Глава 14

Будь моя воля, я бы вернула все деньги детям и перестала бы заниматься репетиторством. Но я чувствую себя обязанной доработать до конца месяца и только потом свалить на все четыре стороны. Если бы не чувство вины, я бы взяла в охапку сына и уехала к маме и папе. И хоть на какое-то время отвлеклась бы от мыслей, которые меня уничтожают.

Ночью уснуть не удается. Слова Алевтины не дают покоя. Разве человек может измениться и за считанные часы стать такой стервой? Даже не знаю, как на нее повлияли, что она вычеркнула из памяти все, через что мы прошли вместе.

Боже, да мы мучились, когда строили этот дом. С нетерпением ждали каталога, чтобы выбрать мебель для каждой комнаты. Обсуждали цвет обоев… А теперь… Я вынуждена покинуть дом, в который вложила душу.

На самом деле я была уверена, что это рано или поздно произойдет. Однако не думала, что именно таким образом. Что Аля накинется на меня, как на врага, и я сбегу без оглядки, лишь бы все от меня отстали.

К утру, кажется, я всё-таки вырубаюсь. Просыпаюсь, услышав настойчивый рингтон будильника.

У меня в девять занятия. Лениво встав, иду в ванную. Голова разрывается, в груди невыносимо ноет. Нужно потерпеть до обеда. Всего пять дней. За это время я должна предупредить детей и их родителей, чтобы нашли другого репетитора. Думаю, после слухов, которые расходятся по деревне с бешеной скоростью, вряд ли кто-то согласится, чтобы их дети занимались со мной.

Спускаюсь в гостиную и нахожу Тамерлана в компании Матвея. Они смотрят мультики. Тами задает вопросы, на что получает терпеливые ответы.

Решаю не лезть к ним.

Алевтины нет, как и Ромы со Степой. Выхожу из дома, чтобы пойти в учебный зал, и вижу несколько человек, стоящих на том месте, где я ночью разговаривала с Загорским.

Колючие мурашки неприятно ползут по коже.

В репетиторской жду, когда появятся дети. Но приходит лишь одна девочка, и та с матерью.

— Добрый день.

— Здравствуйте. — Я вежливо приглашаю женщину сесть, на что она качает головой.

— Простите, но меня муж ждет. У нас сегодня последние занятия, ждать нас больше не стоит. Супруг против, — виновато произносит она.

Я киваю. Людям этой деревни нет необходимости пользоваться интернетом. Потому что некоторые личности работают быстрее любого информационного канала.

— Как пожелаете. Я как раз хотела сказать, что в следующем месяце я с детьми заниматься не буду. Уезжаю отсюда.

— Это хорошее решение. Может, я лезу не в свое дело, но… — Выдохнув, женщина сглатывает. — Моя сестра недавно уехала. Она в городе больше десяти лет жила, а как оказалась здесь, начали про нее всякую чушь нести. Я более чем уверена, что у вас сейчас такая же ситуация. Обвиняют в чем попало, не думая о бумеранге. Карма настигнет. Мне очень жаль, потому что… Такого учителя мы вряд ли найдем.

— Найдете, не переживайте. Через полтора часа приезжайте за дочерью.

Она кивает и уходит.

Горько усмехаюсь. До чего же докатилась, Господи…

После занятий поднимаюсь к себе. Тамерлан сегодня странно молчалив. Не лезет ко мне за поцелуями и с расспросами. Не понимаю, как Матвею удается его отвлекать. Это что-то новенькое.

Проверив, не забыла ли чего, звоню Роме. Мне не нравится толпа, которая собралась у нашего дома. Чувствую что-то неладное. Ощущение, будто в меня тухлыми помидорами кидать собрались. Как в некоторых фильмах.

Я, конечно, знала, что некоторые жители деревни говорят про меня гадости. Но мало кто на это велся. А сейчас все резко изменилось, как и поведение Алевтины.

Рома не отвечает на мои четыре звонка. Дышу через раз, глядя из окна. Людей на улице становится все больше.

Мне не по себе.

