Глава 12

Я некоторое время неподвижно стою у окна, потом открываю его, и легкий ветер мгновенно ударяет в лицо. Он вздымает волосы, но не приносит облегчения и не успокаивает внутреннюю бурю. Ночное небо так красиво… Оно глубокое и бархатное, усыпано множеством звезд, которые мерцают, как светлячки на кустах.

Развернувшись, смотрю на потолок, и меня охватывает чувство, что это пространство тоже изменилось. Все кажется знакомым, но одновременно чужим. Взгляд блуждает по комнате, а в голове всплывают воспоминания о том, как шесть лет назад всё в одно мгновение перевернулось, будто кто-то выбил землю из-под ног. Так же все перевернулось и сейчас…

Люди, которых я любила, вдруг стали чужими. Алевтина отвернулась от меня, ведёт себя так, словно забыла, как я старалась, как много для них сделала. Семьи, которая стала так близка, когда мне была нужна поддержка, больше нет. И сейчас мне кажется, что я стою на краю пропасти, потерянная и никому не нужная. Одна.

Внутри полный раздрай, как в гремящем корабле во время шторма. Старые мечты рассыпались, как в прошлом… А ведь я всего лишь хотела спокойной жизни, в которой не нужно будет бежать, чтобы спасти себя и своего ребенка.

Без понятия, как опять начать заново.

Я снова поворачиваюсь к окну. Небо не обещает спасения. Лишь напоминает, как хрупок этот мир. Как за считаные часы все может измениться. Именно в тот момент, когда думаешь, что ты в безопасности.

Ветер будто уносит не только нежные воспоминания, но и надежду на будущее. И всё, что мне остается, — это вздохнуть и смириться с тем, что рано или поздно нужно поговорить с Ромой. Поставить точку в наших отношениях, которые даже не успели по-настоящему начаться.

Не судьба.

Мы не смогли сблизиться за все эти годы. А сейчас… не осталось ни единого шанса.

Я лишь надеюсь, что однажды найду свой путь. Не запутаюсь в очередной раз.

Телефон снова вибрирует. Конечно, я знаю, кто звонит. Не беру трубку. Но он настойчив. Стоит неподалеку от ворот. Я вижу его машину.

— Да, — отвечаю на третий звонок.

— Я тебя жду.

— Жди, Загорский. Когда будет возможность, тогда и выйду.

— Думаешь, уеду отсюда?

— Думаю, не уедешь, не поговорив со мной. Поэтому жди. Я пока не могу.

— Тебя там в плену держат? Или так боишься потерять своего… кхм… бойца?

Уверена, Михаил хотел обозвать Рому грубо. Но не стал этого делать.

— Боюсь, да.

Отключаюсь. Мне кажется, мы просто играем друг с другом, заранее зная, как закончится вся эта история.

Не могу я спуститься. Потому что уверена, что Рома вот-вот постучит в дверь. А если он не застанет меня дома… Будет искать, конечно. Не хочу, чтобы они с Михаилом посреди ночи вцепились друг в друга. Точно не сейчас. Да и вообще буду избегать такого.

— Саш, — слышу тихий голос, а потом дверь медленно открывается. — Можно?

Мне казалось, что он пьян. Но Рома выглядит нормально. Смотрит с такой болью и сожалением, что сердце невольно сжимается.

— Да.

— Можем поговорить?

— Сейчас? — тихо уточняю, бросая взгляд на спящего Тамерлана. — Ром, если честно, мне сейчас не хочется обсуждать Алевтину и ее слова. Я решила переехать, и это не изменится. Не стоит меня уговаривать.

— На твоем месте я бы поступил так же, — невесело усмехается он. — Можем перейти в твою комнату? Чтобы не разбудить мелкого.

— Хорошо. — Сжав в руке вибрирующий телефон, выхожу из спальни сына и иду в свою.

Рома следует за мной.

— Скажи мне, — хрипит он. — Ты же не станешь меня отталкивать?

Боже, я на него смотреть не могу.

Отвожу взгляд. Сглатываю, скрещивая руки на груди. Боль пронзает грудную клетку.

— Я уеду к родителям, Ром. Какой смысл теперь прятаться. А ты… Пожалуйста, продолжай свою жизнь. Поверь, у тебя все сложится прекрасно.

— Что ты говоришь, Саш? Все мои старания… Все достижения… Все — благодаря тебе. Я пахал только для того, чтобы хоть чего-то достичь. Чтобы тебе доказать, каким я могу быть. Чтобы ты не видела во мне ребенка. Чтобы я был в твоих глазах взрослым человеком, мужчиной… Ведь я помню, как ты на меня смотрела, обращалась… Как со своими учениками. И вот, — он разводит руками, — полтора года как все изменилось. А ты хочешь, чтобы я просто оставил тебя? Думаешь, я тебя отпущу? Нет, Саша. Куда бы ты не ушла… Я приду за тобой.

— Не надо для меня что-то делать, Ром. Потому что в итоге оказывается, что до твоих стараний никому нет дела. Что бы ты ни делал, ты все равно будешь виноват… Ну, по крайней мере, практика именно так показала. На личном опыте знаю.

