34. Яна

— Что ты тут делаешь? — единственная фраза, которая вырывается у меня.

Сил нет и я падаю на стул.

— Хочу помочь тебе, — Роман подходит и кладет мне руку на плечо.

— Но… Как ты узнал? Откуда? — поднимаю на него взгляд.

— Случайно, Яна, случайно. Я пришел к тебе домой, а там твоя подруга. Вика, кажется. Вещи для тебя собирала. Она и рассказала мне. Почему ты не позвонила?

Он спрашивает это строго.

— Я же сказал, что хочу помочь, — достает какие-то бумаги из кейса.

— Мне уже ничто не поможет, — я всхлипываю, понимая, что это правда. — Никита! — вспоминаю о самом важном. — Ты видел Никиту? Где он?

— Он с Викой. Она его к себе забрала. Ему сказали, что мама по делам уехала.

Закрываю лицо руками и реву.

— Яна, успокойся, — говорит Роман и кладет мне руки на плечи.

— Все кончено, — реву я. — Меня посадили. Они думают, что я убила Влада, но я не делала этого. Не делала!

— Я знаю, — спокойно произносит Роман. — Не надо плакать. Я помогу тебе.

— Но как?! — я не могу успокоиться. — Как?! Следствие… там доказательства… Все бесполезно…

— Я же предлагал тебе своих юристов. Но ты отказалась почему-то. Твой адвокат тебя и утопил. Я уверен. Кое-кому выгодно избавиться от тебя. А ты им помогаешь. Сейчас-то примешь от меня помощь?

Убирает мои руки от лица и берет за подбородок.

— Яна, у нас не так много времени. Надо решить вопросы. Если хочешь, чтобы я помог, надо подписать бумаги на адвокатов. Вот. Почитай.

Он дает мне какие-то документы, но буквы плывут перед глазами. И все равно я стараюсь вчитаться. Доверенность на адвоката. Быстро подписываю.

— А Никита? — опять спрашиваю я. — Что с ним? С кем он?

— Пока с Викой, — Роман убирает документы. — Но потом… Все слишком запутано в вашей истории. В любом случае, Яна, тебе надо сначала думать о своем освобождении. Отсюда ты ничего решить не сможешь. Давай все по порядку.

Я молча киваю, но опять:

— Никита… А вдруг Олег увезет его? Роман… я боюсь…

— Он не сможет этого сделать, пока ты не лишена родительских прав, а он не установлен как отец ребенка. Для этого нужен суд. Но забрать его он, безусловно, сможет. Тут уж, прости, как есть, говорю.

Я опять закрываю лицо руками.

— Яна, — Роман садится передо мной на корточки. — Посмотри на меня, — опять убирает мои руки от лица. — Я помогу. Слышишь? Тебе сейчас силы нужны. Для борьбы. Не надо впадать в отчаяние. Все будет хорошо. Ты мать и мы знаем, что ты не виновна. Так?

Киваю.

— Осталось убедить в этом следствие, — он встает и поправляет пиджак. — А это моя забота.

— Роман, — вытираю слезы рукой. — Почему? Зачем ты это делаешь?

— Что?

— Ну… помогаешь…

— Не люблю, когда несправедливость, — подмигивает он мне с улыбкой. Но я не могу ему ответить тем же.

— Но… у меня нет денег… Мне нечем будет расплатиться… за адвоката и за помощь… я…

Роман кладет указательный палец мне на рот.

— Тихо. Я не ради денег это делаю. Давай так: если… нет, не так… когда ты выйдешь отсюда, мы поужинаем. Договорились? Яна?

Я опять молча киваю.

— Так, вот тут Вика вещи кое-какие тебе собрала, — передает мне сумку. — Завтра к тебе адвокат придет. Ты должна ему помочь спасти тебя. Поняла? Адвокат толковый, опытный, но надо все-все ему рассказать.

— Да, конечно. Мне скрывать нечего.

— Молодец, — Роман опять улыбается и в этот момент заходит конвоир.

Меня отводят опять в камеру.

Там я сразу же ложусь, отворачиваюсь к стенке и незаметно засыпаю. Мне снится Никита и, проснувшись, я опять плачу. Приносят завтрак, но я даже не прикасаюсь к тарелке. Ее так и уносят нетронутую.

— Воронцова! — раздается голос конвоира. — Посетитель. Выходи.

Адвокат! Я быстро вскакиваю, кое-как приглаживаю волосы и буквально бегу.

— Заходи, — конвоир открывает передо мной дверь комнаты для встреч.

Я быстро захожу, но тут же останавливаюсь. Пячусь назад и утыкаюсь в закрытую дверь.

— Олег? — вырывается у меня, когда проходит первый шок.