Телефон вибрирует в руке, и я машинально принимаю вызов, не глядя на экран.

— Ром…

В ответ — тишина. Отвожу мобильный от уха. Черт… Это Загорский.

— Не женишок звонит.

— Я слушаю, — говорю ровно, хотя дрожу от нервов.

— Что за толпа собралась? Мимо проезжал… Так смотрели, будто я…

— Ты где? — перебиваю.

— Неподалеку.

— Приедешь за мной? Я хочу отсюда уехать. Сниму квартиру в городе.

— Зачем? Твои родители прилетели. Ждут от тебя новостей.

Черт! Из-за проблем я даже не позвонила им. Сама не своя в последнее время.

— Миша, ты приехать можешь?

— Да уже выехал, но… Не лучше вернуться в столицу?

— Давай ты не будешь принимать за меня решения и давать советы? Я лучше такси вызову.

— И как давно в этой деревне есть такси, Саша? Не строй из себя дуру. Тебе не идёт. Жди, скоро буду.

Загорский отключается.

Он, конечно, прав: насчет такси я сказала на эмоциях.

— Тамерлан! Иди ко мне, — зову сына, стоя у лестницы на втором этаже.

— Иду! — Он буквально бежит ко мне.

— Переодеваться будем.

— Куда-то уезжаем?

— Да. Я же говорила, что в город.

— Но Рома сказал, что ночью вернётся! Кто нас отвезет?

— А куда Рома уехал?

— Дом нам искать!

Чер-р-рт! Ну неужели нельзя посоветоваться, прежде чем уйти? И почему трубку не берет?

Переодев сына, прошу его спуститься и позвать Матвея. Парень приходит сразу же и расстроенно выдыхает, глядя на мои чемоданы.

— Это так необходимо?

— Да, иначе меня отсюда силой выгонят. Лучше уйти самой.

— Ты сейчас о маме? Да она же зла просто. Остынет и перестанет прессовать… Непонятно, кто так на нее повлиял…

— Нет, я не о твоей маме, — киваю на окно.

Матвей подходит и цедит что-то неразборчивое.

— Ты Роме звонила? — Он прижимает телефон к уху, явно набирая своего брата.

— Не отвечает.

— Блин! Ну давай подождем? Что они могут тебе сделать, а?

— Без понятия. Но оставаться здесь не вижу смысла.

— Тогда давай я позвоню папе одноклассника. У них своя тачка есть. Отвезет вас в город…

Матвей смотрит на экран своего телефона. Рома не принял и его звонок.

— Это тот, который по соседству живёт? Не следует.

Тот самый, который вчера видел меня с Загорским. И тот самый, который с утра всем доложил о моих «ночных встречах».

— Почему? Он нормальный мужик… — говорит Матвей неуверенно.

Я усмехаюсь.

— Матвей, пожалуйста, помоги отнести наши чемоданы во двор. А насчет машины не переживай. За нами приедут. И… Где Тами? Он же не вышел во двор?

— Не знаю. Сейчас. — Взяв самый большой чемодан, Матвей выходит из комнаты и зовет Тамерлана.

Подхватив спортивную сумку, бегу за ним.

Сын сидит перед телевизором.

— Тами, не выходи наружу без меня. Окей?

— Хорошо!

Переодеваюсь в спортивный костюм, а то, что сняла, впихиваю.в рюкзак. Снова оглядываюсь. Тут столько сувениров, столько картин на стенах… Даже люстру выбирала с огромным удовольствием. Но все надо оставить и уйти. Главное — документы.

Накинув рюкзак на плечи, жду, когда придет Матвей. Он берет еще два чемодана и спускается.

Беру последний. Задерживаюсь в гостиной на пару минут. Улыбаюсь, понимая, что сюда я больше не приеду. Здесь я провела столько счастливых моментов… Пятый день рождения Тами мы отпраздновали в этом доме. И это был замечательный вечер.

— А где чемоданы? — спрашиваю у Матвея, оказавшись во дворе.

— В ту черную машину все занес. Водитель сказал, что вы с ним поедете.

