Глава 19

Мысль о том, что я должна пойти на прием девятого принца, пришла первой, а оправдание для нее подоспело чуть позже. Я ведь должна узнать, удалось Юн Хао что-то выяснить о четвертом принце и Сюэ Сюэ или нет. Так часто приходить в поместье Ли девятый принц не мог, звать его в Павильон без всякой причины не могла я. Прием — идеальный предлог для почти случайной встречи. Там я и спрошу у него.

Но перед этим нужно было уговорить отца, маму и Тан У. Плечо почти зажило, лекарь Е запретил поднимать руку выше плеча, а в остальном всё было хорошо, даже повязку сняли.

Я оторвала от свитка часть с наследным принцем, дождалась возвращения отца и попросила позволения поужинать вместе с родителями. Мне, разумеется, не отказали, но мама через Ши Хэ предупредила, что на ужине будут и Ли Жуй с матерью.

Переодевшись в легкое девичье платье с летящими рукавами, осыпанное цветами абрикоса, я пришла в главный зал отцовского дома, где слуги уже расставили небольшие столики и украсили их цветами лотоса. Значит, ужин сегодня будет по-летнему легким и изысканным.

Первым подали прозрачный суп с тофу и кинзой в небольших фарфоровых чашках. Аромат насыщенного куриного бульона оттенялся свежей зеленью, а кубики нежного тофу плавали в нем, словно крошечные кусочки облаков.

— Отец, я прочитала в свитке Шусян, что император устраивает прием в честь девятого принца, — сказала я после нескольких глотков супа.

— Девятый принц, — хмыкнула Лю Цзин-ши. — Кто вообще пойдет на тот прием?

Господин правый министр опустошил свою чашу и лишь потом соизволил ответить:

— Эта твоя Шусян знает больше моих помощников. Может, мне стоит выкупить ее контракт?

Я не поддалась на уловку отца:

— Эта недостойная дочь просит дозволения посетить этот прием. Я так долго просидела взаперти, что скоро забуду, как выглядит город за пределами поместья.

Пока слуги меняли блюда, отец неохотно сказал:

— Лань-Лань, сноха в чем-то права. Не знаю, написала ли это твоя Шусян, но на прием приглашают чиновников с дочерями, а это значит, что девятый принц будет выбирать будущую супругу. Лань-Лань должна понимать, что девятый принц вряд ли станет императором, у него почти нет последователей и поддержки, потому чиновники, скорее всего, приведут только дочерей наложниц. Чиновники моего ранга вряд ли покажутся на этом приеме.

— Поэтому я и прошу пойти туда. Девятый принц — мой благодетель. Разве не из-за его заступничества я получила почетное прозвание и щедрые дары от императора? Хотя бы из благодарности мы должны поддержать прием и сохранить его лицо перед знатью Линьцзина. Будет неудобно, если к сыну императора придут лишь чиновники низкого ранга.

Передо мной поставили глиняный горшок, наполненный густым пряным бульоном с бараниной, рядом положили блюдо со свежевыпеченными лепешками, которые так приятно макать в бульон, еще принесли сваренный на пару рис в листьях лотоса и огуречный салат с уксусом и кунжутным маслом, чтобы оттенить насыщенность баранины.

Отец ответил не сразу. Он взял лепешку, обмакнул в бульоне, медленно откусил, скорее всего, придумывал предлог для отказа. Проще всего было сказать, что скоро император будет выбирать нового наследника, и чиновникам сейчас нужно быть крайне осторожными в своих действиях. Но отец не мог. Он снова скрывал от меня правду, снова защищал свою маленькую девочку.

— Я попрошу императорского позволения посетить этот прием, — наконец сказал он. — Объясню, что дочь хочет выплатить долг благодарности. Обязательно надень платье из облачной парчи и украшения, подаренные императором, так ты напомнишь всем о своем почетном прозвании и благодаря кому оно получено. Ты сохранишь лицо девятого принца, но покажешь, что не входишь в число невест.

— Спасибо, — встрепенулась я.

— Незамужние девушки должны прийти на прием со своими душевными зверями. Им дадут возможность раскрыть их таланты. Постарайся держаться в стороне.

— Может, мне стоит сопроводить тетушку? — негромко предложил Ли Жуй.

Отец хмыкнул:

— Хочешь полюбоваться на танцы и песни благородных девиц? В приглашении указаны лишь чиновники и их незамужние дочери. Экзамен ты пока не сдавал, так в качестве кого ты собираешься идти?

Я хихикнула, и прежняя суровость ужина вмиг исчезла.

Две преграды уже пройдено, ведь мама не станет перечить отцу. Осталась только одна.

— Если господин Ли дал свое согласие, — задумчиво сказал Тан У, — я провожу юную госпожу до дворцовых ворот и постараюсь пробраться внутрь.