— Нет, ты не такая. Не из тех, кто не оценивает чужой труд.

— Тебе так кажется, — тихо говорю я. — Пожалуйста, иди спать. Завтра поговорим. Обещаю, что поговорим в тихой обстановке. Я устала и безумно хочу отдохнуть.

На самом деле телефон не замолкает. Загорский названивает как заведенный. Каждый раз нажимаю боковую кнопку, чтобы вибрация отключилась.

— Вижу, чемоданы ты тоже собрала, — кивает Рома мне за спину.

— Ну а что еще оставалось делать, Ром? Возможно, завтра к вечеру я уже буду в другом доме…

— Саш, этот дом мы строили вместе. И твоих вложений тут куда больше. Я не хочу, чтобы ты уходила. Всё-таки… Это нам нужно съехать, а не тебе.

— Ни в коем случае, — строго произношу. — Даже если вы все уедете, я тут не останусь. Опять же: прятаться больше нет смысла, поэтому я по-любому уеду отсюда.

— Я с тобой. Хоть на край света.

— У тебя тут всё…

— Ты — моё всё! Ты, Саша. Пойми уже.

Выдохнув, киваю. Рома смотрит мне в глаза. Подняв руку, касается костяшками пальцев моего лица. Проводит большим пальцем по нижней губе, тянет вниз.

— До завтра, — хрипит он.

— До завтра.

Рома разворачивается и уходит. Я же бросаю телефон на кровать и зарываюсь пальцами в волосы.

Боже, как я устала. Ощущение, будто я вернулась в прошлое. Как тогда запуталась, так и сейчас. Голова кругом! Меня все бесит! Все раздражает. Опять хочется сбежать как можно дальше.

Но… Как я уже убедилась — побег не выход.

— Да что тебе? — рявкаю, едва сдерживая бешенство. В трубке повисает пауза. — Я же сказала тебе: жди!

— Мне не нравится наблюдать за тем, как вы разговариваете.

Меня будто окатывает ушатом ледяной воды. Развернувшись на пятках, смотрю на окно. Шторы сдвинуты в сторону. Ах да, когда свет в комнате горит, видно все, что происходит в внутри. Окно-то большое!

— Жди, — цежу, снова сбрасываю звонок.

Нахожу кардиган, набрасываю на плечи. И на носочках выхожу из комнаты. Как воровка, спускаюсь по лестнице. Свет везде выключен, но я слишком хорошо знаю этот дом и где что находится.

Аккуратно открыв дверь, беру тапочки, которые обычно ношу во дворе, и, надев их, выхожу из дома. Лишь фонарь у ворот горит.

Машина Загорского стоит дальше, а сам он курит, сидя на капоте.

Подхожу к нему, желая треснуть по его голове. И лучше чем-нибудь тяжёлым. Чтобы ничего от меня не требовал и не приказывал.

— Чего тебе?

— Что злая? Поссорилась с женихом?

— ЧЕГО. ТЕБЕ. МИХАИЛ?

— Да что же так официально. Можно просто Миша, — усмехается он, отшвыривая окурок. Выпускает клуб дыма, не отрывая от меня взгляда. — Когда ты собираешься уезжать отсюда?

— С чего ты решил, что я собираюсь уехать?

— Раньше ты от меня пряталась, — говорит так, будто напоминает. — А сейчас…

— Мне тут прекрасно живётся, — перебиваю. — Хочешь вернуться — вперёд. Главное, меня в покое оставь.

Он злится. Стискивает челюсти, в глазах появляется недобрый огонек.

— Не беси меня, Саша. Рано или поздно ты уедешь отсюда. Со мной!

— Нет. Я скоро выйду замуж. А ты свалишь отсюда точно так же, как и появился. — Я обнимаю себя за плечи, мелко дрожа. — С Тамерланом можешь видеться раз в неделю. И на этом все.

Перегибаю, знаю.

Загорский приходит в бешенство. Ему не нравится такой расклад.

— Где вообще мой сын? Мало того, что ты скрыла его от меня, так ещё и растила в этой глуши?

Бывший муж испепеляет меня ненавидящим взглядом, готовый из-за моей лжи свернуть мне шею.

— Я растила его в безопасном месте! Там, где нам не угрожали твои враги!

— Ты не имела права лгать мне! — шипит он сквозь зубы. — Не имела права скрывать моего же ребенка!

— Имела! Я имела полное право сбежать от того криминального мира, из-за которого чуть не пострадал мой малыш! Я имела право сбежать от тебя, предателя, который пообещал вернуться за мной, но сам отправился к другой женщине и переспал с ней! Да кто ты такой, чтобы снова врываться в мою жизнь и ломать то, что я строила годами? Кто ты такой, чтобы угрожать мне?

— Да, я обещал вернуться за тобой. Помню! — Наклонив голову, он спрыгивает с капота. Подходит вплотную и рычит мне в лицо: — И я вернулся. Но в первую очередь я заберу сына. А ты... выходи замуж. И можешь не волноваться насчет ребенка. Я воспитаю его гораздо лучше, чем ты. Он даже не вспомнит о тебе!