— Правильно сказал, — киваю, заметив Загорского, разговаривающего с двумя мужчинами.

Но тут не только его автомобиль, но и два джипа. Что происходит?

Люди потихоньку расходятся. Это Михаил им что-то сказал?

— Мам, куда мы уезжаем? — снова спрашивает сын.

— В город.

— А Рома? — Тами капризно топает ногой.

Я же ему ответила на эти вопросы дома…

— С ним вечером поговорим.

— Он попросил подождать его…

— Но трубку не берет! — продолжаю я.

— Может, всё-таки подождем Рому? — тихо просит Матвей. — Он сильно расстроится.

— Пусть звонит мне. Я же всего лишь в город еду. Встретимся с ним, поговорим.

— Все равно расстроится. Сам хотел дом найти и вас туда отвезти. Типа сюрприз сделать… Я, конечно, и тебя понимаю… Не к добру этот сбор людей… — едва говорит Матвей.

На улице слышится какой-то грохот, а потом поднимается шум.

— Мам… — Тамерлан сжимает мою ладонь.

— Сволочи. Что с ними не так? — переходит на рык Матвей, когда кто-то орет, что в этой деревне нет мест шлюхам.

— Мне пора. — Махнув рукой, иду к машине Загорского. Усаживаю сына, сама располагаюсь рядом.

Миша с визгом трогается с места. Поворачиваюсь назад, но ничего, кроме поднявшейся пыли, не вижу.

— Мам, это же твой друг? — тихо спрашивает Тамерлан.

— Да.

— Как ты, чемпион? — поворачивается к нам Загорский, но быстро разворачивается обратно.

— Хорошо! Мы к тебе едем?

— Да, если твоя мама не против.

— Если только на один день, — выдыхаю. От злости хочется плакать.

Меня назвали шлюхой… Боже, да что я сделала тем людям?

— Конечно.

Дорога длится около получаса. За это время мне звонит Матвей, спрашивает, все ли хорошо. Говорит, что Рома до сих пор не берет трубку.

— Степа вернулся! Всех выгнал, кто до сих пор тут стоял.

— Пожалуйста, ни с кем не ссорьтесь, ладно?

— Рома всех убьет, когда приедет! — эмоционально говорит Матвей. — Идиоты!

— Дай мне, — раздается голос Степана. — Саш, вы где? Я приеду…

— Не нужно. Дайте прийти в себя, ладно? Сама позвоню. Мне нужно остыть и подумать, как быть дальше.

— Брат будет в бешенстве.

— Успокой его и скажи… что мы обязательно поговорим.

— Вы с кем уехали? С тем…

— Да, с ним, — перебиваю. — Все, Стёп, мне пора. — Попрощавшись, отключаюсь, когда машина Загорского останавливается у красивого здания.

Лучший жилой комплекс в этом городе. Говорят, тут живут богатые люди. Конечно, этого и следовало ожидать от Михаила. Где же ему остановиться, если не тут?

— Чемоданы потом поднимут. — Он открывает дверь с моей стороны.

Выхожу. Не успеваю позвать сына, как Миша берет его на руки и, уткнувшись носом в его шею, вздыхает.

— Ну как ты? Нравится тут?

Сын кивает. Оглядывается.

Поднимаемся на седьмой этаж. Миша открывает дверь, жестом приглашает меня зайти. Потом и сам с Тамерланом заходит.

Тут пахнет его парфюмом.

— Нам бы руки помыть, — шепчу.

— Вперёд и налево.

Тамерлан умывается и выходит из ванной. Ему же любопытно. Всю квартиру должен обойти.

Включив воду, подставляю под нее лицо. Лишь потом мою руки и сушу их полотенцем. Чувствую за спиной Загорского.

— До сих пор не сняла…

Разворачиваюсь и, глядя на него в упор, вздергиваю подбородок.

— Странно слышать от человека, который сам с кольцом на безымянном пальце ходит.

Михаил усмехается.

— Разные ситуации. Я его никогда не сниму. А вот ты… прямо сейчас.