— Дурная затея, младший У, — возразил один из воинов девятого принца, что стоял неподалеку. — Во дворце охрана получше здешней будет. Будь хоть трижды невидимым, тебя отыщут и убьют. Даже не спросят, как звать. Еще и госпоже Ли хлопот доставишь, ей ведь потом объяснять, для чего ее воин полез в императорский дворец.

— Дунь и Жень пока не готовы.

Если бы эти девочки вдруг ухитрились бы научиться воинскому мастерству, я бы не взяла их с собой. Они же совершенные дикарки! Не обучены ни правильным речам, ни этикету, ни манерам. Быть служанкой при госпоже — не так легко, как кажется. Если служанка ошибется, позор упадет на ее госпожу.

Я подумала, что к девочкам надо будет приставить опытную служанку, и пока они не научатся себя вести, как Ши Хэ, не выпускать их из поместья.

— Никто чужой туда не проберется, младший У, — успокоил воин. — Юной госпоже Ли нужно опасаться только других господ и их дочек.

* * *

Время до приема пролетело быстро. Мы с Ши Хэ подобрали под платье прическу и узор хуадянь для лица. Я заглянула в свои записи и вспомнила, что вскоре станут рисовать хуадянь не только красками, но и выкладывать из крыльев стрекоз, цветочных лепестков, рыбьей чешуи и прочих интересных материалов. Раз уж на прием я шла вместе с Ми-Ми, то и узор надо сделать из ее шерсти и золотых нитей. Ши Хэ долго приклеивала шерстинки по одной на мой лоб чуть выше бровей, но мое терпение окупилось сто крат. Теплые медовые волоски мягко переливались на солнце золотом, сложившись в небольшой полуоткрытый бутон.

Я посмотрела в большое зеркало и залюбовалась собой. Облачная парча персикового цвета переливалась на солнце как лучшая глазурь в моем Павильоне. Высокая юбка, затянутая под грудью, создавала стройный изящный образ, короткая светлая рубаха с широкими рукавами придавала легкость, а невесомая накидка на плечи дополняла наряд небесной феи. Пусть у меня не было фениксовых глаз или радужной лисы, но я не уступала наложницам наследного принца по красоте.

Мы с папой, Ши Хэ и отцовским слугой сели в повозку и медленно покатили в сторону дворца девятого принца. Снаружи ехали наши охранники, включая Тан У и двух неизменных воинов Юн Хао. Ми-Ми, начисто вымытая и натертая до блеска маслами, сидела на коленях Ши Хэ и недовольно фыркала, ей не нравился аромат шерсти.

— Хоть император позволил мне посетить прием девятого принца, — заговорил отец, — ты должна понимать, что этот визит еще крепче привязывает нашу семью к его имени.

— Не понимаю, что тут дурного. Наследный принц выздоравливает, остальные сыновья императора не могут претендовать на трон. Да и наша связь с господином Юн Хао не столь уж прочна, — я нарочно притворилась глупой, чтобы вынудить отца сказать правду о здоровье наследного принца.

— Император уже немолод, и с годами он становится только осторожнее. Ты сама видишь, человеческая жизнь хрупка, и никто не сможет предсказать, станет ли наследный принц императором. Сейчас у девятого принца нет ни богатства, ни связей, ни должной репутации, но в нем течет кровь императора. У меня и моих детей нет родства с императором, зато есть и богатство, и связи, и репутация. Если мы объединимся, кто сможет выстоять против нас?

Разумный довод. И отец снова выкрутился, не сказал о бедах наследного принца.

— И разве связь с девятым принцем не кажется со стороны довольно прочной? Подумай, Лань-Лань! Именно девятый принц позволил тебе войти во дворец наследного принца, именно к нему ты пошла с подозрениями и доказательствами, не ко мне, к своему отцу и правому министру, а к сыну императора, с которым у тебя якобы нет связи. Он попросил у отца заслуги для тебя, выделил личных воинов для охраны, и самое главное — я их принял! Какое же крепкое доверие должно быть между министром и сыном императора, чтобы чиновник позволил войти в свое поместье чужим воинам! А теперь ты едешь на весьма особый прием, чтобы поблагодарить девятого принца. Ты сама бы поверила, что между семьей Ли и господином Юн Хао всего лишь случайное знакомство? Осталось сделать всего один шаг, и семья Ли будет накрепко привязана к девятому принцу. И я хочу, чтобы ты остановилась прямо здесь. Это всего лишь прием. Ты выкажешь благодарность, и мы уйдем.

Я тихо сказала:

— Да, отец. Ты прав. Это я не подумала как следует.

