает удар. Он знает о Мите? Хотя, я же не сделала аборт и видимо он сложил два плюс два. К тому же я преспокойно продолжала жить в том городе, не меняя круг общения. Не скрываясь. Да я и не думала, что должна это делать. Не думала, что за мной могут следить. Могут сделать мне плохо. Я, похоже, была очень наивной. Похоже…

– Вы не посмеете? Я не собираюсь исполнять ваши бредовые приказы! Кто вы вообще такой?

Голос срывается на писк, когда он делает третий шаг.

– Не хочешь по-хорошему. Ладно. По-плохому я тоже умею. А теперь вали. И запомни, с моими сыном ты больше не увидишься. Ты не сможешь испортить ему жизнь.

Дверь перед носом хлопает так внезапно, что я даже сама не понимаю, как оказалась на лестничной клетке. Проверяю сумку. Все на месте. И даже телефон. Оделась я видимо тоже на автомате.

Немного раздумываю, позвонить ли сестре Зураба. Только вот ее номера я не знаю. Да и волнуюсь наверняка зря. Ну, что может сделать этот мужчина? Он и мне то угрожал наверняка не серьезно. А Зураб для него вообще родной сын.

Ухожу с легко тревогой. Забираю довольного Митю из садика. Сегодня он притащил туда свою машинку. Ту, что подарил Зураб, и произвел в группе настоящий фурор. Пока мы одевались, несколько ребят продолжало с ним весело болтать. Раньше такого никогда не было. У ребенка начинают складываться отношения в коллективе. Я так рада.

А страшные слова отца Зураба, его угрозы… Ну, это же все не серьезно. Никуда я уезжать не собираюсь. Моя жизнь только начинает налаживаться.

Дома ужинаем на скоро руку и укладываемся спать. Я перед сном не выдерживаю и все же звоню Зурабу. Нормально ли так волноваться о нем? Не подумает ли он лишнего? А если подумает – это хорошо или плохо?

Дурдом! Волнуюсь прямо как влюбленная школьница, перед тем как написать своему крашу. Так ведь сейчас говорит молодежь. Вот и Зураб мой краш. Так им и остался. Ничего годы не изменили.

Но трубку никто не берет, а потом связь и вовсе прерывается. Телефон оказывается вне зоны доступа. Наверное, он все еще плохо себя чувствует и выключил аппарат, чтобы тот не мешал спать. Утром напишу ему смс. Просто чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Ничего личного.

Засыпаю глубоко за полночь. Мысли в голове не дают покоя. А еще стоит закрыть глаза и перед ними тут же возникает образ сурового мужчины в годах. В моей памяти он сохранился еще более пугающим. Наверное по этому тоже уснуть долго не удается.

Рано утром будят меня громкий стук в дверь и крики.