— Ты всего лишь дитя, выросшее за высокими стенами поместья. Даже несмотря на всё пережитое, ты недооцениваешь злобу и коварство людей.

— Моя глупость не затронет твою службу при дворе?

— Как только ты обручишься и выйдешь замуж, все слухи утихнут сами собой, — тепло улыбнулся отец. — Мама подобрала несколько достойных господ для твоего брака и сейчас разговаривает с их семьями. Через месяц я устрою прием, где ты сможешь с ними познакомиться.

— Да, папа.

Отец рассуждал правильно, он лучше видел всю картину, но мое радостное настроение пропало. Может, девятый принц потому и не писал мне, что не хотел сближаться с семьей Ли? Мнительность императора затронет и его интересы, а ведь он только-только начал подниматься в глазах своего отца.

Зачем я ехала на этот прием? Чтобы посмотреть, как Юн Хао выбирает себе супругу? Я еще до конца не поняла, что чувствовала к Юн Хао, но надежды уже оказались растоптанными.

Мы с Ши Хэ и Ми-Ми вышли из повозки возле бокового входа, предназначенного для женщин, отец с подарками поехал к главному входу. У меня спросили имя и ранг отца, затем старушка легонько коснулась края моего рукава, плеча Ши Хэ и кончика хвоста Ми-Ми, после этого мы зашли внутрь, где нас поклоном встретила служанка и попросила позволения проводить нас к месту пиршества.

Мы шли меж цветочных кустов по широкой дорожке и наслаждались открывающимися видами. Здешний сад был явно подготовлен под этот прием. Куда бы я ни взглянула, я могла полюбоваться то мосточком над витиеватым ручейком, то раскидистой вишней, то небольшим пригорком, усеянным цветами. А потом мы вышли к просторному пруду, возле которого стоял большой роскошный павильон. В нем и будет проходить основное действо.

Приглашенные девушки не спешили войти внутрь, а кружили стайками возле пруда, разглядывали кувшинки и обсуждали, пригласят ли сегодня кого-нибудь покататься на лодке. Сама лодка покачивалась в стороне, щедро украшенная позолоченной резьбой. На мой вкус, моя глазурь смотрелась бы лучше золота.

После разговора с отцом мне не хотелось говорить с кем-либо, тем более с незнакомыми девицами, одна из которых станет супругой девятого принца. Хоть они и были разряжены по последней моде Линьцзина, я замечала их неловкие движения: как девицы поправляли накидку на плечи, как путались в длинных рукавах и как их головы покачивались под тяжестью прически и украшений. Они не привыкли к таким нарядам и убранству, их насильно впихнули в шелка и нефрит и выпихнули на прием девятого принца, чтобы сбыть с рук залежавшийся товар.

А их звери? Сплошь лисицы! Только не радужные или снежные, а попроще: огненные, белые да лунные. Некоторые обзавелись птицами, словно их готовили стать певичками в весенних домах. У одной в волосах сидела крупная бабочка, лениво шевеля крыльями. Были и такие, что пришли вовсе без душевного зверя. Наверное, их отцы думали сбыть дочку со словами: «Зато девятый принц сможет сам выбрать душевного зверя для своей будущей супруги». Им даже шестнадцати лет не было.

На мой взгляд, ни одна из этих девиц не была достойна девятого принца. Все они слепы и глупы, как я в прошлой жизни до свадьбы с Сюэ Сюэ.

Я погладила Ми-Ми, уютно растянувшуюся на моих плечах, вошла в павильон, где меня направили к столику, на котором стояла табличка с моим именем. Женщины и мужчины должны были сидеть по разные стороны друг от друга, и я надеялась, что мое место будет рядом с девятым принцем, ведь его столик возглавлял зал. Гости садились согласно рангу: чем выше положение, тем ближе к хозяину приема. Но между моим столиком и местом Юн Хао было еще два стола. Неужели тут есть девушки выше дочери правого министра? Я снова посмотрела на девиц, но не увидела никого подходящего. Впрочем, гости еще подходили.

Внезапно меня ожгло страхом. Я отшатнулась в сторону, почти уверенная, что сейчас в меня полетит стрела. Ми-Ми вскочила на лапки, царапая плечи, и зашипела. Но ни стрел, ни другой видимой опасности не было. Я оглянулась и увидела статного белокожего мужчину, чье лицо могло бы принадлежать поэту или ученому, но взгляд больше подходил убийце. Он смотрел на меня так, словно узрел заклятого врага, а потом улыбнулся легкой мальчишеской улыбкой. Меня пробрала дрожь. Казалось, злобный дух влез под кожу благородного мужа, но его суть проступала даже сквозь изящные черты.

Я его знала. Много раз я видела его в прошлой жизни и всего один — в этой. Четвертый принц, Юн Чень.